доброе утро, день
не пошла
в субботу и в воскресенье парк
сегодня 1 первое ! сентября
Она говорит: он предлагает встречу, а я дышу через раз от тяжести в голове, горло саднит. Поэтому отказываю, но пишу ему самым теплым голосом, потому что это все дорого, пусть даже только мне. А сама сижу, размышляю о наших встречах, и почему-то больше не хочется. И весь день, как пластинка с царапиной, прокручиваю это нежелание, с насморком оно на раз-два превращается в слезы. На работе говорю, что болят глаза.
К концу рабочего дня он звонит, говорит, что у него приложение в телефоне перестало отвечать, а оно важное. И еще: я хочу тебя увидеть, чтобы ты своими способными руками нажала что нужно, исправила.
" Понимаешь, да? — спрашивает она у меня. — Всё, как по ТЗ: я ведь хотела, чтобы он прямым текстом сказал "хочу тебя увидеть"." Мило, что исправить что-то в его жизни он доверяет мне. Но всё в целом, с высоты птичьего полета — это же пи*дец!
Она говорит, что он приезжает к ней после работы. Как будто чувствует, как все ломается, хотя по части чувствительности там большие вопросы. "Ну что, – спрашивает она, – какая там у тебя проблема, показывай." — "Представляешь, – отвечает он, и она уже примерно представляет… — я подъезжаю, телефон, видимо, почувствовал твое присутствие, все сразу заработало, и на меня рухнуло 128 сообщений." — "Ага", – говорит она, ну конечно.
(ну давай представим, что он не своей бессознательной дикой силой увидеть ее сломал этот мир, чтобы был повод, потому что "просто так" он не может. Или более лайтовый вариант: давай представим, что он не придумал все это, чтобы проверить, действительно ли была причина не видеть его. Был же этот выпад с его стороны: как ты себя чувствуешь? не слышу по голосу. И она слушает его голос расслабленная, до этого почти и не говорившая)
Они стоят друг перед другом с дистанцией в пару шагов, чтобы никто ничего не заподозрил, глаза в глаза, и пытаются скрыть улыбки, но когда свет идет изнутри, знаешь… Вот есть два мира, в одном она живет с приговором все закончить, просто подбирает слова и момент. Во втором, рядом с ним, нет такого суда, который этот приговор примет, да и языка такого нет, а потому приговор не читаем.
Она говорит, что потом приходит домой и думает: я ведь расплетаю это каждый день, отделяю себя от него, его от себя. Нет никакого третьего существа, каким становятся влюбленные. Он его отрицает, ему эта правда никуда не подходит. И я внутренне перепрошиваюсь, чтобы эту его фантомную правду воплотить, овеществить.
Но там, при прощании, он говорит ей: выздоравливай, ты мне здоровая нужна. "Понимаешь, и эти слова мне были необходимы, и вот я получаю их все в один день. Надо что, каждый раз до ручки доходить, чтобы Вселенная, святые угодники или, не знаю, Бог Ра давал мне подтверждения?"
Я слушаю ее. И думаю: так похоже на нас, и так от нас далеко.
Кажется, все вокруг воруют мою жизнь. мои мечты, планы. и они у них сбываются…
знаешь ли ты, сколько людей напивается в хлам в последний вечер августа.
сверяя время стрелками, переводами,
но не языковыми.
молчат по усталому городу в уже, получается, осени,
слушая наушниками твои миноры.
представляя, как вы поздравляете друг друга с днем рождения.
и может, даже не засыпаете.
знаешь ли ты, для какого огромного количества людей первый сентябрьский день
важнее всех остальных важных дней.
и это просто совсем не просто, понимаешь?
нам в начале года дали халявный календарь на стену — там, где ты месяцы отрываешь и пластик передвигаешь каждый день. висел он, висел, а потом летом, когда нас начали обстреливать абсолютно безбожно, я начала записывать, когда, в какой день какой район обстреливают, чтобы угадать, когда к бабушке поехать. была какая-то логика в обстрелах — сегодня два района, завтра другие два, тут три. один я вообще не вписываю, потому что его каждый день утюжат. логики уже давно нет. записываю теперь просто для истории.
у меня перед кроватью висят три месяца исписанного красным календаря. в некоторых днях нет пустого места — это дни, когда обстреливали от пяти до восьми районов из девяти за день. дни, обведенные жирным кружком — самые страшные дни для нас. их немного, штук пятнадцать. четвертое августа, когда прилетело за дом. 23 августа, когда прилетело еще больше и ближе. четвертое июня, когда в 9 вечера лег пакет града в остановке от нас.
в доме напротив есть квартира, где окна заклеены скотчем крест-накрест, и я до этого года всегда проходила мимо и закатывала глаза, мол, ТУТ-то зачем заклеивать, здесь все тихо. здесь с марта ни разу не тихо и воды здесь теперь тоже нет.
/
вчера после рентгена врач говорит мне, мол, такая молодая, а что ж так плохо с сердцем. искренне грустная. говорю ей, что, когда три недели лежишь в реанимации с ковидом, последствия будут. меня о них предупреждали. чего я не ожидала, так это быстро развивающегося артрита на руках и того, что мне теперь больно мыть посуду, резать что-то, расчесываться. у меня не опускаются руки, но мне так по-дурацки страшно и обидно. вчера шла домой и думала: возьмите меня кто-нибудь замуж, пока я не совсем еще рассыпалась. шла и смеялась.
начала читать YUWU в основном от бессилия и возмущения фандомом модао. втянулась моментально и уже тааааааааак некрасиво проревелась буквально на десятой главе от ракушек, потом от издевательств над гу маном, потом очередных издевательств над ним, потом из-за гу мана, стоящего у пруда с рыбами. жду, когда его возьмут на ручки и будут жмякать-кормить-любить.
закончила весь курс китайского в моем чудном приложении, и теперь по программе я знаю 529 слов, 123 элемента грамматики, 301 иероглиф. я знаю немного больше, но суть остается сутью: я знаю капельку китайского.
/
завтра осень. по погоде лето вышло необычайно добрым вплоть до августа, когда оно решило нас испепелить нахрен и возместить все сразу. ровно завтра придет прохлада и до +9 ночью, я достану свои пледики и теплые рубашки. завтра начнется осень, которая будет такой же страшной, как и лето, и я буду все так же плакать, ругая себя за то, что не могу стоически перенести все это. будет еще три месяца с красными пометками и новыми кружками. будет новый рентген и новые лекарства. а еще будут яблочные крамблы и красные листья, возможно, теплые батареи и алые рассветы, которые я не просплю, потому что будет работать ПВО.
как сказал гу ман, "don’t be sad." я стараюсь, шисюн. стараюсь.
Сегодня День блога, День лошади и День шёпота травы. Трава действительно еле шепчет, вытоптанная за лето разной детворой. К концу каждого лета она становится сухой и жёлтой. Но с завтра у неё начнётся новая жизнь. Под снег она всегда уходит зелёной.
Тема дня: "Если бы вы снимали фильм, что это был бы за фильм?" Наверно, он был бы про вязальщиц, которые вязали и вязали, а потом устроили выставку. Она прошла тихо и спокойно. Потом они разошлись по домам и стали готовиться к новой. Это был бы очень скучный фильм. Не то, что в реале.
Сейчас во дворе тусуется 57 человек, взрослых среди них и 10 не наберётся. Всё это играет, визжит и веселится. А я собираюсь вязать четвёртую лапку.
Сегодня с Али пришла пряжа, из которой обычно делают гриву единорогам. Разноцветно-неоновая. И вторая – светящаяся в темноте. И колода Таро.
Пребываю в состоянии рационального ужаса. Завтра на работу. Я была в отпуске 25 дней, длиннее отпуск в моей жизни был только декретный.
Есть ощущение, что работа это страшный сон, который снился мне когда-то, и этого места не существует. Но с каждым часом внутри всё содрогается больше и больше.
Хорошо хоть это четверг.
Хорошо хоть я в этот раз не выхожу на работу на следующий же день после приезда в 21:16, и у меня есть целый день, чтобы отравляться мыслями о грядущем. Вообще, всё было бы нормально, работай я стабильно на определенной категории и знай я каждый раз, к чему вернусь после отпуска, выходных или даже ночи. Какое счастье, когда просто знаешь, что будешь делать и умеешь это делать. Но моя должность и так подразумевает решение миллиона вариаций разных юридических задач, а когда ещё специализация постоянно меняется один сплошной стресс. Торговать раками в ларьке мне нравилось гораздо больше.
Каждый раз, когда я думаю о том, что так ненавижу и боюсь свою работу, у меня в голове бьется одна очень логичная мысль нахуя я там работаю? Зачем это всё, ведь есть миллионы людей в этой же самой России, которые может и ленятся, и морщатся, но не настолько ненавидят свою работу?
Но я видимо, проклята своей слабостью и глупостью, ведь у меня и в семейной жизни то же самое. Я только жалуюсь и ничего не меняю.
Кстати, Дурацкий Муж забрал вчера нас с поезда, выгрузил дома чемоданы и уехал по своим делам. Мне, конечно, хуже от этого не стало, но ради приличия я обиделась. Гораздо тяжелее бывает в другие времена, которые всё чаще и чаще настают у нас. Мы ругаемся, кричим друг на друга, говорим обидные вещи, и с каждым таким эпизодом я понимаю, что от любви остаются какие-то крупицы, которые почти полностью меркнут на фоне всех проблем.
Так что я не жалею, что ездила в Сочи без него, хотя возможно он и уберёг меня от этой дурацкой никому не нужной пьянки. Хотя сам при этом вряд ли бы просыхал, но в рамках своего отельного браслета.
Пили мы тогда, кстати, с шеф-поваром нашего отеля, классная тётка, но вот уж кому бы я не позавидовала, учитывая что ей утром надо было идти на двенадцатичасовую смену. А я всего лишь поспала 3 часа и снова включилась в материнство.