для важного

Есть люди с особо чувствительной кожей –
их лучше не трогать. Они не похожи
на всех остальных. Они носят перчатки,
скрывая на коже следы-отпечатки
лилового цвета от чьих-нибудь пальцев,
бесцеремонных в иной ситуации.
Они опасаются солнца в зените.
Обычно, надев толстый вязаный свитер,
выходят из дома по лунной дорожке
пройтись; и не любят, когда понарошку,
когда просто так, не всерьез, не надолго.
Болезненно чувствуют взгляды-иголки
и крошево слов. Они прячут обиду
в глубины глубин, но по внешнему виду
спокойны они, как застывшая глина,
лишь губы поджаты и паузы длинны.
Они уязвимы, они интересны;
и будьте чутки и внимательны, если
вы их приручили: они не похожи
на всех остальных – они чувствуют кожей.

Милорад Павич

"Всем

В том, что умираю, не вините никого и, пожалуйста, не сплетничайте. Покойник этого ужасно не любил. Мама, сестры и товарищи, простите - это не способ (другим не советую), но у меня выходов нет.
Лиля - люби меня.
Товарищ правительство, моя семья - это Лиля Брик, мама, сестры и Вероника Витольдовна Полонская. Если ты устроишь им сносную жизнь - спасибо.
Начатые стихи отдайте Брикам, они разберутся.

Как говорят-
" инцидент исперчен",
любовная лодка
разбилась о быт.
Я с жизнью в расчете
и не к чему перечень
взаимных болей,
бед
и обид.

Счастливо оставаться.
Владимир М а я к о в с к и й."

14 апреля поэт выстрелил себе в сердце.

Какое счастье, первое настоящее летнее солнце! Оно пахнет, пахнет детством, пахнет травой, пахнет приключениями. У меня перед глазами бабушкин дом, я - маленькая, с грязными коленками, растрепанными волосами до попы, в дурацких шортах, сандалях. Куда-то бежать, вытаскивать велосипед из сарая, обязательный летный отпуск, поезд, другой город. Вот это солнце, вот этот запах!

О, чао-чао, лохматый друг
Вода с лимоном, как, кстати, вдруг,
Прозрачный воздух, мы в разных позах
Летим на юг, летим на юг.

Нет, я не верю этому странному мужчине, с глазами измученного кота, что жизнь как зебра, то белая, то черная. Бе, чудные животные, что ж их несчастных приписывают.

За зеленым чаем (Соня, а может дело просто в чае?), я решила, (ого, даже решила), что надо поймать волну. Удачную, прозрачную, с попутным ветром в пятки и нестись над всеми черными полосами. Нестись, на крепкой нитке, привязанной к доске. Так что в плане воздушных масс, я определилась. Ох, летим то как хорошо, ох летим!

Я всегда начинаю читать журнал с конца. Так интереснее.

И родилась в понедельник. Поэтому люблю песню про Остров Невезения.

Вешу 45 килограмм. Нравится ли мне? Да. Но порой хотелось бы побольше. Порой.

Сменила пять школ. Не потому, что вредная, а потому что часто переезжали. Теперь я не очень привязываюсь к людям.

Я очень часто недовольна. Собой, окружающими, местом, временем, пространством. Мне всегда кажется, что можно сделать лучше.

Пропускаю нудные описания и диалоги в книгах. К своим почти двадцати годам стала ругать себя за это, теперь чаще возвращаюсь к непрочитанному. Ой.

Капитан Очевидность настолько очевиден, что иногда я его не замечаю, а надо бы.

Не люблю копаться в себе. Разговаривать с собой люблю, а вот копаться нет. Однажды докопалась до того, чему до сих пор удивляюсь сама, удивляются родители и некоторые друзья.

Завидую парням, у которых девушки с очень интересной внешностью и мимикой. Они могут смотреть на них часами, а я нет.

Умею варить карамельный кофе.

Не люблю спать.

Я вполне бы могла родиться мальчиком. И меня бы звали Джек.

Это очень клево чем-то вдохновляться.

Хочу вытащить из себя "чего же я хочу". Хочу много людей рядом, умных, разбирающихся в искусстве, кино и политике. Хочу, чтобы они много говорили, а мне можно было молчать, и, улыбаясь, слушать. Хочу верить, что я здесь не просто так, и для чего-то, кого-то, кому-то нужна, и что я могу сделать нечто важное, нечто действительно ВАЖНОЕ.

Не могу сосредоточиться на книге, на фильме, все время улетаю куда-то. Все что хотелось и нравилось в одну минуту ушло немного дальше. С нетерпением жду возвращения и танцую ритуальные танцы.

Скоро взорвусь при таком раскладе. Лишь бы по-хорошему.

Полюбив Татьяну Яковлеву, поэт Владимир Маяковский разрывался между любовью к ней и Родиной: Яковлева навсегда уезжала в Париж. Он не смог покинуть Родину и перевёл на счёт цветочного магазина большую сумму денег, чтобы по утрам приносили цветы любимой женщине. Шли годы, не было уже на земле поэта, отгремела война, а Яковлевой каждое утро приносили цветы от поэта.

В меня сегодня врезался голубь. Класс, скоро люди наступать начнут.

"Невыносимая легкость бытия". Милан Кундера.

Мне снова повезло, книгу купила еще осенью, а начала читать только в марте. Книга ко времени и к месту. Можно растаскивать на цитаты каждый абзац. Оно.

Einmal ist keinmal, повторяет Томаш немецкую поговорку. Единожды — все равно что никогда.

Но что такое предательство? Предательство — это желание нарушить строй. Предательство — это значит нарушить строй и идти в неведомое. Сабина не знает ничего более прекрасного, чем идти в неведомое.

(Все это вопросы, что вертятся в голове у Терезы уже с детства. Ибо поистине серьезными вопросами бывают лишь те, которые может сформулировать и ребенок. Лишь самые наивные вопросы по-настоящему серьезны. Это вопросы, на которые нет ответа. Вопрос, на который нет ответа, — барьер, через который нельзя перешагнуть. Другими словами: именно теми вопросами, на которые нет ответа, ограничены людские возможности, очерчены пределы человеческого существования.)

Человеческая жизнь свершается лишь однажды, и потому мы никогда не можем определить, какое из наших решений было правильным, а какое — ложным.

Музыка избавляет от одиночества, замкнутости, библиотечной пыли, открывает в его теле двери, сквозь которые душа выходит брататься с людьми.

Смотрит на меня большими глазами и говорит: "Знаешь, я без него не могу." Думаю, ну все, сейчас заплачет, ан нет, какую-то грустную песню включила. А я смотрю на все это и про себя: "Боже, сейчас бы шоколадку большую. Еще полчаса и я взорвусь".

новая зараза в голове. Ах, какая, ах какая!

"Научи меня умирать" Мацуо Монро. Я поставлю этой книге твердую четверку. Достойна и пятерки, но мысль о том, что есть великий сложный Толстой, глубокий Достоевский… Четверка. Хотя мне снова повезло, в чем в чем, а тут я "удачник", мне вновь попалась книга, очень близкая к моему эмоциональному состоянию. За это, пожалуй, отлично.

Ты, наверное, это прочтешь и скажешь, что я много молчу и мало говорю, или говорю не о том, или глупости. А тут пишу.

"Находясь в чужом лабиринте ты продолжаешь решать свои проблемы. И от этого становится только хуже". Слишком много и часто о себе, даже в чужой паутине, в которую тебя занесло случайно или намеренно. Которую неделю разные люди твердят "человеку важно его собственное Я, если он видит в чем-либо себя, это автоматически начинает ему нравится, становится ближе". Представь, что кто-то видит в тебе не свое Я, не отражение своих поступков, а истинно ТЕБЯ. Ему интересно, правда интересно, о чем ты думаешь, когда остаешься один, страшно ли тебе, когда ты выключаешь свет, о чем думаешь, когда смотришь в окно автобуса. Забавно. По-моему, это большое спокойствие, ощущать рядом такого человека. Нет, речь здесь не только о любви. Об обычном ощущении, что кому-то интересен ты, ты в этом пространстве, ты в себе, вы друг в друге. Представь только.

Несвязно, сбивчиво. И утром я буду думать, "Боже, Соня, что ты такое пишешь на вьюи, зачем тебе это, зачем это кому-то". Ха. "Передо мной взлохмаченное море. Дождь омывает потемневшую листву вечнозеленых дубов и серые валуны на побережье, жемчужно-серая пелена застилает горизонт…" Конец.

Я открываю двери и закрываю двери. Никого не люблю, всех люблю. Люблю секс, ненавижу секс. Жизнь - ложь, истина - ложь. Когда я рисую, я стою голый. Бог держит меня за руку, и мы поем вместе…

Патти Смит « Просто дети »

С тобой ничего не может случиться, пока ты идешь по верному пути. Неприятности происходят лишь тогда, когда ты сворачиваешь с него. Это аксиома.

"Научи меня умирать" Мацуо Монро

Когда сказали: "Четыре дня. Сценическая речь, два часа в день. Преподаватель мировая женщина! И еще два часа сценическая пластика". Ой, подумала я, опять два часа сидеть и записывать в тетрадку скороговорки и упражнения для дикции. Лукаво улыбнулись: "Одевайтесь в удобное. Двигаться придется много". На сценической речи двигаться? Ой.

Дарима Владимировна. Стильно одетая женщина, не понятно, вроде бы ей не больше сорока трех, но для этого возраста мудрости через край. Оказалось шестьдесят два. Ого, представляете.

"Что, господа актеры, думаете, буду рассказывать о том, как вам разговаривать следует? Нет. Учимся дышать".

Два часа, без перерывов и пауз мы изучали себя, слушали свое дыхание.

"Вот ты выходишь на сцену. Лена. Ты дышишь так, а твой герой совсем иначе! Так почувствуй его дыхание, пойми как он дышит! Зачем же ты свой персонаж натягиваешь, да еще и с такими усилиями на себя?"

И оказалось действительно так, делая разные упражнения, создавая атмосферу, становясь то туманом, который завоевывает пространство, то гудком парохода, киллером, семнадцатилетним, сорокалетним, шестидесятилетним человеком, читали один и тот же текст: "Белеет парус одинокий, в тумане моря голубом…", фантастика, эти стихи каждый раз звучали совершенно по разному. "Говорите, как чувствуете, говорите, как надышали!".

В финале упражнения "упрощенной йоги", по книге Питера Кэлдера. Всего шесть упражнений, на которые тратится не больше получаса в день и ты ощущаешь, как меняется твое дыхание, как в тебе появляется какая-то новая энергия. Я не думала, что так бывает, пока не убедилась сама.

Завершающие слова второго дня занятий: "Умоляю вас, не просыпайте свою жизнь! Вы же тухните под своими пуховыми одеялами. Стыдно быть ленивым по отношению к самому себе. Стыдно."

Пожалуйста, расскажите о дыхании. Это так важно.