We'll be stars just the way that we are

бесценный момент, когда ты измеряешь вес, а врач смотрит в карту на результаты прошлого года и ехидно замечает: поправилась! а потом доходишь до роста и тебе еще ехидней: и не выросла! да пошла ты нахуй.

неловкий, но заставляющий задуматься момент, когда это - объективно твое наиболее удачное фото с выпускного

а это - с выставки

иду по какой-то холмистой местности по сугробам, в лицо - ужасный ветер, идти тяжело, ноги еле-еле передвигаются. вдруг понимаю, что под ногами не снег, а торчащие из-под земли головы трупов, которые хоть и мертвы и изуродованны, а все равно двигаются и издают звуки. в ужасе как-то перескакиваю через все это, выбираюсь на чистый асфальт, перевожу дыхание, прохожу пару метров и сразу же вижу идущих прямо на меня трех мертвецов, занимающих собой всю дорогу. пытаюсь как-то обогнуть их, отбиться от них, но ничего не получается, и один (по-моему, даже одна) из них говорит: думаешь, сделаешь это и все закончится? так вот нет, это никогда, никогда не закончится, потому что жизнь - трагедия, вечная трагедия.

обожаю свои сны. самое интересное, что вторая часть сна была о том, как мы с одногруппниками вместо чьего-то там концерта попали на концерт 2pac (???), и он вместо того, чтобы выступать, вещал со сцены какую-то полуреволюционную мудрость.

ужасный день. потеряли мою карту в поликлинике, пришлось просить каких-то рандомных молодых людей купить мне специальную банку для анализов в аптеке (потому что в обычной их сдавать, конечно же, нельзя!), потому что с собой у меня наличных не было, а ситуация была отчаянная (банка стоит 9 рублей, но мне все равно стыдно, потому что это я). выслушала очередные придирки. оказывается, в моем тексте "нет текста", только собранные цитаты, и вообще я не сама писала. сказано все это было еще до прочтения моей работы, но 25 лет опыта, видимо, позволяют определять качество работы по первому взгляду на нее, о да… решила от отчаяния приготовить себе что-нибудь вкусное, переврала рецепт и пришлось все заготовленное вылить. сейчас маниакально запихиваю в себя шоколад, несмотря на то, что мне даже уже не хочется его, и на то, что я сходила с ума по дороге домой, потому что чувствовала, как мои ляжки трясутся при ходьбе и периодически касаются друг друга. нужно пылесосить, убираться вообще, готовиться к завтрашней контрольной, а я ничего не могу сделать. ничего не спасает. хватает сил только на то, чтобы делать работы по одному единственному предмету и как-то относительно следить за собой. вся разваливаюсь, левое колено болит уже вторую неделю, тахикардия как была, так и осталась, ужасные головные боли, температура и горло, несмотря на принятие терафлю в огромных дозах. хотела с отчаяния купить себе помаду за 900 с лишним рублей, но нужной мне не оказалось в наличии (черной? серьезно??). успокаивала себя тем, что в германии смогу прикупить нового шмотья, потому что да, меня утешают покупки, но потом подумала, как буду все это примерять, и как по привычке буду брать xs, и оно не будет на меня налезать, или будет сидеть очень туго, и все будет меня полнить, и все кончится тем, что я расплачусь в примерочной, и… все очень плохо, в общем. очень все плохо.

Не литература, а литературность ужасна; литературность души, литературность жизни. То, что всякое переживание переливается в играющее, живое слово: но этим все и кончается - само переживание умерло, нет его. Температура (человека, тела) остыла от слова. Слово не возбуждает, о нет! оно - расхолаживает и останавливает.

Иду. Иду. Иду. Иду…
И где кончится мой путь - не знаю. И не интересуюсь. Что-то стихийное и нечеловеческое. Скорее "несет", а не иду. Ноги волочатся. И срывает меня с каждого места, где стоял.

Не понимаю, почему я особенно не люблю Толстого, Соловьева и Рачинского. Не люблю их мысли, не люблю их жизни, не люблю самой души. Почти нашел разгадку: любить можно то, или - того, о ком сердце болит. О всех трех не было никакой причины "душе болеть", и от этого я их не любил.

Розанов, Опавшие листья

типичный день в универе, в принципе

ребята! если кто-нибудь хочет получить от меня открытку и чисто символический подарок на новый год, напишите, пожалуйста, свой адрес и индекс мне в личные сообщения. я очень, очень надеюсь, что хоть кому-нибудь захочется, потому что мне на самом деле очень хочется вас порадовать, и мне совсем не будет это в тягость. :)

этот неловкий момент, когда преподаватель объясняет свои мелочные придирки цитатами из библии ("кого я люблю, тех обличаю и наказываю" - я даже не буду ничего говорить на это), рандомным "кому больше дано, с того больше спрашивается" и словами "я просто хочу, чтобы вы были совершенны" (???????).

тут была бы крупица логичности, если бы не тот факт, что претензии были не ко стилю письма и не к содержанию работы, а к шрифту! шрифту! я, видите ли, недостаточно хорошо все выделила, хоть и использовала и курсив, и подчеркивание, и абзацы, и даже нумеровала страницы. потом мне была в пример показана работа абсолютно по шрифту идентичная моей. потрясающе. я сдаюсь вообще.

не могу заснуть уже два часа, несмотря на ужасную усталость и три таблетки успокоительного, из-за ужасно учащенного сердцебиения. убейте меня; на протяжении трех часов ощущать, как твое сердце бьется о ребра или бог знает что - это слишком.

от отчаяния вбила в гугле 'как замедлить сердцебиение'. получила: 'возможно, у вас стресс! избавьтесь от тревожных мыслей!'. да ладно, правда? вот спасибо…

еще, в последнее время вообще не хочется читать, просто не тянет. лениво начинаю что-то почитывать в метро и никогда не заканчиваю. кажется, что если я выйду на улицу и разговорюсь с кем-нибудь, узнаю гораздо больше, чем из книг. и никакое они не спасение от реальности и не выход: если ты несвободен, ты и в книге только и будешь делать, что выискивать параллели с собственной жизнью. и потом, если я долго не читаю, во мне заглушаются все эти чужие голоса, и наконец остается только мой. этим постом я, наверное, даю себе официальное разрешение на время не читать, если не хочется. хочется много разговаривать с людьми и никогда не быть дома. Take me out tonight because I want to see people and I want to see life!

поняла, куда ушел в последнее время набранный вес. я по привычке искала на бедрах и животе, а оказалось - в руки, которые я ненавижу в себе больше всего. эти ужасные, до ужаса мягкие руки. вообще самое трудное во всем этом - не внешний вид, не то, как я выгляжу, а то, как я вижу себя. я набрала 6 килограмм и никто не заметил, и мне по-прежнему впору все мои вещи, разве что сидят чуть-чуть плотнее, и вообще все это неважно. я никогда не была изможденно худой, но я успела привыкнуть к тому, что мне было чуть-чуть больно прислоняться к спинке стула из-за выступающих лопаток, к тому, как мне было неуютно засыпать в своей любимой позе (на левом боку) из-за того, что коленки слишком больно терлись одна об другую, даже синяки оставались иногда. я всегда хотела от своей внешности только одного - чтобы то, как я выгляжу, соответствовало тому, как я себя ощущаю. я знаю, что я не толстая, и я знаю, что я не уродлива до крайности, но этого недостаточно. меня раздражают все эти отвратительные округлости, потому что внутри я не такая. я вся острая, колючая, и все эти синяки и неудобства - это было так по-моему, так по-родному. и я ненавижу свои светлые волосы, свой курносый нос, эту ямочку, эти маленькие зубы просто потому, что все это до тошноты не мое. какое-то детское, псевдомилое.

не суть. на следующей неделе работаю, и теперь твердо себе пообещала потратить все деньги без сожалений на себя. у меня есть глупая привычка хранить заработанное на что-то непонятное, стыдиться тратить, а в итоге все равно как-то незаметно проматывать на еду или что-то равноценно бесполезное. запланированно и основательно пойду и накуплю себе всего. и как-нибудь гордо пообедаю в кафе одна. моя воля, я бы всегда всюду ходила бы одна. но как же, темные улицы, поздние часы, и вообще как-то глупо, неужели трудно кого-то пригласить итд итп. я очень, очень люблю танцевать, танцую сама с собой каждый вечер, и в этом, наверное, еще одна причина того, что я больше не набираю вес; все это проходит с такой интенсивностью, что под конец я приятно изможденная и оглушенная частым стуком собственного сердца. я это к тому, что с удовольствием сходила бы в какой-нибудь клуб, и даже с легкостью, и даже одна, потому что, слава богу, моя застенчивость не распространяется на незнакомых мне людей, и перед ними я могу делать все, что хочу. но мы возвращаеся к ночным часам, телефонным звонкам и пр.

ненужная, нелюбимая никогда, опустошенная. нет сил ни на что, не хочется ни спасения, ни окончательного падения, не верится ни в одно, ни в другое. единственная жизнь - пара часов в темноте, когда я читаю сама себе стихи вслух, или пою. то, что не выбросили из меня другие, добила в себе сама. измучила, измусолила себя, и продолжаю. мешаю другим и сама себе мешаюсь. надежды не чувствуется, но не может же все это быть из-за переломанных костей и крови. "я боялся, ужасно боялся чудовищной боли, которую, быть может, мне пуля причинит, но бояться черного бархатного сна, ровной тьмы, куда более приемлемой и понятной, чем бессонная пестрота жизни, - нет, как можно этого бояться, глупости какие…". так и зависаешь.

кто-то должен прийти и спасти меня, кто угодно, я сама не могу. все гордые, самостоятельные и скрытные, а я не могу, мне нужна жалость, нужно сострадание, нужна рука, которую, я, может, и отвергну, но все равно нужна. хотя кого обманываю, сама же сказала, что отвергну. и сама не могу, и от других не приму, и так жить не могу, и умереть не могу.

знаково: на шоколад на этой неделе ушло около 400 рублей. не толстею только потому, что ничего, кроме него не ем. делаем ставки, через сколько лет (месяцев?) меня настигнет сахарный диабет.

когда у тебя отвратительное настроение, ты плохо выглядишь и, как всегда, похерила все свои планы, и ты едешь домой, вся растрепанная и на взводе, и вот ты в лифте с какой-то случайной пожилой женщиной, ждешь, когда войдешь в квартиру, упадешь на кровать и забудешься, и твои мечты прерывает резкое 'вас не учили пропускать старших вперед?', и ты рассеянно извиняешься, слышишь блеклое 'что мне ваше извинения, это все воспитание' в ответ, выходишь из лифта, роняешь ключи, кое-как отпираешь первую дверь, отпираешь вторую, пытаешься отпереть третью и снова роняешь ключи, подбираешь их, открываешь, вваливаешься в темную квартиру, и одновременно с хлопком двери разражаешься бурными рыданиями, заканчивающимися через полторы минуты, потому что слез уже, видимо, не хватает, нельзя безлимитно плакать два года, когда-нибудь придется просто лежать и бесслезно сотрясаться от бессильной ярости и тупой боли. кино… была бы я покрасивее, вышла бы хорошая сцена из всего этого.

питер, 2012. поблагодарим небесные силы за то, что за эти полтора года я разобралась со своими волосами и чувством стиля. и вроде и ужасно (и это еще лучшие фото! ну ладно, первая - далеко не из лучших, но я ее специально вставила, чтобы подчеркнуть всю глубину проблемы), а все-таки ностальгия. лучшее в питере - павловск и нева.