Замкнутый круг

"в идеале было бы, просыпаться вместе. Или же просыпаться каждый день в разных странах.Или же просто сдохнуть"

сегодня холодней, чем вчера, я иду по улице, и у меня дрожит веко
то ли меня глючит спросонья, то ли с каждым годом я и вправду становлюсь ниже
старик на остановке сказал мне, глядя в глаза, что я не похож на нормального человека,
я ответил ему, что это лучший комплимент, который я когда-либо слышал

этот город настолько маленький, что мы обязательно столкнёмся в нём снова
не знаю, через сколько месяцев и в каком из баров, но я в это верю
ты подойдёшь, поздороваешься и скажешь "кажется, ты взволнован "
а я отвечу, роняя пепел "ничего подобного, просто у меня синдром Аспергера "

если ты сразу не развернёшься и не уйдёшь, у меня начнутся адские боли
но есть вероятность, что ты останешься и будешь говорить о чем-то неважном
не сверли меня взглядом, не ставь мне в упрёк, что я конченный меланхолик
тотальное равнодушие ко всему - это действительно страшно

выходя из дома, не смотри по сторонам, потому что ты можешь узнать кого-то из прохожих;
научись каждый день заканчивать пьяным в хлам, быть смешнее, умнее, надевать другую кожу;
научись быть готовым к подмене понятий, на слова любви отвечай как можно более грубо;
если люди что-то и умеют по-настоящему - так это быть чужими друг другу.

прости меня, пожалуйста, я ведь и вправду люблю тебя по-настоящему
но каждое моё движение лишено смысла, мы плывём по течению
когда мы разобьёмся о камни, вместо сердец из нас достанут чёрные ящики
я не знаю, останется ли там запись, как я прошу у тебя прощения

прости меня, пожалуйста, я ведь и вправду не знаю, чем это кончится
я стал мебелью в этой комнате, хотя так хотел стать солдатом
желание не потерять хотя бы тебя - это единственное что еще во мне корчится
но по дисциплине "искусство отсутствия" я уже получил зачёт автоматом

этот город настолько маленький, что вскоре здесь не будет для меня места
я перестал различать лица в толпе, это, кажется, хороший признак, не так ли?
я уже не пытаюсь барахтаться, я умею лишь одно - быть с собой честным
включите свет, убейте актёров, остановите это проклятый спектакль

выходя из дома, не смотри по сторонам, потому что ты можешь узнать кого-то из прохожих;
научись каждый день заканчивать пьяным в хлам, быть смешнее, умнее, надевать другую кожу;
научись быть готовым к подмене понятий, на слова любви отвечай как можно более грубо;
если люди что-то и умеют по-настоящему - так это быть чужими друг другу.

Я влюблён в своё желанье полюбить,
Я грущу о том, что не о чем грустить.
Я людскую душу знаю наизусть.
Мир, как гроб истлевший, мерзостен и пуст.

В проповеди правды чую сердцем ложь,
В девственном покое — сладострастья дрожь.
Мне смешна невинность, мне не страшен грех,
Люди мне презренны, я — презренней всех.

Но с житейским злом мириться не могу,
Недовольство в сердце свято берегу,
Недовольство богом, миром и судьбой,
Недовольство ближним и самим собой.

хоть бы раз за весь месяц проснуться и чувствовать себя человеком

Я знаю, что будет хуже, я знаю, что бесполезно, я знаю, что ночь по лужам бегает по колено, я знаю, что безразлично, я знаю, что ветер кричит, я знаю, что неприлично, я знаю, что стукачи есть даже на небесах. Я знаю, в твоих глазах похоть, любовь, отвращение и даже такие видения, которые ты не видала. Я знаю, как умирают собаки, я знаю, что этого мало, я знаю, что звёзды - знаки, я знаю, что то, что невидимо, может существовать. Я знаю, что должен знать.

И, знаешь, неважно, жара ли, метель, - она меня будет ждать весь день.

лучше Кати нет.

Я тебе говорил, что ты мне всего дороже?
Быть рядом - значит не чувствовать боли
И когда я вдыхал запах любимой кожи,
Мне казалось, что рядом шумело море.

Воздуха! Воздуха! Самую малость бы! Самую-самую
Хочешь, уедем куда-нибудь заново, замертво, за море?..
Богово – богу, а женское – женщине, сказано, воздано
Ты – покорённая. Ты – непокорённая. Воздуха! Воздуха!
Руки разбросаны, губы закушены, волосы скомканы
Стены расходятся. Звёзды, врываются в комнату
В загнанном мире кто-то рождается, что-то предвидится
Где-то законы, запреты, заставы, заносы, правительства
Врут очевидцы. Сонно глядят океаны застывшие
Охай, бесстрашная! Падай, наивная! Смейся, бесстыжая!
Пусть эти сумерки станут проклятием или ошибкою
Бейся в руках моих каждым изгибом и каждою жилкою
Радостно всхлипывай, плачь и выскальзывай, жалуйся
Хочешь – уедем? Сегодня? Завтра? Пожалуйста…
Царствуй, рабыня! Бесчинствуй, учитель! Неистовствуй, женщина!
Вот и глаза твои. Жалкие, долгие и сумасшедшие
Чёртовы горы уставились в небо тёмными бивнями
Только люби меня! Слышишь, люби меня! Знаешь, люби меня!
Чтоб - навсегда! Чтоб отсюда – до гибели! Вот оно… Вот оно…
Мы никогда, никогда не расстанемся… Воздуха… Воздуха!..

вьюи отказывается грузить картинки и шлет меня нахуй в новом году

"-когда с кем-то встречаешься, всегда боишься, что это год может стать последним"

"-А потом ты проснешься, ночью темной, а в стакане застоявшийся чай, недоеденные вафли и ты, стоящий тут, совсем как глыба которая никого не тронет, но не дает никому покоя.Стоишь тут, посреди проспекта, или своей же кухни, как в воду опустившийся чуть глубже дна, а дно, ты и сам знаешь, что бездонно, ему плевать, кто тонет, а кто ищет спасение у него. ты стоишь, непоколебимый, допиваешь застоявшийся чай.Смотришь на часы, а время не идет. Думаешь, как бы лечь, но падаешь и молишь, молишь, чтоб не вставать. Не видеть света, тьмы и глыб.Не падать вниз, не встретить темную строну луны, а уж тем более бездонное сердце глубины. Тебе все это нужно? Звонит будильник. Вставай. Все заново. Доброе утро."

У вас болезнь, которая, к сожалению, теперь в моде и которую ежедневно встречаешь у интеллигентных людей. Врачи, конечно, ничего об этом не знают. Она сродни moral insanity, ее можно назвать также индивидуализмом или воображаемым одиночеством. Современные книги полны этим. В вас вселилась фантазия, будто вы одиноки, ни один человек вами не интересуется, ни один человек вас не понимает.Тому, в ком уже сидит эта болезнь, достаточно нескольких разочарований, чтобы он поверил, будто между ним и другими людьми не существует вообще никаких отношений, разве что недоразумения, и что каждый человек, в сущности, шагает по жизни в абсолютном одиночестве, что ему никогда не стать по-настоящему понятным для других, нечего с ними делить и невозможно иметь что-либо общее. Бывает даже, что такие больные становятся высокомерными и считают всех прочих, здоровых людей, которые способны еще понимать или любить друг друга, за стадных животных. Если бы эта болезнь стала всеобщей, человечество неминуемо вымерло бы.

я задалась мечтой как только в городе не станет снега я первым делом же отправлюсь в лес и пробуду там до ночи осознавая и понимаю, что произошло и кто я.

Каждый день просыпаться снова
Стряхивать тени ночного бреда
В свете далёкого и чужого
Дремлет картонное синее небо

Шум мерцающе-механический
Серые стены, двуногие звери
В бликах едкого электричества
Синее небо захлопнуло двери

Не проснуться бы утром холодным
Не поднять с отвращением веки
Что угодно отдать, что угодно
Чтоб никогда не быть человеком