Последняя, неизлечимая и неоперабельная стадия дружбы со мной имеет один особенно ярковыраженный симптом.

Вы заходите утром в лс, а там овердохрена сообщений от меня, половина из которых - спам репостами, картиночками, песенками и прочей чушью, которая, как мне показалось, может быть вам интересна. А вторая половина - иллюстрации моей нестабильности, где я обвиняю вас в вашем эгоистичном капризе спать именно тогда, когда мне особенно остро нужно ваше почухивание за ушком или помощь в пересортировке внутреннего содержимого, А ВЫ СМЕЕТЕ СПАТЬ, БЕССЕРДЕЧНОЕ ВЫ МУДЛО, обрекая меня на рефлексию по принципу дрочки - один на один со своим воображением. А через 15 минут я уже хохочу вам буковками на тему того, как весело петь песни Ленинграда на балконе в 4 утра и какие благодарные слушатели эти дворовые собаки. Ну и еще все это счастье сдобрено стихами Бродского или Кортасара, цитатами из того, что я читаю - потому что вы должны быть в курсе, скринами из того, что я смотрю - потому что вы должны быть в курсе, и моим драгоценным мнением обо всем этом.

А потом я неделю не могу заставить себя адекватно коммуницировать с людьми и общаюсь с вами так, будто делаю вам огромное одолжение.

Охуенно дружить со мной. Всем рекомендую.

Иногда забота приобретает совсем неэстетичные формы.

Иногда забота - это намотать волосы на кулак, запрокинуть голову и залить в глотку литр воды с содой, а потом оттащить до белого друга и заставить выблевать пачку таблеток обратно. Иногда забота - это орать как припадочный "ПОЧЕМУ ТЫ, ЕБНУТЫЙ НА ГОЛОВУ МУДАК, ПРОСТО НЕ СМОГ ПОЗВОНИТЬ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ РЕШИТЬ, ЧТО РАЗРЕЗАТЬ СЕБЕ РУКИ - ЭТО ТАКОЕ ВЕСЕЛОЕ РАЗВЛЕКАЛОВО ДЛЯ ПЯТНИЧНОГО ВЕЧЕРА?!"Иногда забота - это сказать "дальнейшее общение считаю нецелесообразным" и прокусить губу до крови.

Иногда забота - это угрозы, шантаж, мат через слово, иногда в благодарность за нее тебе плюнут в лицо, иногда обнимут обмотанными капельницами руками.

Да, порой забота - это такие штуки, которые никто не хочет делать.

И, тем не менее, они должны быть сделаны.

Если вы не можете уважать чужое право испытывать боль, делиться этой болью, если вас раздражает, что другие люди описывают свое состояние, чтобы получить помощь и перестать чувствовать себя одинокими, - уходите. Вам нужно поработать над собой, чтобы осознать: ваше понимание боли базируется на романтизированном кинематографичном образе барышень, которые сидят на мягких постельках и жуют мармеладки, пока их психологи или психотерапевты прописывают им таблеточки, от которых снова хочется жить. Вы не имеете никакого права судить состояния других людей. Вы не имеете права стыдить их или указывать им, как себя чувствовать. Вы невежественны и ограничены в области понимания других людей. (с)

Ты прилагаешь нечеловеческие усилия, чтобы не концентрироваться на своей трагедии, чтобы не замыкаться на боли, чтобы не давать ей разорвать тебя и запачкать ошметками твоего страдающего тела все вокруг. Ты говоришь - и сама веришь - что жизнь продолжается, затыкаешь внутренного истерика с его воплем "КАКАЯ ЖЕ ЭТО ЖИЗНЬ", ты проговариваешь снова и снова все свои планы и цели, придумываешь себе занятия, заполняешь себя заполняешь себя бесконечно закидываешь себя всем подряд что может хоть капельку заполнить эту бесконечную пустоту внутри, это поле, выжженное ядерным взрывом, где больше ничего не растет, и пройдут века, пройдет 5 жизней, прежде чем почва снова готова будет дать жизнь семенам.

Ты делаешь неймоверные потуги, чтобы вставать по утрам и идти на работу, чтобы не пугать людей своим ликом траурной скорби, ты то и дело проверяешь пальцами, то ли выражение на твоем лице, не отказывает ли мозг в контроле за твоей мимикой. Ты набираешь правильные номера и открываешь правильные диалоговые окна, говоришь правильные слова, складируешь тоску только там, где ей есть место, где она никому не навредит. Не пытаешься вскрыться в ванной - открываешь книгу, не пытаешь саморазрушаться больше обычного - включаешь фильм. Разговариваешь с собой, как с ребенком-дауном: нет, милая, не надо ненавидеть ее, не надо ее проклинать, очень некрасиво с твоей стороны желать ей самовоспламениться и сгореть в огне цвета ее невыносимо прекрасных бессовестных глаз.

Ты все делаешь образцово правильно и точно знаешь, что однажды тебя отпустит, что станет легче, что ты сможешь дотянуть до того момента, когда перестанешь ждать сообщений и ненавидеть себя за это, забудешь ее голос, запах и мягкую жесткость волос на затылке, когда перестанешь проматывать в голове эту киноленту артхаусного кино, склеенную из самых прекрасных и самых ужасных ваших моментов, и опытным путем проверять, что же ранит тебя сильнее.

Ты отпускаешь ее, прощаешься с ней - каждую минуту, каждый час, каждый день.
Ты живешь дальше и стараешься не думать не спрашивать

зачем
зачем
зачем

Я вас любил. Любовь еще (возможно,
что просто боль) сверлит мои мозги,
Все разлетелось к черту, на куски.
Я застрелиться пробовал, но сложно
с оружием. И далее, виски:
в который вдарить? Портила не дрожь, но
задумчивость. Черт! все не по-людски!
Я Вас любил так сильно, безнадежно,
как дай Вам бог другими -- -- -- но не даст!
Он, будучи на многое горазд,
не сотворит -- по Пармениду -- дважды
сей жар в груди, ширококостный хруст,
чтоб пломбы в пасти плавились от жажды
коснуться -- "бюст" зачеркиваю -- уст!

Расскажу-ка я вам прекрасную историю о том, как проходит процесс сдачи крови на донорство.

Ты приезжаешь в центр, заблудившись 5 раз со своим топографическим кретинизмом, с вымокшими ногами и потерянной физиономией. С порога на тебя налетает врач и расцеловывает в обе щеки, услышав, что ты пришел стать донором. Врач хватает тебя за ручку и ведет в регистратуру, где все очень милы и очень тебе рады, где тебя вносят в базу и критически так смотрят - а достаточно ли в тебе весу, а не грохнешься ли в обморок. Побожившись, что ты не такой дохлый, каким выглядишь, с заполненной анкетой ты топаешь сдать кровь на анализ. Переживаешь этот омерзительный процесс протыкания пальца и откачки крови, получаешь данные по своему гемоглобину и группе крови, после чего топаешь к терапевту, пока твою кровь проверяют на ВИЧ, гепатит и прочее. Терапевт под твою диктовку вычеркивает из списка заразные болячки, которыми ты мог бы болеть, но пронесло. Тебя проносит даже насчет татуировки, ведь ты сделал ее год назад.

А потом он задает один вопрос.

Когда в последний раз делали пирсинг?

И ты такой наивный честно отвечаешь: "Месяца 2 назад".

Врач мило улыбается, пишет в твоей анкете "отдокументирована до 01.01.2015" и указывает тебе на выход. Мол приходи через год, милочка, будем очень ждать.

Ты замираешь.

А потом

НЕТ НУ НЕТ НУ ПОЖАЛУЙСТА НУ КАК ТАК КАК ТАК ТО НУ ПОЧЕМУ ВОЗЬМИТЕ МОЮ КРОВЬ ВОЗЬМИТЕ ЕЕ ОНА ХОРОШАЯ СВЕЖАЯ КАЧЕСТВЕННАЯ Я ЖЕ БЛЯТЬ УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ДОНОР Я СЕЙЧАС ТУТ САМА ВСКРОЮСЬ И ПЕРЕВЕДУ ТАКОЙ ЦЕННЫЙ ПРОДУКТ НА ВАШИ ПОЛЫ

Победитель по ебанной жизни, что сказать.

Внутрисознательные вечерники Ами

Эго: господи, я не вынесу этих страданий, за что мне все эти мучения, что ж так больно, слишком много боли для одного, я готов делиться, я готов стать донором боли прямо сейчас и совершенно бесплатно, не могу думать, не могу работать, хочу домой под плед, хочу фильм и вкусняшек, хочу теплое плечо под ухом, хочу в Египет или Вену или Италию или Германию.

Ид: Какое многообразие желаний, но лучше бы все-таки просто умереть.

Суперэго: Ой, блять, заебали оба со своими страдашками. Эго, тебе напомнить, что такое действительно херово? Тебе напомнить, через что мы проходили? Дайте мне кирпич, надо въебать по роже этому ноющему ублюдку.

Эго: Ты бесчувственный мудак и никогда не думаешь о моих переживаниях!

Суперэго: Все именно так, детка, пожалуйся на меня сборнику Элюара, сделай хоть что-то полезное.

Ид: Так что там насчет смерти?..

Ами: Ребят, если бы вы заткнулись, было бы очень мило, мне тут как бы работать надо.

"Я любила ее так, что для другой любви ни сил, ни желания".

Разбитое сердце не может болеть. Болит все вокруг, израненное его осколками.

Если можно выбрать воспоминания, которые останутся татуировкой в памяти, могу я заказать такую вот картинку?

Очень поздняя ночь или совсем раннее утро, за окном помесь лета и осени, за окном - редкие огни многоэтажек и частые огни звезд. Мы сидим на балконе, она - передо мной, подобрав ноги под себя, подобрав волосы кверху, подобрав самый лучший ракурс для меня - конечно, совершенно неосознанно. Я смотрю, как она затягивается тонкой белой сигаретой, задумчиво наблюдая за ночным городом, как тени от ресниц едва заметно касаются ее щек, а кожа кажется мелово-белой при таком робком естественном освещении и контрасте черных волос.

Я смотрю на нее и думаю: никогда прежде я не видела никого настолько красивого. И никогда прежде она не была настолько красивой. Такой красивой она может быть только в глазах того, кто так страстно и неподдельно в нее влюблен.

Дорогая, если однажды захочешь свой портрет, закажи его у моей памяти.

Что угнетает меня больше всего в эту чудную звездную ночь, когда я обнаруживаю, что моя любовь каинд оф ин лав в некоего мудака, который мудак уже потому, что он не я?

Меня угнетает, что мне совсем некому позвонить в 1:18 и попросить встретить меня в круглосуточной кофейне и не дать мне сойти с ума в эту чудную звездную ночь.

Ребят, живите кто-нибудь в Харькове. Будьте кто-нибудь таким человеком, я ведь и сама сделаю для любого то же самое. Буду вам the retuses включать, Бродского на память читать, шутить остроумные шутки про отвергнутость по методу Гюго.
Я вообще классная.
Просто схожу с ума в такие чудные звездные ночи.

"Никто тебе правду не скажет, потому что никто не знает, а я скажу.

Мазохизм предполагает, что ты тащишься от боли, но ты разве тащишься? В глаза мне смотри! Потухли! Нет ничего, смирение, покорность, обреченность, как муха в янтаре, тьфу на тебя, смотреть противно. Уйди с глаз долой… Нет, стой. И мне налей.

Можешь называть это благородством и силой, можешь называть это истинной любовью, но мы-то оба знаем: это всего лишь гвоздь, вбитый в твою психику в детстве. Тебе без боли страшно. Ты чувств других не знаешь, чтоб без боли, чтоб не страдать - так ты не умеешь. Вина у тебя в подкладку вшита, не увидишь невооруженным взглядом. За что ты платишь? Кому ты платишь? Девочка моя… Если бы я знал… Убил бы тебя сам. Веришь?..

Я вообще-то что пришел сказать.
Я восхищаюсь тобой, правда. Не твоей самоотдачей, не самопожертвованием, не терпением. Никто не знает, а я знаю и потому восхищаюсь тем, что верна своим чувствам, несмотря на то, что не чувствуешь их.

Никто не знает, каково это - трогать сердце и не чувствовать прикосновений. Онеметь изнутри, захлебнуться душевной комой и застыть.
А потом сказать: "люблю".

Никто не знает, каково уйти в минус. И улыбаться непослушными губами, и уверять, что в порядке, что совсем не больно, уже - не больно, ты продолжай, если счастлив от этого будешь, мне и этого хватит.

Никто не знает…
А я бы снова жизнь отдал, чтобы не знала и ты".

Не могла больше плакать - не получалось. Но эмоции искали выхода и нашли его в смехе.

Говорят, когда она смеялась, хотелось ее обнять и попросить: "Не надо".

Говорят, она улыбалась с таким лицом, с которым лезут в петлю.

Сломался механизм счастья и горя.

Мир затянуло болью. Сердце затянуло войлоком.

Она рассказывает мне тучу замечательных историй, у которых лишь один недостаток: они реальны.

Понимаешь, - говорит она, - не существует такого понятия, как "успешный человек". Не в этой стране. Ты либо успешен, либо человек.

Представь себе такую ситуацию: ты заканчиваешь средненький ВУЗ, ты беден, как культурный фонд Зимбабве, но сообразителен и крайне, возмутительно, отвратительно удачлив. Тебя находит твоя крестная фея, которая выбирает тебя из всех остальных бедных и сообразительных деток, потому что ностальгическая родственная связь с буквами в твоем дипломе и твоя манера говорить о бродвейских спектаклях кажутся ей достаточным поводом, чтобы вкладывать в тебя деньги, силы, надежды и иметь на тебя далеко идущие планы.
Ты не веришь своему счастью, потому что еще вчера ты отметил юбилейное 50 собеседование, на котором тебе сказали "нет опыта" и вежливо намекнули на дверь, а сегодня ты весь из себя такой РАБОТНИК, у тебя есть бейджик, своя чашка на рабочем столе и график с 10 до 6 по будням. Твоей фее плевать, что у тебя нет опыта, она взяла тебя с улицы, она увидела в твоих глазах жажду денег и перспектив, она верит, что подобранные дворняжки - самые верные питомцы.
Она учит тебя всему с нуля, потому что твой ВУЗ дал тебе лишь одно полезное знание: спать с открытыми глазами. Она тратится на повышение твоей квалификации, на выработку профессионализма, отправляет тебя набираться опыта заграницей, терпит твои косяки и, в конце концов, все это оправдывается. Ты вырастаешь в идеального сотрудника. Ты знаешь свою сферу деятельности досконально. У тебя есть связи и личные знакомства как с партнерами, так и с конкурентами. Ты наработал бесценную клиентскую базу: бесценную в том смысле, что эти люди никогда не смотрят на цены, они машут рукой и просят прислать счет их секретарям. Ты отплатил своей фее сполна. Фея не обидела тебя процентами.
Но ты обиделся.
Ведь теперь то ты охуенный, теперь то ты профи, прошаренный, да тебя же везде хотят, да тебя же партнеры в Италию переманивают - а она дает тебе каких-то 20% со сделки! И оскорбляется, когда ты намекаешь, что пора бы пересчитать твою стоимость, твою ценность, твою полезность. И смеет еще что-то говорить про из грязи в князи, припоминать, как в самом начале просчитывался иногда и терял суммы в европейской валюте, и мол где бы ты сейчас был, неблагодарный щенок…
Это она зря. Ты уже не щенок. У щенков нет мерседесов sl класса, и в "Генрихе Четвертом" для них вряд ли откроют "Дом Периньон".
И они, конечно же, не кидают так феерически красиво, как ты.
Клиенты - они люди небольшого ума, ты это знаешь точно. Кто там видел в лицо эту владелицу - твою фею, если ты еще не забыл, - они работали с тобой, деньги давали тебе и неизменно благодарили потом именно тебя. Тебе ничего не стоит сказать им, что так и так, смена дислокации, ты будешь продолжать делать их ощутимо счастливее, а их кошельки - едва заметно тоньше, но только в другом месте. А им все равно, к какому зданию припарковывать панамеру и на какой счет пересылать суммы.
Итог: ты красавчик. Ты теперь сам себе хозяин, и всей комиссией распоряжаешься по своему личному усмотрению. Всех тех клиентов, кто ВИП, кто элита, ты забрал с собой. Твоя благодетельница осталась ни с чем, на улице, прям как ты когда-то давно, помнишь? Не понимаешь, о чем я?.. Ну да. Конечно.

Вот так и появляются успешные бизнесмены, - она проводит рукой по папке с надписью "миллионники", - а люди исчезают. И ходят потом трупы в костюмах от Форда, и нежат свои разлагающиеся тела на Гоа.

Теперь ты поняла, куда попала?

Иногда я девочка-терпение, а иногда я хочу разделать его грудную клетку и посмотреть на это чудо медицины: сердце мертво, а человек все еще жив.

Люди, которые хотят отправить меня к психологу/психиатру, вы хоть понимаете, как это будет выглядеть?

В худшем случае: "Хотите, я дам вам достаточно материала для статьи "Состояние комфортного травмирования, позиционируемое как психическая стабильность", а потом заставлю сменить профессию?"

В лучшем случае: "Я люблю девушку, и если вы скажете, что это ненормально или что это юношеский эксперимент или что я принимаю привязанность за любовь, я сожгу ваше лицо".

AMINO

Самые популярные посты

9

Люди, которые хотят отправить меня к психологу/психиатру, вы хоть понимаете, как это будет выглядеть? В худшем случае: "Хотите, я дам ...

8

Что угнетает меня больше всего в эту чудную звездную ночь, когда я обнаруживаю, что моя любовь каинд оф ин лав в некоего мудака, который ...

7

"Я любила ее так, что для другой любви ни сил, ни желания". Разбитое сердце не может болеть. Болит все вокруг, израненное его осколками.

7

Не могла больше плакать - не получалось. Но эмоции искали выхода и нашли его в смехе. Говорят, когда она смеялась, хотелось ее обнять ...

7

Расскажу-ка я вам прекрасную историю о том, как проходит процесс сдачи крови на донорство. Ты приезжаешь в центр, заблудившись 5 раз с...

7

Внутрисознательные вечерники Ами

Эго: господи, я не вынесу этих страданий, за что мне все эти мучения, что ж так больно, слишком много боли для одного, я готов делиться, ...