Это просто Вьюи блог

ты каждый день и ел, и пил,
не спал полночи, бегал утром,
смотрел на ближних взглядом мудрым,
по-настоящему не жил,

но верил, что взойдёт заря
(и так же далее по тексту,
по плану - кварта, квинта, секста).
ты просто копия меня.

я пью таблетки за час до сна, хожу пешком и волнуюсь мало.
проблем немного:
- кровит десна
- набойки стоптаны
- нас не стало.

он приходит, швыряет нежность свою на стол
и вонзает свои ухмылки острей ножа.
говорит ей: - будь же поласковей! будь, my doll,
посмелее. и начинай скорей обнажать
свои плечи, ключицы, голени и нутро…
будь Кассандрой-провидицей, мужественной Лилит.
_______
её утро настолько призрачно и мудрО, что, когда он уйдет, она даже не позвонит. она сдержит спасительный стон у себя внутри. утро сделает кофе ей слаще и горячей. и пока он опять заскрипит у ее двери, пройдут тысячи дней и бездомных ее ночей.
он приходит. бросает нежность к ее ногам –безупречные кадры для приторной порно-ленты. она знает, что ни одна из подобных драм даже в фильмах не обращается в хэппи-энды.
«опрокинута в схватке, но не проигран бой» - отчеканит она как молитву или заклятье. / всё, за что ты сражалась, не с ним, а сама с собой, станет пылью и пеплом, едва он коснется платья/
он приходит /невыбиваемый твой косяк / где-то ниже груди станет сладко, тепло и густо… ведь когда он стоит и смотрит в глаза вот так – у нее внутри замирают младенцем чувства.
ей бы выкинуть эту любовь /нежеланный плод/ стать корыстной, ничейной, заблудшей в душе и мелочной. только то, что внутри, толкается и живет. она выносит эту любовь, она – сильная девочка.
он приходит:
- давай сама, my doll, выбирай,
куда целить ножи – ниже пульса, в висок или в спину.
….знаешь, сколько не меряй их чувства от края в край – ни она, ни он не отрежут им пуповину.
он приходит. швыряет нежность свою на стол. и бросает ее как на скалы спиной в кровать. говорит ей:
- будь же поласковей! будь, my doll,
посмелее. и начинай скорей обнажать…
______

он приходит –
и ей больше не за что воевать.

всё со временем проще, вроде партии в карты:
так из "как дела" друзья вырастают в "как ты",
никому не звонят - приелся спокойный голос,
сухие факты.

отпивая из этой лужи, лица не морщи:
это ты превращаешь дружбу в святые мощи,
улыбаешься, подправляешь большую повесть,
считаешь общей.

вряд ли кто-то просил уюта взамен объятий:
с каждым днём все лживей привычка не докучать им.
подсчитай в ладошке - кто ты в конечном счёте?
на два пива хватит?

нужно быть бесконечно храбрым, рыдая в трубку.
приволакиваясь по косточкам к лучшему другу.
хватит прятаться мятой пачкой последних сотен,

попытайся еще раз.

сожми руку.

иногда всё равно подкатывает, сколько ни отбивайся,
ни говори, что прошло, мол, дела забытые, всё такое,
память - это не то, что способно изящно и в ритме вальса
потанцевать немного с тобой, а после оставить в покое.

всё своим чередом, дом-работа, прохладно, минус пятнадцать,
родственники, как это порой бывает, не сидят на шее,
но часы показывают подходящее время признаться,
что соскучился по теплоте человеческих отношений.

итак, идёшь и чувствуешь себя сытым-одетым-обутым,
в темноте знакомых высматривая и не увидев оных,
зимним вечером сквозь пургу возвращаясь привычным маршрутом,
пролегающим через парк обездвиженных аттракционов.

повсюду массовая индустрия с этой её любовью,
тебя окружают слоганы, советующие, что делать,
и вдруг - вспышка - такая яркая, свет, от которого больно
(всё-таки память и вправду весьма своеобразная дева).

и, казалось бы, да, всё прошло, а вот нет, не прошло, поди ж ты;
жизнь как будто вокруг иная, а вот нет, совсем не иная,
и становится крайне досадно, так много времени выждав,
думая, что вылечился, задыхаться от воспоминаний.

приходя, ты включаешь музыку, откидываешься в кресле,
делишься с зеркалом чувствами, которые днём экономил;
тебя охватывают мысли на тему "что было бы, если", -
и ты совершаешь ошибку, например, набираешь номер.