Грусть

Вот этот момент, когда он целует, целует, целует, а потом отстраняется, на пару секунд, не больше, и смотрит в глаза, предельно внимательно, очень серьезный.
Это как будто и вопрос, и ответ одновременно, будто он что-то хочет прочесть там, и будто этим же говорит о своих чувствах.
Я не имею ни малейшего понятия, о чем он думает в эти несколько секунд (а потом начинает целовать снова, или в лоб, или в щеку, или крепко обнимает), но в них умещается такое большое, которое я не могу совсем описать: какая-то благодарность, и выбор, и убеждение, и серьезность, и любовь, и еще что-то.
Это мои любимые секунды.
А стуча моим чемоданом и держа меня за руку (перед прощанием), на улице, он наклонился к моему уху: "кажется, меня любят".
Боже, кто (эта сумасшедшая) ?!

Стала очень переживать и бояться, потому что хочу, чтобы этот сайт оставался только моим. Я тут очень откровенна (не на все сто, но на девяносто девять), здесь не просто столько лет моей жизни и мыслишек глупых, здесь о нем, о чем-то таком, что я не произношу вслух. Здесь что-то только-только мое, куда не нужно заглядывать. По крайней мере, пока.
Думаю, когда я захочу показать ему это место, это будет высшая степень, я стану совсем голой. А это все-таки большой шаг.

Еще недели три назад все было как-то легче. До того как мы встретились, пока еще была куча вопросов, сомнений, неуверенности, мне было совершенно комфортно в таком положении, когда есть достаточно времени, ночные пожелания доброй ночи, болтовня, и пр. пр. пр.
А теперь уже неделю я пытаюсь снова привыкнуть к такому положению вещей, и это сложно, когда ты уже знаешь, как он смотрит, целует в лоб на ночь, обнимает, носит на руках в кроватку, сложно вернуться в режим расстояния.
По этой причине мы уже неделю как-то негласно друг другу ноем - вооот, так бы и потрепал за щечку, но увы и ах; кааак хочется положить головушку на коленки и прикрыть глазки; ооох, страшно хочется обняться и уснуть.
Ноем и грустим. Грустим и ноем.
Выглядит это не очень ужасающе просто потому, что очень завуалировано.

Кто ж знал-то, а

Я заболела и никак не могу вычухаться из этого, прибавляя и прибавляя себе только болячек и дискомфорта. Усталость такая, что хочется лечь пластом и не двигаться, не реагируя даже на свет.
Именно по этой причине мне надоела учеба, надоело быть должной людям, которые в последний момент вдруг решают, что все задания должны быть сделаны на вчера.
Я встаю рано утром, бегу туда, сюда, обратно, снова туда, потом сижу до ночи и выползаю спать с болящей спиной, глазами и головушкой. И очень задаюсь вопросом - кому вообще все это нужно и насколько?
Мне давно уже стало понятно, что в жизни есть масса более важных вещей. Так какого черта тогда

Пора вводить новую рубрику - эйдетка или уроки пикаперства.

И мое любимое (аж прослезилась!)

(Это вы еще не слышали, что он выдавал устно! Невыносимый человек)

Мама вводит меня в ступор.
Я знаю, что с ней нельзя спорить, не потому, что она мама, а потому, что в принципе спор никогда никого не переубедит, изменить мнение может только пример, или опыт.

Она как-то вздохнула о том, неужели я действительно думаю, что он там меня ждет. В плане секса. Просто сидит на месте ровно и будет сидеть, пока я тут его мурыжу (а я не планирую торопиться).

И да. Я так думаю. Не так. Я в этом уверенна.
Потому что секс - это не главное. Банально, правда?
Но соль в том, что я почти одновременно услышала, что секс - это всего 1% отношений, и прочитала: "в молодости всегда кажется, что секс - наивысшая ступень близости, а потом оказывается, что еще много куда есть дальше".

Мама говорит мол а вдруг тебе не понравится, это же надо проверить!
А я думаю, что техника у всех примерно одна и та же, отличие - в том, как ты настроишь партнера, научишь его с собой обращаться (и это не только в сексе применимо). Или много вернее ждать, что появится принц, владеющий идеальным размером, тактом и расстановочкой?
Очень ошибочно пытаться поставить секс одним из важных углов. Гораздо более важно научиться общаться, слышать и говорить, сосуществовать и идти в одном направлении.

Вернемся к нашим баранам.

Я второй день дома и второй день катастрофически не могу собраться, влиться в ту тонну неприятного, что навалилась в конце учебного года. Количество всякого растет неумолимо, а я только сижу и расстраиваюсь. Настолько не хочу ничего делать, что аж внутренний барьер, знаете, заборчик, проволока.

Пора рассказать, думаю, о прошедшей неделе.
Она прошла… она прошла, в общем, а я не успела даже глазом моргнуть, не могу отличить один день от другого, они все как-то слились в одно большое облако. Теплое облако талого мороженого.

(Очень хочу вставить здесь, что люблю этот сайт за свою полную откровенность, за то, что он здесь ничего не видит и не читает)

Так вот. Знаете, он когда меня впервые поцеловал (именно там, между кухней и гостиной, прижимая к косяку), это были странные ощущения, т.е. я точно помню, что не было вау, и волшебства не было, мы целовались, а я в этот момент думала о нем, о себе, о его языке и губах, как влажно он это делает (и, бесспорно, приятно), я даже открывала глаза на доли секунд и смотрела на него, на глаза и волосы, на стену, в зеркало.
Самое удивительное, что вся магия подоспела только потом, в последний наш день при его поцелуях я полностью отключалась, переставала существовать, становилась кусочками клеток и тела, только там, где он касается руками.
Я говорила уже, как его в дрожь бросало, через несколько дней он заводился так, что я диву давалась - как он сдерживается, потому что он мог положить руку мне на шею и сдавливать, зарыть ее в мои волосы и сжать, поворачивая голову так, как ему нужно, царапать мне спину, сжимать лодыжку. Да о чем речь, у меня синяк на губе сошел только, а на шее все еще бледнеется (и это было какое-то откровение, ибо о нежности я знала и раньше, а о страстности и жесткости - только-только).
Я, - говорит, - пойду потом в спортзал, а то это невыносимо.
Я несколько раз шептала ему "не надо", а он:
- ты действительно боялась? т.е. я два года почти распинаюсь тебе о высоком, о гнусности, о всем серьезном, а ты взаправду подумала, что я возьму и сделаю это?
Конечно же, нет.

Я сейчас ловлю себя на том, что мне не верится. Неделю назад он лежал у меня на коленочках, я гладила его голову и не верила происходящему, не верила, что это он, что он так рядом, что все на самом деле и все наконец настоящее.
А теперь я не верю, что снова лежу в своей постели, одна, и только вижу его смс.
Раньше это было более выносимо.

Я же убедилась все-таки. Не в нем, в себе. У меня был большой вопрос к себе - я это не придумала? я в это не играю?
Нет, я очень его люблю.

Вдруг увиделось, как мы за эти два года (ну, почти) изменились. Не только он, оба. Оказывается, вместе мы стали лучше.
Промолчу о каких-то банальностях вроде ума, взрослости, поведения и пр.
Я с ним очень не я, в хорошем смысле. Он делает меня такой нежной, заботливой.
Господи, видел бы это Н., он потерял бы дар речи, здесь и подумать нельзя было. Я вот сама тянусь в поцелуе, сама обнимаю, сама говорю ласковые слова, сама забочусь (это я только о своей стороне, разумеется).
Поэтому я и заметила, что мы синхронизировались, переняли друг у друга манеры общения. Мы вообще очень быстро нашли общий язык, быстро стали понимать с полуслова, думать одно и то же, заканчивать фразы.
Теперь мне с ним даже переписываться странно, не так как раньше, все стало яснее, не нужно так много выяснять и описывать, информации как будто стало больше.

Он подарил мне самую восхитительную книгу на свете и она теперь вместо него. Я кладу ее на грудь, вожу по обложке руками, и мне становится спокойнее, легче, отраднее.
(Знаете, как забавно было, когда я радовалась ей (он там написал еще самые лучшие строчки), а он сразу начал мол а вот в слееедующий раз я подарю тебе… боже, мужчина)

Вообще, думаю, я все делала правильно, потому что на перроне (прощаться было, конечно же, невыносимо, при том, что встретившись пять дней назад мы прообнимались ровно половину минуты только) он держал мое лицо в руках и говорил, что очень постарается, чтобы мы встретились совсем скоро (и летом, и осенью, и зимой).

Не знаю, почему мы откладывали, но к морю пошли лишь за несколько часов до отъезда. Море сказочное.
Я влюбилась в том городе только в море!
Подошли, а там ветер кошмарный, и штормит, брызги на ногах, на платье, на волосах, на всем лице и губы соленые (он сказал). Обнял меня сзади.
Вообще, удивительным образом, когда он обнимает, для меня все вокруг пропадает (кроме моря), я ничего и никого не вижу, не слышу и не чувствую, круг смыкается.
И тут подходит девушка мол давайте я скину вам фото, вы так красиво стояли, что я не смогла удержаться.
Так, у меня есть фотокарточка моей мечты, настолько прекрасная, что нет слов. Спасибо.

Я простудилась и очень мерзла, ходила, засунув руку ему в карман (где его, и пальцы, конечно же, очень сплелись), или вжимая обе свои в одну его, а прохожие нам улыбались.
'Чарівна пара!' - нет, мы не заговариваем с незнакомцами.

Будет еще пара забавных случаев, раз я уж решила сгрудить все в один малосвязный текст.
Сидели как-то в кафе, ждали чай, а принесли одну чашку. Одну. Нас двое. Медвежонок тяжко вздохнул и попросил еще одну. Любезная девушка улыбнулась и принесла, пустую, просто поставила (интересно, она подумала, зачем нам, мы настолько странные?)
Гений инженерной мысли (тот, который пару дней назад открывал вино табуреткой - но лично не видела, не допустили. это, к слову, второй забавный случай) сходил за соломинкой, вручил в мои ручки пустую чашку, пониже стола, и таким образом переполовинил чай между нами.
Стала побаиваться.

Очень меня раздражала тетя, к которой я выпорхнула (в 10 градусов тепла, на минуточку) из своего кокона счастья. Она разговаривает со мной так, словно мне все еще 10, ставит ультиматумы, приказывает, ничего совершенно не слышит. И я только и думала, что мне ведь уже 23, на меня не действует ничего из этого, я очень хочу к тому мальчику, который ничего такого не делал, а заботился по-другому, спрашивал, слушал, решал.
Медленно стала приниматься мысль, что я начинаю быть готова к покиданию их, вот этого дома, к подобию самостоятельности и собственных решений.
Они все теперь спрашивают, что и как будет. А я и сама не знаю, и говорить ничего не хочу заранее. Мы решили это вдвоем как-то внутренне, придет время - обсудим.

Очень я люблю свое окружение. Несколько человек написали мне, как они за меня счастливы и как рады видеть мое маленькое медовое облачко. Представляете?

Впервые меня любят, так любят. Впервые это взаимно. Впервые все правильно.
Поздравьте меня.

P.S. я попыталась собраться, но тут как смогла, пускать слезки под дождь по дороге домой от осознания возвращенности - куда легче. что-нибудь эдакое развратное потом вспомню, ух, расскажу!

За это (мизерное) времечко у нас настолько синхронизировалась манера общения, что я теперь ловлю себя на его мимике, фразах, жестах, на чем-то 'нашем'. И аж психую, это невыносимо же совершенно. Я раньше думала, что это он слишком явно перенимает мое всякое (ерунду натуральную), а оно эвоно как

Я прошу подаренную им книжку (мечты) рассказать мне что-нибудь о нем, закрываю глаза, раскрываю случайную страницу, кладу пальчик, а потом читаю: 'остальные, хотя среди них были и холостяки, считали, что уже выбрали свой путь', закрываю книгу и целую ее обложку.

Готова плакать о том, как не хочется ехать домой, как я уже привыкла к объятиям (носит меня на руках в ванную, в спальню, через железные заборы-цепи), (прямо на улице зарывает ручищу мне в волосы). Я умудрилась простыть, к слову. Так что там, можно остаться, а?

Он, когда целует, его в какой-то момент начинает бросать в дрожь, прямо чувствуется, как его всего трясет, он прижимает и сдавливает сильнее, очень сильно, кладет руку на шею, кусает. Я вчера обошла полгорода с красной шеей. Можно еще много деталей, но пока хочу сказать, что мне настолько комфортно, я могу с легкостью уснуть на его коленочках, не переживая ни о чем вообще. Ужасающе летит время. Не успеваю ловить в ручки.

Он постелил себе на диване, а меня закрыл в спальне, пожелав сладких снов. Потому что до этого мы ужинали, пили вино при свечах (свече), лежали на этом самом диване, пока он не стал на колени и не начал меня целовать. У него получается очень страстно, что в какой-то момент я забываю, где мой язык, а где его. Зафиксировал мои руки над головой, пальцами подобрался к груди под майкой, попросила 'нет' - тут же убрал, то же с внутренней частью бедра. Еще раньше мы готовили ужин, поставил воду на плиту, зачем я подошла вообще. Потому что обнял крепко, зарывал руку в волосы (любимое занятие), целовал макушку. Минут 5. А потом как-то повернул голову, посмотрел в глаза и мы впервые поцеловались - между кухней и гостиной, прижимая меня к косяку. Шею целует так, что вся красная, а я совершенно схожу с ума. Совсем перед этим он обнял меня на вокзале, дотащил чемодан до пункта назначения, накормил овсянкой (о, это отдельная история!), и почти 5 часов показывал всякое в этом странном городе. Странный, потому что не может быть чужим город, где тебя кто-то любит. Ну, а он теперь полуночит на диване, когда я хочу, чтобы всю ночь обнимал меня. Не знаю, давление ли на погоду, или на этого юношу, но каждый раз у меня сердце падает и не бьется вообще, тошнит, кружится голова, приходится дышать глубже, чтобы не грохнуться в обморок. Спокойной ночи

Слушайте, 6 утра, я плохо спала в поезде, кошмарно нервничаю. Непередаваемо нервничаю.

Я тряслась вчера целый день в дороге, не думая вообще, не то, чтобы ни о чем, но в принципе не думая, а просто повторяя определенные действия за другими - мы выходили, все вдруг разом ринулись по машинам, а я неприкаянная, мне достался дикий оранжевый фургончик хиппи 80-х годов, о котором шутили и знали ну просто все, с болтуном-водителем, нас даже проверяли шутя, боже. А потом снова дорога, дорога, дорога Самое странное, что у меня совершенно нет ощущения, что я черти где от дома (ну, подумайте, 8,5 часов дороги - это вам не шуточки, особенно не шуточки это для моих стареньких косточек). Я вышла в этом городе, ждала тетю, смотрела на все и никак не реагировала. Здесь каждое здание такое красивое, старое, и солнце между ними так ярко и тепло садится, что невозможно разлепить глаз - только щуришься, греешься, нежишься. Но ощущения далекости дома нет все равно. Кроме, разве что, усталости и утомленности. Но я сейчас вот (сейчас - это 6 утра) проснулась здесь, никак не помещаюсь на кровати, и никак не могу уснуть назад. У нас куча дел, вечером поезд. Я уеду еще больше чертикуда, еще дальше. Чтобы завтра в 8 утра впервые обнять своего медвежоночка (который перепутал все на свете, приехал прерано и ждет меня со вчерашнего дня)

Там все такое зеленое, свежее, чистое, все такое дышательное, приятное, нежное.
А у меня собрана сумочка.
До встречи.