Известное кончилось.

Жить можно.
Можно просыпаться по утрам снова в семь. Можно вдыхать городской убитый воздух. Можно даже иногда быть счастливым, если тебе хочется. Можно не влюбляться, как минимум, месяц, а потом во всех и сразу. Можно забывать людей со скоростью один человек в минуту, а потом понимать, что кто-то из них был вполне нужным. Можно сидеть на парах. Можно улыбаться иногда. Можно оставаться детьми. Можно ни за что не взрослеть. Можно уходить почти сразу, не дожидаясь вечера. Можно больше не быть самой милой. Можно вообще толком не быть. Или засыпать с мыслью "Плевать. Это всего лишь жизнь".

Я больше не хочу путешествовать. Я больше не хочу быть девочкой, которая всегда улыбается. Не хочу, чтобы меня любили. Не хочу до чёртиков приличных тусовок. Не хочу врать. Не хочу притворяться. Не хочу ждать от этой жизни чего-то значительного.
Эй, это всего лишь жизнь. Проблема в том, что она твоя.

**А я в последнее время ощущаю себя девочкой, из которой выпотрошили всё хорошее, все мысли, все желания. Вы и сами, наверное, заметили. И блог этот хочется мне завершить. С вьюи, конечно же, не ухожу, настолько я привыкла.

Поэтому всем вам, людям, привыкшим ко мне и, может быть, любящим читать полуживые тексты, я оставлю адрес своего нового (точнее, он старый. заводила лет сто назад) блога. Дайте мне знать, что он вам нужен.

Расшатанные, почти полу-убитые нервы.

Странно, но моё лето-это шесть сезонов "Блудливой Калифорнии", неудачная попытка прочтения Кафки и волшебный Макс Фрай. Пара-тройка дождей и солнце, солнце, солнце. Выпускной, который приобщил меня к теплому асфальту и "привет, новая жизнь". Этим летом я много умирала и ни в кого не влюблялась, как и, наверное, в любое другое лето.

Моё лето-это пара алкогольных ночей. Ночь на крыше. Традиционное звездное небо. И всего два рассвета которые я встретила вне кирпичных домов и стен.

Грустно, но моё лето - это ушедшая, не вернувшаяся прекрасная кошка.

И три дня назад моё лето закончилось фразой " вау. тебе идет курить." Вот так легко рушились мои принципы. Ломалось очень многое. В основном, во мне.

А эти четыре последних дня перед сентябрем - они как репетиция осени. Пробная версия. И ничего, не страшно, жить можно.

Лето закочилось.
Спасибо.

И что с того, что истории превратились в хлам, а воспоминания чувствуются и не в коем случае не переводятся в слова.
По утрам болит горло, а значит-"привет, снова ты?".
Больное горло как неотъемлимая часть присутствия осени, и никуда от этого не денешься. Я знаю, вам надоели эти рассказы, но осень-есть осень, и умолчать о её приходе не так уж просто.

И никакие питерские дожди и чистые облака над Коста-Рикой тебе не светят. Только убитый цивилизацией город. И что, если кто-то сказал, что самые прекрасные закаты происходят на крохотной планете Маленького Принца, и я ему верю.

Там осталось слишком много, и здесь я налегке. И желательно ненадолго.

И когда в следующий раз над нашим город взойдет солнце, будет осень. И вот тут я допускаю грубую опечатку. Этот город вовсе не "наш". И уж точно не мой. Но я буду любить его как что-то обязательное, и, к счастью, временное. Этот город пройдёт, закончится, и к тому моменту я подыщу себе новый. Но кто знает, может быть, завтра я скажу, что этот город во мне навсегда и заключу с ним договор о тихом, мирном существовании в его пределах лет на шесть, а то и больше.

Я ждала этого с самых крохотных детских лет. Я должна быть счастлива.

Что-то заставляет меня их любить. Любить какой-то особенной любовью. Основанной, может быть, на привычке видеть эти лица много-много лет, изо дня в день, каждое новое утро.

Близится осень и ты волей-неволей, а вспоминаешь. Вспоминаешь всех тех, кого оставил в дурацко-счастливом (только сейчас понимаешь, что он был вполне близок к тому, чтобы называться "счастливым") июле. Вспоминаешь всё по той же привычной привычке.

Я вспоминаю её, задумчиво улыбающуюся, с грустными, осмысленными глазами. Я знаю, что это не так. Но сегодня она кажется мне именно такой. Без подлости и наглых, лишенных всякого смысла, глаз. Скоро мы встретимся, чтобы попрощаться надолго. Мне не будет грустно расставаться с ней на несколько лет, или даже навсегда. Я бы хотела помнить её такой, такой, какой я её вспомнила, а точнее, придумала сегодня утром.

Но что заставляет меня их любить? Абстрагироваться от всех их дурацких поступков и просто любить. Любить, как любишь дальних родственников, которые за тысячи колометров от тебя, присылающих открытки на новый год, и, с которыми ты скорее всего никогда не увидишься, когда сменишь домашний адрес.
Я называю это "любить", хотя, на самом деле, я просто рада за каждого из них, когда в их жизни происходит что-то хорошее. Я называю это "любить", хотя просто не желаю зла и всё еще помню, как мы были "командой".
Я помню их хорошими. И совершенно не хочу встречать их снова, чтобы они не нарушили мои воспоминания. Помнить их, придуманными мной в одно утро, лучше, чем никогда больше не вспоминать. Хотя лучше, или нет, это тот еще вопрос.

А что, если бы мы встали со своего места на минуту раньше?
А что, если бы мы в этот момент уже были там ?
А что, если бы мы шли по левой стороне дороги?
А что, если бы кто-то сегодня не вернулся домой?

И ты вдруг улыбаешься.
Эй, мы гребанные счастливчики..!

А пятнадцать минут назад ты говоришь, что умирать сейчас совсем не правильно. Умирать сейчас-глупо. У нас с тобой впереди целая жизнь. И мы говорим о том, что нам совершенно не хочется стареть. И мы говорим еще кучу глупостей. Нам хорошо. У нас впереди целая жизнь.

А пару дней назад я написала, что больше не хочу рисковать.
" Я больше не хочу рисковать. А это значит, что мне в кои-то веки есть, что терять. А это значит, что я дорожу.." Разумеется, то, что написанно курсивом, пару дней назад я уверенно стёрла.
Я всегда знала, что стоит мне это признать и всё, крах.
Я всегда знала, что стоит мне только сказать-"я хочу жить."- и у меня этого не будет.

Привет. Это моя жизнь. И сегодня мне почему-то повезло.
Мы больше не думаем о том, что бы было, если бы.

Вчера был сложный день.
Я говорила, что человек не может взять и проснуться другим. Но человек может всё.

Я выучила её за семнадцать лет. Я буду той, кем она хочет меня видеть. Но совсем скоро она поймет, что я не могу совмещать в себе то, что было и то, что она требует. Совсем скоро она поймет, что скучает по той девочке. И что она была в тысячу раз лучше и душевнее.Она не понимает. Убивая в себе несерьезность-я убиваю всё, что во мне осталось.

Всё, что раньше я называла пустотой, таковым не являлось.

Я больше не хочу рисковать.

Что-то произошло. И я не знаю, что.

Я даже не знаю, разочарование это или нет. Скорее, потрясение/удивление/неожиданность/ то, что взорвало мой мозг/ да что угодно.
У нас (да и вообще, у многих) после такого обычно молчат несколько секунд, а потом произносят: "Мир никогда не станет прежним".

Мой мир просто-хдыыщщ!-и взорвался, чёрт возьми, но в самом хорошем, точнее, просто в щадящем смысле этого слова. Бывало ведь и хуже.

Но осознание, что Макс Фрай-женщина, убило во мне всё. Всё, что было, всё убило. И где-то в глубине сознания, читая про персиковый чай и прочие прекрасности, я понимала, что для мужчины это немного странно. Но мне нравилось.

А вообще, что касается МФ, то я редко покупаю книги вот так, не узнав ничего об авторе. Но сейчас я думаю, что это даже хорошо. Иначе не было бы у меня этих чудесных книг. Наверное, может быть, я еще и разочаруюсь в писательстве этого автора, а пока книги эти согревают меня без всякого там персикового чая и плевать, что лето. Мне всё-равно холодно по утрам.

А еще я подумала и решила забросить этот блог к херам. Люблю вас и вьюи люблю. И где-то в начале августа, если мне не изменяет память, исполнилось два года, как я написала свой первый пост в свой первый блог и меня затянуло. Два года. Ухожу я, конечно же, не насовсем. До сентября. А дальше поживём-увидим. Посты ваши прекрасные читать буду, и лайки буду ставить, а может быть, заскучаю и вернусь очень скоро. Может быть, даже завтра.

Не уютно по одной простой причине. Холодно.
Каждый вечер выбираюсь из дома и наблюдаю, как темно уже в одиннадцать вечера, как по-осеннему прохладно, и как мы вдыхаем этот воздух, поёживаясь и обхватывая себя двумя руками, чтобы уберечь от ветра. Потому что всё еще одеваемся не по погоде. Потому что, вроде бы, "лето".

И мне всё это, знаешь, как серпом по..Ну понимаешь, да.
Но вслух я говорю немного иначе. Говорю, что сердце кровью обливается. А в последнее время оно у меня по поводу и без повода обливается.
Это лето, как мне кажется, было правильным в плане погоды. Не знаю, как у вас, а у меня так.
А это лето поистрепало мне все нервы. Терзало всеми возможными способами. Но сейчас мне спокойно. Хоть и не уютно, хоть и сдохнуть хочется, но не потому, что всё развалилось, а потому, что осень. Спокойно, хоть и дел запланированно выше крыши, а времени-то и не осталось совсем. А под ногами листья. Хрустят и ломаются. Я на них намеренно никогда не наступаю. А вот попутчики мои радуются, как дети, что листочек под их ногами хрустнул.
Наверное, скажешь, глупо писать об осени в начале августа, тем более, когда синоптики обещают днем +27 где-то через неделю. Но зачем мне +27, если по вечерам дует холодный ветер и ощущается тоска от осени, которая рядом.

И ты не можешь сейчас разрушить то, что я вновь построила. Ты не представляешь, как мне было тяжело это сделать. И вот ты говоришь, что всё, чего я хотела, но резко потеряла вчера, я смогу вернуть завтра снова. А в моей голове уже другая жизнь. И я на нее согласна. Вот видишь, как мало времени мне требуется для того, чтобы принимать то, что есть и любить это.

И я уже не знаю, хочу ли вернуть.
Это было вчера. Вчера у меня отобрали ту жизнь, о которой я мечтала. Завтра мне её могут вернуть. Но я уже не уверена в том, что поступлю правильно, если соглашусь на это.

Сколько можно терзать меня?

Сейчас так важно принять правильно решение. И я готова бросить монетку или ткнуть пальцем наобум, предварительно закрыв глаза. Наверное, именно так совершается большинство ошибок. Наверное, именно так я и поступлю. Но осознание, что это моя жизнь и я не хочу лажать снова и снова на каждом шагу, не даёт мне покоя.

Ты не представляешь, как я устала.
Ты не представляешь, как я этого хотела.
Я не уверенна, что поступаю правильно.

Сегодня у меня большие заплаканные глаза. Мы не смогли упустить ни одной возможности облажаться. Везде, где можно, мы лажанули. Я говорю "мы". Наверное, просто "я". Наверное, просто иначе не могло быть.

Мы лежали в одинаковых майках и смотрели в потолок. Мы говорили, говорили, в основном, об одном и том же. Обо мне. О том, что дальше. Строили различные исходы событий, иначе именуемые как воздушные замки. Каждый новый день вносил поправки во вчерашние мысли/размышления. Каждый новый день казался мучительным, но я ошибалась. Сегодня всё закончилось. Ты можешь меня поздравить. И нет, увы, это не слёзы счастья.

И дело тут даже не в том, что я боюсь не справиться. Дело в том, что так будет всегда. Пока я вдыхаю легкими воздух.

Всё в порядке.

День, когда я сдалась.
Свернув перед самым его домом. Прошагав десять метров. Вернувшись. Снова свернув. Дойдя до своего дома. Решив, что на этот раз точно дойдешь. Проходишь десять метров. Возвращаешься в свой дом. Стоишь у порога. Выходишь, закрываешь дверь на ключ. Через минуту открываешь снова. Нет. Не можешь. Ему ты что-нибудь соврешь. Но за этот поступок будешь долго себя ненавидеть. Ты свернула перед самым его домом. Ты боишься. Боишься, черт возьми. Что с тобой не так?

Хочешь честно, дорогой друг? Я не ожидала от себя такого. Не ожидала, что не смогу пересилить себя. Я всегда это делала. Сегодня я сдалась. И несколько минут ушло на эти метания из стороны в сторону. И несколько минут на продуманные диалоги и улыбки, но. Я больше не могу. Я дома. Я совру что уезжала. Я успокою себя тем, что просто устала, и что в последнее время я-не я.

И даже сейчас. Я готова в любую минуту сорваться. И пойти туда. Чтобы доказать себе, что я могу. Но скорее всего я просто успокою себя, что устала и лягу спать.

Беда не приходит одна.
Мне кажется, что это предел.

Да, чёрт.. Моя жизнь-уже не моя жизнь. Она разваливается каждый день по чуть-чуть и мне уже не больно и не страшно. Мне уже почти никак. Это то самое идиотское (а может быть, вполне хорошее) чувство, когда ты отдаляешься сам от себя и от своей жизни и всё, что ты можешь это наблюдать. Всё это не с тобой. А если и с тобой, то к чёрту.

Представляешь, я так и не стану врачом.
Я построю вновь что-то новое.
Я знаю, что оно развалится.
плевать.

Самое дурацкое-это ждать, верно? Ждать решения суда, или оценки после переводной контрольной, или объявление имени победителя, или сообщения, да чёрт возьми, чего угодно.

Жду.

Я решила во что бы то ни стало не терять надежды. В любом случае я готова к любым исходам. Мне так кажется. Знаешь, я справлюсь. Просто это было смыслом моей полу-пустой жизни.

Может быть я стану учителем, буду копить себе на машину, и даже если учитель химии из меня будет хреновый, я всегда смогу вернуться сюда, в это сраное место, и меня здесь примут. Буду получать 10 тысяч в месяц и делать постепенно ремонт в квартире, в которой сейчас нахожусь. На выходных буду выезжать в город. Правда, я пока еще не решила, зачем. Может быть выйду замуж. Может быть, начну курить. Буду пить чай с учителями, которые всё еще будут служить этой школе. А может быть, на случай, если учитель из меня выйдет хороший, буду заниматься репетиторством, готовить детишек для поступления в мед, а когда стану совсем старенькой, буду рассказывать им истории о том, как у меня не сложилось. А может быть, не буду старенькой.
Я решила во что бы то ни стало дожить до двадцати шести. Но в последнее время мне кажется это невозможным. Вспомни хотя бы случай, как я переходила трассу, не обрщая внимания на бесконечный поток машин, поднимая с асфальта телефон. Да я чёртов везунчик. Мне кажется, что когда-нибудь я умру не заметив этого. Развалюсь на асфальте, как три дня назад с моей самой гордой девочкой, и совсем не пойму, что ебанулась с какой-то непонятной крыши. Я любила людей, умирающих во сне. Наверное, они были святыми. Моя бабушка говорила, что было бы не плохо, если бы тромб оборвался или что-то вроде этого. Но жизнь уготовила ей нечто похуже и гараздо страшнее. Я не могу понять, почему. До сих пор задаюсь вопросом. У нее была сложная жизнь и, она не заслужила всего этого. Жизнь очень часто не права. И я знаю, что на мне она оторвется по полной. Плевать.

Не знаю, стану ли я когда-нибудь женщиной, которая будет носить классические туфли на каблуке и вечерние платья. Завивать свои длинные рыжие волосы, красить губы в слегка-красный, улыбаться мужчинам, обнимать мужа. Я не знаю, и не знаю, хочется ли мне всего этого. Скорее всего, да.

Еще один год здесь-я не вынесу. Очень сильная неприязнь к каждому сантиметру этого места. Но вернуться сюда через шесть лет меня уже не пугает. Кто знает, вдруг я стану такой же, как и все эти люди, которых я не слишком люблю. А может быть, мне следует уже заткнуться и сходить в гости к отцу. Во мне, на самом-то деле, нет ни грамма отчаяния. Просто хочется поскорее со всем этим разобраться.

Запереться дома до пятого августа. Лежать и ждать. Иногда выходить на кухню, чтобы попить воды.
Давай я буду ныть, а ты будешь разрешать мне это делать.
Но я молчу.
Придется заново перекраивать всю жизнь. Придется от многого отказаться. Но, знаешь, плевать. Я готова.
Помнится, в старом блоге, который я очень любила, я писала о том, что как бы ты ни старался-жизнь всё-равно против. И ты постоянно за что-то борешься, за что-то воюешь, но не побеждаешь. И ты убит, измотан и с ужасом понимаешь, что всё это было напрасно.
Да. Я во многом облажалась.
Июль был отвратительным.

Я не знаю, во что верить.

Потому что мир, прежде всего, жестокий. Потому что люди, в первую очередь, злые. Подлые, завистливые, называй, как хочешь. Ты должен быть сильным.
Ты научишься с этим жить. Ты научишься спокойно с этим сосуществовать изо дня в день и, наверное, только тогда мир станет для тебя другом. Может быть обманчивым и лживым. Но с прекрасным небом и будет изредка тебя радовать. Может быть, именно тогда для тебя откроется что-то новое, что-то по-другому. Может быть, именно тогда ты сможешь ощущать свободу, впуская в свои объятия ветер, и ты будешь улыбаться по утрам, и ты встретишь человека, которого захочешь обнимать.

Я не открывала Америк, не изобретала велосипедов. Я не пишу ничего сверхнового. Всё это было сказанно уже до меня и тысячу раз.

Я поняла, что хочу ошибаться. Хочу иметь мнение по любому поводу. Даже если ты спрашиваешь меня о политике. Даже если мои убеждения не верны. Я хочу учиться. Я так долго шла к тому, что проще, легче, и мне наскучило. Я не была самой лучшей. Никогда и ни в чем. Я никогда не была, как все эти детишки в моем дворе. Мороженки в вафельном стаканчике мне вполне хватало, чтобы температурить пару дней и не давать маме спокойно жить. Я часто провожу с ней параллель и понимаю, что изначально я такая же. Точь-в-точь. Но только без пустынь и северных оленей. Без путешествий в другие страны. Без вертолетов и кораблей. Максимум, что мне светит, дак это Питер. Но я, как она, давно решила, что семья/любовь-не моё. Остается лишь быть сильной и независимой. И любить то, что есть. Или создавать то, что потом будешь любить. Наверное, это не значит, что иногда ты не будешь замечать меня, лежащей на траве, держа кого-то за руку. Знаешь, это вовсе не значит, что я не смогу быть счастлива хотя бы иногда.

Да, это сборная утренняя солянка из мыслей от Жени. На самом деле, я пишу этот пост с самого утра. В итоге вы наблюдаете всё это. Изначально пост не об этом. Время без десяти четыре. У меня на спине два внезапных синяка, опыт курения лекарственных трав, желание больше никогда так не делать. Я ненавижу всё это.