помолчать с собой обо всём.

он приехал. бери вино. надевай самый тёплый шарф. вы не пили с ним так давно, что от жажды звенит в ушах. он приехал. опять вокзал. фонари и размокший снег. он глядит — и десятки жал выпускает из влажных век.

отыскать бы в дурной башке пару слов. не стоять немой. он как в юности — налегке. забирай же его домой. станешь мягкой, как лунный свет, как лесной безымянный зверь. у него никого больше нет — верь ему в этот вечер. верь.

он приехал. плывут огни. затихает машинный гул. замани. отхлебни. вдохни запах шеи и грубых скул. он приехал. сырая ночь будет хлопьями бить в окно. будет снова любовь, точь-в-точь, как когда-то давным-давно.

будут руки — горячий воск, будут губы — заморский хмель. в голове лишь один вопрос: что же станет со мной теперь?

он уедет. и зимний мрак будет эхом кружить вокруг:

только так.

только так.

только так

сохраним это всё, мой друг.

мальчик — останется тонкой нитью, мягко тлеющий уголёк, знал как сердце с корнями выдрать, а что дальше с ним — невдомёк; пару станций — и просто выйти, не печален и не влюблён. а тебе остаётся быть с ним в одиночку и не вдвоём. на подкорку впечатан кодом, тонкий шов у тебя в груди, и гудит на плохою погоду, на хорошую тоже гудит. он играет ноктюрн по нотам, получается — нервный тик. из последних вечерних сводок — смотришь фото его в сети, и красивый, и славный — вот он, прямо в душу тебе глядит. и ты знаешь уже досконально — как блестит янтарем зрачок если тонкой, прозрачной калькой ты ложишься ему на плечо. написать — обмануть себя дважды, трижды вымолить новых встреч, становиться густой и влажной, по ладоням холодным течь. по глазам его серой стали — хоть до одури будешь нежна, но нужнее, увы, не станешь, потому что уже

—

не нужна.

я не смог тебя разглядеть, разбудить,

спасти.

я не смог, я виновен. пожалуйста,

отпусти.

я исправлюсь, я стану лучше,

я научусь.

я даю тебе слово, любимая,

я клянусь.

я не буду бояться ни криков твоих,

ни слез.

научусь понимать, где ты шутишь,

а где всерьез.

я смогу, моя девочка, все для тебя

смогу.

ты не думай, моя хорошая,

я не лгу.

только ты, моя настоящая,

не грусти.

ты не злись на меня и заранее

все прости.

я ведь тоже не знаю, что

впереди.

только ты меня, главное,

разбуди.

Ты садишься не в те трамваи и поезда.

Они возят тебя кругами и не туда.

Ты глядишь из окна на мелькающие дома.

И снаружи зима и внутри у тебя зима.

Ты выходишь на остановках (всегда не тех).

Ты даешь себе установку: плевать на всех

И при этом быть всем чертовски необходим.

Но, обласканный всеми, ты знаешь, что ты один.

Переходишь не те дороги не в тех местах.

Преступаешь не те пороги не в тех домах.

Там и шумно и пьяно, и весело, да не так.

Там играют какие-то песенки, да не в такт.

Там в своей не особо скрываемой наготе

Улыбаются хищно красивые, да не те.

И сквозь дым сигаретный и гомон хмельных утех

Ты уводишь с собой в непроглядную ночь не тех.

Если эта борьба не иссушит тебя до дна,

Ты когда-нибудь вспомнишь, зачем тебе жизнь дана,

В черноте нависающих туч разглядишь звезду

И поверишь, что я существую, люблю и жду.

Если ты – пустота, я тебе подарю смысл.

Если ты – высота, я не стану смотреть вниз.

Если ты – темнота, я отдам тебе весь свет.

Перестань появляться там, где меня нет.

ты сильна, как поток исикари весенним утром,

и легка, словно повести четырехструнной бивы;

бэндзайтэн,

пусть мотсу́рэ судьбы опален и спутан —

и людьми, и драконами ты навсегда любима.

главное не прекращай дышать

если пробки, простуда, отчеты, холодный снег,

каждый день февраля — это новый шаг

к морю,

нежности

и к весне.

а в марте доставят счастье тебе курьером,

это будет взъерошенный ангел с крыльями за плечами,

в посылке: солнце, стаканчик кофе с щепоткой веры,

и чьё-то долгожданное «скучаю».

и чудо найдет тебя: на улице/в кофейне за столиком,

на работе/в машине/ выходе из метро,

потому что конец есть даже у самой страшной боли,

и у прошлых печалей исходит срок.

а пока лучше кутаться в шарф, ловить такси,

прятать нос в воротник, закрывать дедлайн, отмечая дни,

сейчас нужно собраться из самых последних сил,

а там — три субботы до весны.

а у судьбы, как всегда, планы покруче наших:

будут смех, разговоры, объятья, встречи и добрый блюз.

остаётся убрать из жизни: все «больно» и «страшно»,

оставить лишь «спасибо» и «люблю».

а скоро мир покроется тюльпанами,

и кто-то звезды в весеннем небе подвесит на блесну,

если спросишь: «какие у нас в этом мире планы?»

я скажу:

«верить счастью

и ждать весну».

Спaсибo, ухoдящий гoд,

Зa тo, чтo я живa-здoрoвa,

Зa тo, чтo был сo мнoю тoт,

Ктo oткликaлся с пoлуслoвa;

Зa тeх, ктo в жизнь мoю вoшeл,

И тeх, ктo вышeл «пo-aнглийски»,

Зa тo, чтo былo и прoшлo,

Зa нeжнoсть дoрoгих и близких.

Зa вeру в сoбствeннoe «я»

Тeбe oгрoмнoe спaсибo;

Зa кaпли свeжиe дoждя,

Зa сoлнцe, чтo пoрoй пaлилo;

Зa тo, чтo были всe труды

Тoбoй oплaчeны с лихвoю,

Зa испoлнeниe мeчты,

Зa тo, чтo дoбр был сo мнoю;

Зa счaстьe нужнoй быть другим,

Зa муки твoрчeствa и слaдoсть;

И ктo бы, чтo ни гoвoрил,

Ты принoсил мнe тoлькo рaдoсть!

Двeрь зaкрывaя, зa тoбoй,

Я Нoвый гoд жду с нeтeрпeньeм,

И вeрю сeрдцeм и душoй,

Чтo принeсeт oн мнe вeсeльe;

Здoрoвьe, прeдaнных друзeй,

Успeх в дeлaх, вo всeм — удaчу.

И чтo всe тристa с лишнeм днeй

Всe будeт клaсснo, нe инaчe!

Никому не отдавайте того, с кем счастливы.

— Сергей Есенин

Ведь бывает такое: сразил, обезглавил, стер,

И плевать, что уже пару лет просыпалась с мужем.

Ведь бывает такое, что слева в груди костер,

И, естественно, круг интересов нещадно сужен.

Ведь бывает такое, что время несется вспять

И считаешь минуты, в мечтах приближая чудо.

И оно бы случилось, и ты за него отдать

Собираешься все, надевая порока путы.

Ведь бывает такое, что голос велит внутри

Наплевать на моральность и принципы, сон и нервы.

Ты с трудом выдыхаешь, считаешь: один, два, три –

И сползаешь по стенке, осознанно выбрав верность!

И, встpeтив тeбя, я зapaнee стaл готовить щит и мeч.

Кaждый paз, повоpaчивaясь спиной, ожидaл удapa.

Но,

когдa вмeсто гpомких слов, ты обнялa мои плeчи,

спустя тысячи выигpaнных битв

моя

обоpонa

пaлa.

Ни совести, ни веры, ни принципов — вот рецепт неуязвимости. Каждую рану немедленно прижигать смехом.

Если тебе скажут, что мечты не сбываются — не верь. Они сбываются, если за них бороться.

ты такая, в какую веришь.

прерывистый выдох марта

изнежил собой затылок,

спасает от сна сегодня

закрытая вновь аптека.

валяется под ногами

ненужный кусочек дыма,

испачканный весь губами

влюблённого человека.

он ёжится, очень скоро

исчезнув под тротуаром,

крошащимся, словно кто-то

попадал с небес на груди.

мне надо остаться, чтобы

устроить минутный траур

по у́мершим сигаретам,

они ведь точь в точь, как люди —

красивы собой, но тлеют

в руках бесконечно быстро,

и даже, когда их держишь,

зарёкшись не потерять.

смотри, как лежит, страдая,

потухший окурок winston

смотри, как сегодня ночью

похожий он на тебя.

окурок оставил кляксы

из пепла на теле листа

белёсые буквы оброком

упали илотами ниц

и я, не боясь хлыста

совсем отчаянным стал

вытягивал смыслов локон

из чашек твоих ключиц

смазливо звучит, скажи?

не пишется о другом.

курю уже третью разом,

треск kent’а пишу на skit.

дымок обволакивал губы

которым едва ли стон

положен и тяжесть кожи,

как жалко, — не той щеки.

привык отвечать односложно.

так проще. несу свой стяг,

за тем, что на "да" положен

совсем безвкусный ответ.

я стал всё чаще и глубже

вдыхать вопросы в затяг:

что будет, когда исчезнут

запахи сигарет?

разбуди меня,

когда будет май,

будет небо, жемчужные звезды висеть ковшом,

и ты будешь меня круглосуточно обнимать.

разбуди, когда все будет хорошо.

разбуди меня,

я устала от постоянных дум,

заставь поверить во что-то светлое и хорошее.

останься со мной, когда все уйдут.

я не стану требовать большего.

разбуди меня,

прекрати этот тягостно-долгий сон,

пусть разгонится скука, тоска и темень,

будут странные шутки и хохот на весь район,

потому что лишь мы одни будем в теме.

разбуди меня

поцелуем в горячий лоб,

щекою прильнув к щеке, пальцами к ключицам.

я не вижу смысла скрывать: ты лучшее, что могло

в этой жизни со мной случиться.

разбуди меня,

тихим голосом среди ночи,

когда будет набережная в огнях и Кюрасао блю,

я запомню, как ты улыбаешься и хохочешь.

разбуди своим: «я тебя люблю».

разбуди меня,

когда воздух будет пахнуть морем и имбирём,

когда всё будет просто, искренне, без затей.

будешь ты, смеющийся за рулём.

буду я, влюблённая до чертей.