chernys

Как я и думала, все мои новые чувства погребены под властью обстоятельств. В списке контактов моего мобильника появился мудак №4, а я снова, пережив кульминацию своего позора, решила попытаться забыть всю эту чушь.

Я не буду рассказывать в подробностях, что произошло. В этот блог могут ненароком зайти ненужные люди, так что рисковать не могу. скажу лишь, что с его стороны я косвенно получила билет в одно далёкое и всем известное место. Что же, я, хотя бы, не так долго как обычно жила надеждой. Теперь очень быстро наступила развязка, но осталось довольно неприятное послевкусие, которое я хочу поскорее затушить.

У меня есть сейчас непреодолимое желание оторваться. Так, чтобы на следующий день я не помнила, что творила. Это было бы для меня лучшим отврезвлением. Но… есть проблема. Мне не с кем. У меня нет компании, где я чувствовала бы себя своей. С одноклассницей, о которой я рассказывала, я чувствую себя отлично, но её компания меня не примет - уверена в этом не только я. Почему - не знаю, есть много мелких причин, а, может, и что-нибудь крупное имеется, но я об этом понятия не имею. Моя любимая подруга детства - тоже не вариант. У неё у самой-то такой компании, в принципе, нет. Хотяя… Нет, над этим вариантом я ещё подумаю. Вдруг, что-нибудь получится. Но мне всё же больше хочется утвердиться среди знакомых первой, так как с ними всё будет гораздо легче. Парни, которые мне нравятся, безудержный смех и кое-что похуже… Я бы с радостью предпочла это задушевным разговорам за бокалом чего-нибудь недостаточно крепкого.

К сожалению, второе более ожидаемо. Ладно, посмотрим. О результатах я сообщу потом.

И снова. Я так устала от этой херни.

Когда я ни к кому не испытывала чувств, как было после Нового года и даже чуть ранее, я молила бога о том, чтобы в моей жизни появилось что-то, что заставляло бы сердце биться чаще. А если конкретнее - я хотела влюбиться. Мне было неважно - будет эта влюблённость взаимной или нет - для меня было важным лишь то, что я смогу жить надеждой, да и просто - жить, а не существовать. Как оказалось, мне следовало быть осторожнее в желаниях. Теперь я предпочла бы отсутствие любого подобного проявления жизни.

Я забыла, что значит влюбиться без шансов на ответ. Это действительно тяжело, почти невыносимо. А если забываться - не важно, с помощью чего или кого - лучше не становится ни на грамм. Ещё в моём характере есть свойство (хотя, наверное, в этом я не уникальна) - днём всё выглядит в моих глазах гораздо оптимистичнее, чем вечером или ночью. С наступлением темноты все чувства имеют привычку обостряться до максимума и начинать заволакивать туманом мозг, благодаря чему я и пишу этот бред. Но - к сути.

Я влюбилась, чуваки. Снова без шансов, снова колоссально. Банальному выражению "бабочки в животе" я предпочту "торнадо" там же.

Я не буду конкретизировать, ибо мне неловко. Хотя… Без имён, как обычно. Помните, как я рассказывала о поездке в "местный мажорный парк" с другом подруги, выкладывала фотографии? Тогда он мне всего лишь жутко нравился, но стоило мне провести в его обществе немногим больше времени, как я пропала. Факт в том, что я не буду ничего предпринимать. Мне не привыкать чувствовать себя непроходимой идиоткой. Тем более, я стала ненавидеть навязываться, чем заниматься и не собираюсь.

Сегодня, смотря на него, у меня в голове непрерывно звучало лишь: "Нет, дура, не смей! Ни за что! Не смей, говорю! Это пи**ец! Не смей! Нельзя! Идиотка безмозглая, даже не думай, тварь!" Очевидно - не помогло.

Думаю, пришла пора ознакомить вас с моим творчеством. Херня на мой взгляд, если честно, но - вдруг кому понравится? Так что представляю вашему вниманию бред сумасшедшей - двулогию "Сёстры".

Ветер легко колышет практически невесомую ткань занавески, словно бы примериваясь: запутаться в светлых локонах этой бледной девушки, сидящей у окошка, или оставить это неслыханное удовольствие на потом. Гигантских размеров майский жук с громким хлопком вписался в раму настежь распахнутого окна. Так же, кстати, и люди – они порой не замечают ничего открытого, предпочитая оставаться при своём якобы несокрушимом и, естественно, единственном верном мнении. Тем не менее, Алина оторвалась от бессмысленного созерцания постепенно начавшего наполняться жизнью сада и со слегка отстранённой улыбкой посмотрела на безуспешные попытки жука перевернуться с чёрных, матовых крыльев-спинки и совершить ещё один головокружительный полёт по саду, оттолкнувшись от карниза своими беспомощными лапками. Девушка, чуть виновато поджав уголки губ, повела плечами в адрес майского чёрного вестника. Мол, хочешь жить – умей вертеться.

—Алина! Алиночка! – внезапно в комнате, озарённой ярким солнечным светом, раздался звонкий, но с нотками отчаяния, детский голос. Рядом с Алиной стояла девочка, лет семи на вид, с такими же светлыми и упругими локонами, с таким же растерянным выражением лица. Её огромные, зелёные, как листья земляники, глаза были наполнены слезами и не по-детски глубоким пониманием происходящего. – Мама с папой больше не придут, да? Они уехали?

В свои шестнадцать лет Алина была слишком ранимой. Но в то же время люди, знавшие её, не моги не дивиться той силе, которую таила в себе хрупкая девушка, выдерживая самые страшные испытания, посланные ей судьбой. Вздрогнув, Алина посмотрела на сестру, вспоминая, как пять лет назад заплетала ей волосы в маленькие косички, которые мама называла крысиными. Вспоминала, как папа брал их обеих за руки и вёл в лес, показывал съедобные и несъедобные грибы, учил выживать в нереальных условиях. Алина вспоминала лучики морщинок, расходившихся от любящих весь мир глаз – это было единственное сходство родителей. А потом перед глазами девушки встал день, когда всё это было потеряно. Она словно наяву увидела фото, которые ей показали в участке. Капот их машины, сложившийся в гармошку. Безжизненные лица папы и мамы, озарённые светом прожекторов. И их руки, сцепленные друг с другом в последнем, отчаянном порыве любви. Девушка посмотрела на Юленьку: -Да. Они уехали далеко-далеко. Они приедут когда-нибудь, обещаю. И я помогу тебе их дождаться.

***
-Вставай! Вставай, Юлька! Опоздаешь! - прокричала Алина прямо в ухо сестре. Та, смешно подпрыгнув на кровати от неожиданного подъёма, легонько стукнула сестру пальцем по носу и, сладко потянувшись, вскочила с кровати. У Юли сегодня важный день. Юля сегодня первый день на новом рабочем месте. И ещё Юле исполняется сегодня 24 года. Девушка радостно посмотрела на сестру:

—А Кирилл с Соней? Они придут?

—Должны… - ответила Алина, рассеяно думая о чём-то своём. Её муж с дочерью жили у свекрови, пока Алина писала очередную статью. Да, она добилась своей мечты - стала журналистом, параллельно писала стихи и рассказы. Но порой в них проскальзывала тоска. Алина тосковала по детству. По родителям, которых не стало.

—Ну так мы сегодня едем в редакцию, или нет? - нетерпеливо пощёлкала Юля тонкими пальчиками перед носом задумавшейся сестры. Та встрепенулась и кивнула:

—Да, конечно, собирайся.

Через час девушки уже сидели в машине. Алина за рулём, Юля - рядом… И внезапно у старшей сестры вспыхнули в памяти воспоминания: она сидит у открытого окна, Юлька подбегает к ней и спрашивает про родителей… Сердце сжимается от боли, а Алина отворачивается от Юли чтобы та не заметила слёз.

—Поехали. - глухо сказала Аля, за хриплым голосом пытаясь скрыть тоску.

Они ехали на работу, яркие лучи солнца проникали в салон автомобиля… И внезапно всё рухнуло. Наперерез машине бежал ребёнок лет шести. Девочка, до боли напоминающая Юльку в детстве. И она не думала пропускать машину. Пара секунд - и конец. И Алина вспомнила коричневую папку в участке, сухие слова отчёта… Она вспомнила, что послужило причиной аварии, в которой погибли родители. Стремление отца спасти жизнь незнакомому ребёнку, выбежавшему на дорогу. Алина вздрогнула и, посмотрев на Юлю с застывшим на лице выражением удивления и горечи, решилась.

Взвизгнули тормоза и машина едет поперёк пустому шоссе. И на огромной скорости врезается прямо в один из многочисленных фонарных столбов…

Юля открыла глаза и сразу же поняла, где находится. Да и трудно не понять - множество трубок, капельниц приборов…

—Юля? Юля, солнышко, неужели! - послышался радостный мужской голос. Девушка с трудом повернула голову и узнала в сидящем рядом человеке мужа сестры - Кирилла. И сразу же спросила, сглотнув комок в горле:

—А Алина? Где Алина?

Кирилл опустил взгляд. А когда он посмотрел на Юлю, его глаза были полны отчаяния.

—Алина… Она.. Её не успели спасти. Но она передала тебе вот это - мы записали…

Он протянул Юле серенький, последней модели, диктофон и нажал на пуск. Девушка вздрогнула от голоса сестры, раздавшегося в помещении:

—Юля, девочка моя… Прости, я так и помогла тебе их дождаться.

Из глаз Юли водопадом полились слёзы.

Сегодня я так странно себя почувствовала. Впервые за много-много дней моя жизнь показалась мне прозрачной, как капля хлорида натрия. У меня есть семья - бешеная мама, постоянно суетящаяся бабушка, вечно насупленный отчим-папа, приставучая, как банный лист, сестрёнка и сумасшедшая я. Да - у меня есть я, и это, несомненно, плюс. Ещё у меня есть одноклассница, очень хорошая и добрая. Она практически такая же сорви-голова, как я. С ней весело и легко, мы редко бываем вместе серьёзными. Последнее аналогично и в ситуации с ещё одной моей подругой, без которой я уж точно не мыслю себя. Мы в одни кусты справлять нужду ходили, а теперь жизни друг без друга не мыслим. Есть четыре одноклассника - одному, похоже, нравлюсь я, а оставшиеся три нравятся мне, при чём один безумно, а два других более посредственно. Всё банально, всё - как у всех. Есть ещё 4-5 сомнительных "друга", но они не в счёт. Они не познались в беде. У меня есть неопределённое будущее с множеством возможных развязок - музыкальное училище, журфак, инъяз, филфак, Москва, Германия… Снова всё банально. Но я возвращаюсь к себе, которая у меня есть. Чокнутая, ужасно противоречивая и трудная, со множеством комплексов, загонов и прочей херни. Я, обожающая читать и писать что-то своё, любящая до одури фэнтези и рок, деньги и славу… Глупая-умная я. Единственная, на кого можно положиться в этом скучном мире.

Когда я начала читать эту книгу, особого восторга мною испытано не было. Скорее, мелькнула мысль о несколько скучноватом сюжете и предсказуемости фактов. Однако, продолжая читать, я начала замечать детали, весьма заинтересовавшие меня и принуждавшие переворачивать страницу за страницей в ожидании ещё более странных подробностей. Не сам сюжет, но то, как автор преподносил его читателям, вызывало восхищение. Мысли Вербера, его способ самовыражения скользили в каждой строчке. В какой-то момент я стала жить книгой, пытаться водворять каждые детали жизни главной героини в свою собственную жизнь. Читая «Революцию муравьёв» на протяжение четырёх дней я не могла думать о чём-либо другом, кроме как о книге, которая завладела всеми моими мыслями. И то, что этот автор в таком необычном ключе преподносит читателям самую обыденную ситуацию, лишний раз доказывает его исключительность. Да простят меня другие писатели, которых я не читала, но Верберу в этом жанре, на мой взгляд, равных нет. А уж эта книга превзошла все мои ожидания. В местах, где это было совершенно необъяснимо, слёзы катились из моих глаз и падали на страницы. Каюсь – с тех пор я начала в своих небольших произведениях использовать некоторые психологические приёмы, которые увидела в «Революции». И вообще, впечатление от книги осталось восхитительное. Не читать книги Бернарда Вербера теперь я просто не в состоянии.

Эта рецензия была написана мной практически год назад. Сейчас я раз в пятый перечитываю эту книгу и не устаю находить в ней каждый раз новое для себя.

Знаете, а я тут сегодня задумалась. Все мы живём мелочно. Размениваемся на всякую чушь, которая кажется нам важной - будь то глупая юношеская влюблённость, непонимание вас окружающим миром и т.д. и т.п. А ведь есть люди, Люди с большой буквы. Они думают не о себе, хотя страданий им приходилось выносить гораздо больше, чем нам, глупым созданиям, они думают о мире, о других человечках, населяющих нашу огромную планету. Стараются сделать лучше нашу жизнь, а не свою. А мы считаем себя великими мучениками, мол, безответная любовь, пойду скинусь нахер с высотки. А если нам всем задуматься глубже и представить, что бы было, если б все люди на Земле не думали о себе? Им бы этого и не нужно было - за них подумают другие. И всё было бы хорошо - мир, водка, рок-н-рол.

Fuuuuuck, куда меня занесло, ребят. Черни выжила из ума окончательно.

За каким-то хреном поехала с подругой в местный мажорный парк, хотя мне надо было быть в совершенно другом месте. Может, на машинке её друга прокатиться ещё раз хотелось (он мне нравится жутко, надо признаться) , да и его самого я была не прочь увидеть. В общем, получилась вот такая страшненькая я. Ну и та самая моя подруга. Она чёткий чувак, к слову.

Привет, адекватные и обыденные. Встречайте сумаcшедшую и совершенно конченную меня. Моё имя - Черни. Зовите меня именно так. Я живу в одном из самых непритязательных городов необъятной и тухлой России - Ульяновске. Состою из противоречий и постоянной борьбы с окружающим миром. Люблю рок - неважно, лёгкий, тяжёлый, альтернатива, русский, зарубежный, в общем - любой, абсолютно. А ещё я обожаю выносить милым знакомым мозг, философствовать, срать на чужое мнение, нести чушь и врать. Я постоянно вру - как бы мне это не было противно. Хотя, о чём я, хах. Меня уже не изменить, и только довольно скудная кучка людей терпит меня в своём окружении. Я их люблю. Или нет - чёрт знает. Факт в том, что со мной трудно. Трудно меня понять, трудно со мной поладить и т.д. и т.п. Я кичусь своими немецкими корнями, хотя немцем (и то - обруссевшим) - был мой дедушка и пара-тройка далёких предков. Учу немецкий, и мне это порядком надоело. Знаете, мне лень дальше о себе рассказывать, поймёте всё в дальнейшем. Главное, не пугайтесь моего чокнутого воображения и разума - такова я.