Rock`n`Roll Will Never Die

Л. Ферлингетти “Мерцающий свет”

Мерцающий свет
Сан — Франциско —
ни твой, Восточный Берег, свет,
ни твой,
Париж, жемчужный свет.
Свет Сан — Франциско —
это моря свет,
свет острова.

А свет тумана,
покрывшего холмы,
дрейфует в ночь
сквозь Голден Гейт,
чтоб на рассвете лечь на город.

А после поздними и тихими утрами,
когда туман уже сгорел,
солнце разукрашивает белые дома
светом моря Греции,
и четкими и ясными тенями,
город делая таким, как будто бы его
только что нарисовали.

Но в четыре прилетает ветер,
подметая поля.

А после — покрывало света раннего утра.

А после — уже другое полотно,
когда новый туман
наплывает.

И в долину света
город уплывает,
дрейфуя в океане.

Внезапная прогулка/Der plötzliche Spaziergang

Вечером, когда ты, кажется, окончательно решил остаться дома, надел халат, сидишь после ужина за освещенным столом и занялся такой работой или такой игрой, закончив которую обычно ложишься спать, когда погода на дворе стоит скверная, так что сам бог велит не выходить из дому, когда ты уже так долго просидел за столом, что своим уходом сейчас удивил бы, когда и на лестнице уже темно и парадное заперто, а ты, несмотря на все это, с внезапным недовольством встаешь, меняешь халат на пиджак, сразу оказываешься одетым для выхода, объявляешь, что должен уйти, и после краткого прощанья уходишь и вправду, вызвав у оставшихся большее или меньшее, в зависимости от поспешности, с какой ты захлопнул за собой дверь, раздражение, когда ты приходишь в себя на улице и все части твоего тела отвечают на эту уже нежданную свободу, которую ты им дал, особой подвижностью, когда чувствуешь, что одним этим решеньем ты собрал в себе всю отпущенную тебе решительность, когда с большей, чем обычно, ясностью понимаешь, что ведь у тебя больше силы, чем потребности легко совершить и вынести самую быструю перемену, и когда так шагаешь по длинным улицам — тогда ты на этот вечер полностью отрешаешься от своей семьи, она уходит в бесплотность, а сам ты, до черноты резко очерченным монолитом, вовсю подхлестывая себя, поднимаешься к истинному своему облику.
Все это только усиливается, если в этот поздний вечерний час навестишь друга, чтобы посмотреть, как живется ему.

Ф.Кафка, 1913

April 7 1974, KISS opens for Aerosmith at Michigan Palace

Нет людей.
Понимаете
крик тысячедневных мук?
Душа не хочет немая идти,
а сказать кому?

Маяковский

Все пути одинаковы - они никуда не ведут. Могу признаться: в своей жизни я прошел немало путей, но так никуда и не пришел. Теперь вопрос благодетеля обрел для меня смысл. Есть ли у этого пути сердце? Если есть - путь хорош; если нет - он бесполезен. Все пути никуда не ведут, но у одного есть сердце, а у другого - нет. Один путь доставляет радость, и пока ты идешь по нему - ты неотделим от него; а другой путь заставляет тебя проклинать всю свою жизнь. Один путь наделяет тебя силой, другой - лишает ее.

- А как узнать, дон Хуан, есть ли у пути сердце?
- Прежде чем окончательно вступить на него, спроси: "Есть ли у этого пути сердце?" И если ответ будет отрицательным, выбери другой путь.
- Но как узнать наверняка, что у пути нет сердца?
- Это совсем не трудно. Вся беда в том, что никто не задает этот вопрос; и когда человек убеждается наконец, что выбрал путь без сердца, тот уже способен погубить его. К этому времени лишь немногие могут остановиться, поразмыслить - и свернуть с этого пути.

Кастанеда

Как-то я видел на картинке воздушный шар, который неожиданно взмыл в воздух. Некоторым из тех, кто держал его за верёвки, не хватило IQ на то, чтобы вовремя отпуститься, и шар потащил их за собой вверх. не прошло и секунды, как они уже болтались в сотне футов над землёй. На высоте тысячи футов у них кончились силы, и они свалились на землю. Основной урок, который можно извлечь отсюда: хочешь жить - отпускай вовремя.
Сформулируем это по-другому: не цепляйся, когда хранитель велит тебе отпустить.
Немедленно.
Допустим, ты был одним из тех, кто держался за верёвки. Отпустил бы ты верёвку вовремя, то есть как только шар рванул вверх? А сейчас я скажу тебе интересную вещь: теперь, после того как ты прочитал этот абзац, шансы, что ты отпустишь верёвку вовремя, значительно возросли. Иначе говоря, литература - если она вообще на что-либо годится - нужна для того, чтобы предупреждать об опасности…
Отпускай.

Уильям Берроуз. "Западные земли".

August 2, 1993

Mr. William Burroughs
WILLIAM BURRUOGHS COMNUCATIONS

Dear William:

It's a bit odd writing someone whom I've never met but with whom I've
already recorded a record. I really enjoyed the opportunity to do the
record -- it's a great honor to be pictured alongside you on the back
cover. I am writing you now regarding the possibility of your
appearing alongside my band (Nirvana) in the first video from our new
album "In Utero."

While I know that Michael Meisel from Gold Mountain Entertainment (my
management company) has been speaking to James Grauerholz, I wanted the
opportunity to personally let you know why I wanted to appear in
the video.

Most importantly, I wanted you know that this request is not based
on the desire to exploit you in my way. I realize that stories in the
press regarding my drug use may make you think that this request comes
from a desire to parallel our lives. Let me assure you that this is
not the case. As a fan and student of your work, I would cherish the
opportunity to work directly with you. To the extent that you may want
to avoid any direct use your image (thus avoiding the aforementioned
link for the press a devour), I would be happy to have my director
look into make up technologies that could conceal your identity. While I
would be proud to have William Burroughs appear as himself in my video,
I am more concerned with getting the opportunity to work with you than
I am with letting the public know (should be your wish).

Heaving said that, let me reiterate how much I would like to make this
happen. While I am comfortable letting Michael and James discuss this
further, I am available to discuss this you at your convenience --

Thank you very mach for your consideration.

Bestregards.

KurtCobain

_________

Мистеру Уильяму Берроузу
WILLIAM BURROUGHS COMUNICATIONS

Дорогой Уильям:

Немного странно писать кому-то, с кем никогда не встречался, но уже успел сделать запись [Кобейн и Берроуз выпустили совместный сингл "The "Priest" TheyCalledHim", посылая друг другу плёнки с записями - прим.]. Мне очень понравилась возможность сделать её - это большая честь быть изображённым рядом с вами на обратной стороне обложки. Сейчас я вам пишу, чтобы рассмотреть возможность вашего участия вместе с моей группой (Nirvana) в съёмках нашего первого видеоклипа к альбому "InUtero" [имеется ввиду "Heart-ShapedBox" - прим.].

Зная, что Майкл Мейзел из GoldMountainEnetertainment (моя управляющая компания) общался с Джеймсом Грауерхольцом [человек, ведший дела Берроуза - прим.], мне хотелось бы лично объяснить вам, почему я приглашаю вас поучаствовать в съёмках.

Самое главное, я хочу, чтобы вы знали, что эта просьба никоим образом не основывается на желании использовать вас. Я понимаю, что истории в прессе об употреблении мною наркотиков могут заставить Вас думать, что эта просьба основана на желании провести параллель между нашими жизнями. Позвольте заверить вас, что это не так. Как ваш поклонник и ученик, я лелею возможность поработать с вами лично. В случае, если вы захотите избежать прямого использования вашего изображения (не дав, таким образом, ненасытной прессе повода для проведения вышеупомянутых параллелей), я был бы счастлив попросить своего режиссёра использовать грим, который поможет скрыть Вашу личность. В то же время я был бы горд видеть Уильяма Берроуза непосредственно в моем видео. Мне по душе сама возможность работы с вами, чем последующее объявление об этом публике (оставляю это на ваш выбор).

После всего сказанного позвольте повторить, что я бы очень хотел, чтобы всё получилось. Несмотря на то, что мне удобнее позволить Майклу и Джеймсу далее обсудить все детали, я с радостью готов обсудить всё с Вами лично, когда вам будет удобно.

Большое вам спасибо, что уделили время.

В наилучшими пожеланиями, Курт Кобейн.

Чарльз Буковски

никто не спасёт тебя кроме
тебя
а спасать тебя стоит.
в этой войне победить нелегко
но если за что и сражаться
то вот за это.

подумай.
подумай о спасении своего я
сего духовного я
твоего нутряного я.
твоего волшебного певучего я и
твоего прекрасного я.
спасай.

сам не будь как мёртвые духом
держи своё я в тонусе
юмором и милосердием
и в конце концов
если нужно
ставь на кон жизнь пока сражаешься,
к чёрту трудности, к чёрту
цену.
только ты сам можешь спасти своё
я.

Элизабет Бишоп "Посещение больницы Св. Елизаветы"

Вот дом, который зовут Бедлам.

А вот бедолага,
который посажен в этот Бедлам.

А это срок,
который должен мотать господин,
который посажен в этот Бедлам.

А это часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать старикан,
который посажен в этот Бедлам.

А это моряк,
который носит часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать горлопан,
который посажен в этот Бедлам.

А это деревянный причал,
куда пришвартовался этот моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать дуралей,
который посажен в этот Бедлам.

А это годы и бури, и стены тюрьмы,
и море, и деревянный причал,
куда пришвартовался моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать жалкий тип,
который посажен в этот Бедлам.

А это еврей в колпаке из газет,
который плачет и пляшет вокруг тюрьмы,
пока прибой ударяет в причал,
и смотрит оцепенелый моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать негодяй,
который посажен в этот Бедлам.

А это лишившийся смысла мир,
где плачет еврей в колпаке из газет
и, плача, пляшет вокруг тюрьмы,
пока прибой штурмует причал,
и смотрит ошеломленный моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать гнусный тип,
который посажен в этот Бедлам.

А это малыш, открывающий дверь,
который хочет понять этот мир
где плачет еврей в колпаке из газет
и, радуясь, пляшет вокруг тюрьмы,
пока прибой разбивает причал,
и смотрит, ополоумев, моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать стихоплет,
который посажен в этот Бедлам.

А это солдат, пришедший с войны,
увидевший вновь того малыша,
который хочет понять этот мир,
где плачет еврей в колпаке из газет
и пляшет устало вокруг тюрьмы,
пока скрипит досками причал,
и смотрит оцепенелый моряк,
который носит эти часы,
которые тикают, меря срок,
который должен мотать этот псих,
который посажен в этот Бедлам.

Перевод Г. Кружкова

Есть такие люди, которых кличут "энергетическими вампирами". Есть, конечно, и противоположности, но эти - редкостные отсосы. Внезапно появляется такой человек, случайно его встречаешь (о чем жалеешь в ту же секунду), а он за каких-то минут пять впускает в тебя все свои щупальца и вытаскивает из тебя все, что только успеет прихватить. А потом, насытившись, говорит, что ему нужно бежать. Ты же остаешься сидеть с полным ощущением потери внутренних органов и чертовой души. А самое главное, что мне сегодня таких человек пять попалось за какие-то часа два-три. Задушила бы, да вот только они тебя прибивают гвоздями и своими потоками речей к первой ближайшей опоре.

Тащилась домой, полностью обессиленная, еле передвигая ноги. Пришла, завалилась в кровать. Удивительно, черт возьми! Встав часа через два, я обнаружила, что "культура" снова дарит потрясающий концерт. Queen - Live Magic - 86 год. Пусть урезанный, все лишь в час, без самых любимых моментов, но любимейший концерт, который вернул мне силы. Снова посмеялась, да и порыдала. Фред, Брайан, Роджер и Джон, я люблю вас, мои проводники.

А канал "Культура" превосходно закончил первый день нового года и начал второй. "Вернись!" Пол Маккартни. Я уже больше часа не могу заставить себя перестать улыбаться и плакать. С Наступившим.

В наркотическом пост-панковом дыме у двух художников одновременно случается взрыв - им нужно творить. Немедленно! Здесь! Сейчас! Они хватают салфетки, покрывают стол пеплом и графикой. Все это длится совсем немного, минут десять, пятнадцать или двадцать, может, тридцать? Может, они просто не замечают времени, а экспрессивно и грубо продолжают быть кнутами линий. Пыль оседает, руки перестают дрожать, они оставляют свой собственный, только им понятный, порядок, и опустошенные уходят. Их нельзя назвать художниками. А как еще?

Лерой Джонс “Заметки для речи”

Африканский блюз
Не знает меня. Их шаги, в песках
Их родины.
Страна в чёрно-белом,
Вниз по тротуарам мира
Ветер несёт газеты.
Он не чувствует,
кто я такой.

Сила.

В мечте, в скрытой
Пульсации нерва, ветер
Вскидывает песок,
Глаза замкнуты
В ненависть, ненавистью,
От ненависти,
От страха перейти границу
Они уводят свою смерть
Вдаль от моей.
Эти головы –
Я называю лицами моего «народа».

А кто они такие? Народ?
О них забочусь я, урод.

Кто ты такой, чтоб создавать заботу
для белых плоских животов девиц
внутри домов
умирающих. Чёрный.
Очищенный лунный свет
На моих пальцах движется
Под её одеждой. Где
Её муж? Чёрные слова
Швыряют песок в глаза,
Пальцами семейных покойников.
Чьи это души, глаза в песке? Мой цвет –
Не их цвет. Светлее,
Говорят белые. Они стушёвываются.
Это – мои мёртвые души,
Мой, так сказать, народ.
Африка – это чужое место. И ты в ней,
Как всякий другой грустный человек –
Американец.

МЫ ВОСХОДИМ С СОЛНЦЕМ И ПАДАЕМ В НОЧЬ Сфера заката, как апельсин без кожуры, освещает палисадники, голые теснящиеся ветви растут из болот - Нью-Джерси, мой отец ведет машину по шоссе к Ньюаркскому аэропорту - шпиль Эмпайр Стэйт, остроконечные вершины зданий, Манхэттен возвышается, как в глазах У. С. Уильямса, над линиями электропередач - шестиколесные грузовики размеренно движутся мимо, проезд мимо Нью-Йорка - я здесь, крошечный под солнцем в бесконечном белом небе, глазею на каркасы новых зданий, и просыпаюсь с карандашом в руке… 11 декабря 1974 Аллен Гинзберг