kap kup

-Ваша дочь первая леди, а вы до сих пор считаете, что она сделала неправильный выбор - то, что вы президент, не прибавило вам мозга

Самое главное в жизни, все загадки её – хотите, я высыплю вам сейчас? Не гонитесь за призрачным – за имуществом, за званиями: это наживается нервами десятилетий, а конфискуется в одну ночь. Живите с ровным превосходством над жизнью – не пугайтесь беды и не томитесь по счастью. Все равно ведь и горького не до веку и сладкого не дополна. Довольно с вас, если вы не замерзаете и если жажда и голод не рвут вам когтями внутренностей… Если у вас не перешиблен хребет, ходят обе ноги, сгибаются обе руки, видят оба глаза и слышат оба уха – кому вам еще завидовать? Зависть к другим, больше всего съедает нас же. Протрите глаза, омойте сердце и выше всего оцените тех, кто любит вас и кто к вам расположен. Не обижайте их, не браните. Ни с кем из них не расставайтесь в ссоре. Ведь вы же не знаете, может быть, это ваш последний поступок и таким вы останетесь в их памяти. («Архипелаг ГУЛАГ»)

Солженицын

Понимаешь, если он тебе правда по душе, нужно показать, что ты молодая и веселая! -я уже давно перестала слушать твои советы.. -и с тех пор ты маешься, пока твоя В зарастает паутиной. Пойми, у меня сейчас такая же ситуация с Эйсом. Я снялась в двух его съемках и с тех пор не отвечаю на его звонки. Вот увидишь - ещё один день молчания в эфире, и он будет ломиться в эту дверь голышом" Jessa the queen

Я всегда говорил, что женщина должна быть как хороший фильм ужасов: чем больше места остается воображению, тем лучше. "

За пределами представлений о правильных и неправильных действиях есть поле. я встречу тебя там.

Красота – это довольно редкое качество. А обладать некой редкостью всегда приятно и почётно. В этом месте вы должны возмутиться и запеть песни про толпы красивых женщин на улицах Минска. Ну да, хорошие сказки для туристических буклетов, которые у нас всё ещё не написаны. Давайте посмотрим на вещи трезво: сколько красивых девушек было у вас в классе, в школе? А сколько в институтской группе? Одна-две? Это максимум, и это далеко не в каждой группе. Ещё несколько с большой натяжкой попадут под категорию «вполне симпатичные» – и то только потому, что как-то на вечеринке вы немного перебрали водки и в силу этого посмотрели на свою вполне обычную соседку «новым взглядом». Красивых мало. Понимая это, люди придумали теории, что красота относительна, «это вещь социальная, историческая» и много прочих – исключительно для того, чтобы большинство не чувствовало себя ущербно. На самом деле красота существует объективно. Это – гармония, пропорция, симметрия. «Золотое сечение» лица и тела, если можно так выразиться. Как бы ни менялись стандарты красоты в истории, пропорции между талией, грудью, бёдрами оставались. Человека с короткими ногами не назовут красивым ни в какой эпохе. То же самое с лицом. Давно замечено, что все победительницы конкурсов красоты – на одно лицо, несмотря на разные расы и нации. Это пропорция, чистая математика.

Так что посмотришь ещё раз на свою красавицу и думаешь – «один хрен мучиться, так уж лучше мучиться с красивой».

sitting here in darkness n dirtness ^cant drink water for 31 hours * dancing 

Однажды все люди мира, обладавшие умом и гением, обрели единую веру — говоря точнее, перестали верить. Но им невыносимо было думать, что не пройдет и нескольких лет после их смерти, и им припишут множество культов, систем и прогнозов, о существовании которых они даже не подозревали и не думали. И тогда они сказали друг другу: «Соберемся вместе и создадим великую книгу, которая переживет века, высмеивая доверчивость людей. Уговорим наших лучших эротических поэтов написать о наслаждениях плоти, убедим наших циничных журналистов смачно описать знаменитые амурные истории. Включим туда самые нелепые басни, о которых сегодня судачат кумушки. Выберем самого остроумного сатирика из живущих ныне, чтобы составить «вседержителя из всех тех вседержителей, которым поклоняется человечество — вседержителя, который будет величествен и одновременно по-человечески слаб настолько, что имя его во всем мире станет синонимом глупости — а еще мы припишем ему все самые смешные черты, наделим его тщеславием и гневом, к которым у себя самого он будет относиться снисходительно, и люди будут читать нашу книгу, и хихикать, и не будет в мире большего вздора. И, наконец, позаботимся о том, чтобы стиль книги блистал всеми красотами, чтобы она пережила века и осталась свидетельством нашего абсолютного скептицизма и нашей вселенской иронии». Так они и сделали, и они умерли. Но книга осталась навеки — так прекрасно она была написана, так изумительна была фантазия, с которой эти люди, обладавшие умом и гением, написали её. Они не стали давать ей названия, но после их смерти её стали «называть «Библия». (перевод А.Б. Руднева) »

«Знаешь, ведь и неудачник, и баловень судьбы, оба в душе верят, что у каждого из них верный взгляд на жизнь; счастливец верит в это, потому что преуспевает, а неудачник — потому что именно ему все время не везет. Только удачливый учит своего сына извлекать прибыль из капитала отца, а те, кто не слишком преуспел, учат сыновей извлекать опыт из отцовских ошибок.» Отрывок из книги: Френсис Скотт Фицджеральд. «Прекрасные и проклятые.» Издательский Дом Мещерякова, 2007-12-31T18:00:00+00:00. iBooks. Этот материал может быть защищен авторским правом.

В любой дурацкой ситуации на 14февраля принято уезжать в СПб. Самый лучший город для

«Но он терпеть не мог быть трезвым. Тогда он начинал сознавать, что кругом люди, что все вокруг пропитано духом конкуренции, жадностью, надеждами еще более горькими, чем отчаяние, непрерывным скольжением вверх-вниз, которое в любом большом городе больше всего было заметно в слоях расплывчатого среднего класса. Не имея возможности жить среди богатых, он считал, что альтернативой для него может быть только жизнь среди очень бедных. Но все было лучше, чем эта чаша пота и слез.»

Когда мы что-то покупаем, мы платим не деньгами, мы платим тем временем нашей жизни, которое мы были вынуждены потратить на то, чтобы заработать эти деньги. Разница лишь в том, что невозможно купить жизнь

American apparel forever