Не могу уснуть. Считаю, как всегда. Пытаюсь ни о чем не думать. Один. Два. Три. А мысли всё лезут. Колотится сердце и мешает уснуть. Десять. Одиннадцать. Вдруг всплывает образ качели. Вот я уже считаю в такт. Двадцать. Вперёд. Двадцать один. Назад. Сначала качель в апреле. Мы с Аней, она с работы. Я на работу. Солнце греет, мы уставшие, но смеемся. Все сидят по домам. А нам можно. Нам можно кататься на качелях в двадцать пять. Тридцать. Тридцать один. Теперь во дворе моих крёстных. Одно время я почему-то ребенком гуляла одна. Доходила до начала бульвара и каталась одна. Тогда не было ни наушников. Видимо и друзей. Сорок три. Я в лесу. Там папа сделал мне качели. Сорок четыре. Сорок пять. Вот бы сейчас найти качели.

мда что ж такое. ебаная жизнь не устает делать сюрпризы. только я почувствовала что все налаживается и я начинаю чувствовать запахи и вкусы. нет. когда мне тяжело на самоизоляции и без удовольствия от еды. когда с дня на день жду возможности встретиться с людьми. происходит это. ЭТО. я пару часов решалась написать друзьям чтоб хоть с кем-то поделиться. почему так тяжело говорить. почему я плакала именно когда писала больше всего. но я не смогла держать в себе. да и я не обязана. сколько можно. этот сосуд переполнился бы. у меня умер дедушка. мой второй дедушка. всё. больше не осталось дедушек. спасибо взрослая жизнь. а не разговаривала я с ним уже хуй знает сколько. не вспомню вообще когда в последний раз видела из-за этого карантина. а он и жил с нами одно время. я честно не могу этого осознать до конца. я боюсь идти на похороны. думаю там всех расклеит

один потерял королеву в погоне за одноразовыми манекенами.

другой лишился той, что была ближе и роднее по духу, чем все, кого он знал.

может и я упустила что-то важное и очень ценное.

но жизнь научила меня не изводить себя за промахи и потери, не ковырять самые больные раны, а вставать и идти дальше.

даже если сама виновата, даже если кто-то козёл, даже если весь мир против тебя — делай что задумала и будь что будет.