помолчать с собой обо всём.

восхищаться твоими скулами, и пытаться держать в руках
все эмоции, чувства, глупые "непопытки" развеять страх.
это подлое "мне б дотронуться", когда шепот ушел ко дну…
где же грань от простой влюбленности, до потери себя в бреду?

от прогулок июльским вечером, жарких слов, что роняли вскользь.
может, чувства совсем не вечные, но какой же от них износ!
каждый вздох - как приказ одуматься, что был послан ко всем чертям.
и хватило ж однажды дурости не прислушиваться к словам.

а хрустальное "мы увидимся?", что в два счета могла сломать,
превратились в мгновенья близости, от которых уже бежать
может, поздно, а может, некогда. (очень страшно, что не хочу.)
ты ломаешь меня приветами, я тебя - что на них молчу.

эти глупые "недоповоды", что б услышать тебя опять,
давно стали уже симптомами, от которых нереально спать.
мне бы знать, что же это в точности, и какие еще пути…

где же грань от простой влюбленности, до (боюсь говорить) любви?

растворяться в твоих объятиях.
в твоём голосе слышать музыку.
проживать за тебя проклятия.
быть твоих очертаний узником.

замирать от несмелой нежности.
и вдыхать аромат твой ливнями.
наслаждаться с тобою вечностью,
рассекая пространство крыльями.

быть опорой тебе, свершителем,
быть преградой всем бедам, молниям.
быть с тобою - быть небожителем.
отрекать навсегда безмолвие.

страшно счастью порой довериться,
но страшнее к нему приблизиться.
если ты мне всего лишь грезишься -
ты мой самый прекрасный вымысел.

знаешь, что есть беда, несчастье, даже горе?.
нет, не лето в асфальте, когда так хотелось моря.
нет, не два человека кричащих друг другу споря -
я тебя никогда
не любил.

не поломанный ноготь, не кружка разбитая оземь,
не будильник, что ставил к шести, а пропел он в восемь,
не противный февраль, не безумно холодная осень,
пережить это хватит
сил.

а беда - это знать расписание у больнички,
апельсины не нужные через окно сестрички,
в белом-белом халате, занятой перекличкой,
не понятно зачем,
но все же передавать.

потому что помочь не можешь ничем, что кроме
затаиться в пустом, холодном, безродном доме,
будто это не он, а ты утонула в коме,
и больничною койкой стала
твоя кровать.

или, вот ну представь на секунду, ты очень старый,
абсолютно один, озлоблены тротуары
льдом безжалостным, от подъезда и до базара
не дойти. но идешь тихонечко -
там еда.

и идешь, и скользишь, и страшно от слова очень,
потому что ты - стар, и Бог тебя обесточил,
потому что один, хоть Он подарил двух дочек.
и вот эта беда, понимаешь?
вот тут беда.

я могу продолжать - детей про без мам и папы,
про отмерзшие на морозе у кошек лапы,
и про мир равнодушный, а ты мне тут про стартапы,
про упавшие ставки.
что там с твоей душой?

ведь тебе повезло, ты вырос в семье под крышей,
и горбушку твою навряд ли погрызли мыши.
вот пока есть глаза, и руки, и ноги, слышишь?
мы не знаем беды.
ты понял? - все хорошо.

нет никаких причин лгать мне, серьезно.я слишком понимающая.и принимаю любую информацию, какой бы дерьмовой она не была.и прекрасно знаю, что случиться может всякое, просто будь со мной честен

может быть, я заслуживаю кого-то другого, но я всегда хотела тебя

ночью всё отлично.а утром ты вспоминаешь, что ему 35 и думаешь:что делать дальше?

"Мне завтра замуж, а ты, «как здрасьте»,
Как снег на голову в октябре.
Явился призраком прошлой страсти.
А может, сон или пьяный бред?

Да нет. Здоровый, живой. (Проклятье!)
Уселся. Бросил на пол рюкзак.
Как я? Отлично! Пошито платье,
Банкет заказан. И завтра в ЗАГС.

Молчишь. И смотришь… ну так знакомо…
Сдавило сердце… Дышу едва…
Вопрос «Скучала?» как будто громом…
Скучала… Первые года два.

Потом привыкла. Заледенела.
Потом послала все мысли на…
Он был хорошим. Был очень смелым.
Был просто рядом. Твердил: «нужна».

Да, с ним спокойно. (Мы на допросе?)
Заботлив, нежен. И в общем мил.
К чему укоры? Ты бросил! Бросил!
Не надо врать мне, что отпустил!

Уйди, не мучай своею чушью!
Мне замуж завтра! Все СМИ трубят!

___

И я бегу за тобой в ночнушке.
Да к чёрту платье! Люблю тебя… »"

я не верю в других, забываю, что все относительно.
/на промокших ресницах застыли года и столетия/
ты - мой сломанный крест, и я вечно хотел бы носить тебя,
не останется слов - буду петь о тебе междометия.
/на промокших ресницах - стихи, от которых не плачется,
потому что кто плачет - тот слаб, и вообще - девиация/
мой сценарий на жизнь - бесконечно страдать и дурачиться,
мой сценарий на смерть - до конца сохранять пунктуацию.

ты - мой вечный огонь, и гори, пока воздух не кончится,
без него я бы жил, без тебя - умираю в агонии.

за секунду до взрыва сказать слишком многое хочется:
я смотрю на него и глаза закрываю ладонями.

лето для слабаков. лучше уж в октябре.
чтобы, как и в душе – пусто, тревожно, голо.
осенью – в самый раз. сладкий осенний бред.
я тебя не люблю. только твой смех и голос.

я тебя не люблю. правда, не то чтоб прям.
только когда грустишь или забавно злишься.
«осень – как чистый лист», – умники говорят. –
«музыка для ушей – шорох кленовых листьев».

музыка для ушей. лучше бы – для души.
сложно идти ва-банк, сложно менять привычки.
в воздухе правит зной. осень к нам не спешит.
ты не спешишь ко мне – в мире всё гармонично.

август со вкусом груш бьётся о наш порог.
кто-то его впустил. виски? быть может, чаю?
к чёрту твою игру, ты победить не смог.
где-то горит закат розовыми лучами.

осень вернётся вновь, осень – почти что бог.
встретит и исцелит, соорудит ковчег.
страшно быть без тебя. правда, страшней с тобой.

я тебя не люблю.
я тебя больше, чем.

жизнь кажется прекраснее, когда в тебе вино и твой любимый мужик.

роллы нужны, чтобы оценивать женский потенциал. если "калифорния" без проблем помещается во рту - значит всё нормально, знакомство продолжаем.

ты когда-нибудь задумывался, насколько ты существуешь в жизнях других людей? мне всегда любопытно, кто думает обо мне, когда играет какая-то песня, или когда они проезжают определенный город. интересно, частью скольких историй я была. существую ли я в памяти людей, с которыми не разговариваю больше? интересно, сколько раз мысли обо мне всплывают у кого-то в течение дня.

мелкому бесу видно меня насквозь.
тащится духоты грозовая завесь.
я - Ахиллес, наступивший на ржавый гвоздь,
вот, очевидно, этим ему и нравлюсь:

-помнишь ли, счастье пахло один-в-один?

влажный балкон, берёзовый двор коробкой.
клялся, а не случилось до гроба? пробуй,
на, убаюкивай беса в груди.

следи,

точно ли твари уютно, слеза вкусна ли?
точно ли гадина чует, о чём помнишь?

общие раны, которые нас связали,
и не таких плодили себе чудовищ.

— я знаю, что наши взгляды не совпадают…

— это потому что ты слишком низкая.

ах, вернуть бы май 2012-го