Грусть

Лети ко мне, пожалуйста.

Я ношу в себе Н. как заложника, Он в голове, в душе и пятках, абсолютно не мешает, побаливает, дергает за душевные рычажки, воет на ушко; ну, т.е. все обычно, только внешне никак не проявляется, Н. теперь не озвучивает сам себя, и вообще присутствует очень негласно.
Развлекаюсь как могу, к слову. Юноша этот новый несколько настойчив, ну и да ладно, почему бы не поглядеть на него, на вопрос про чувства прямо не отвечаю, потому что это грубо и расстроит мальчика (слушайте, а давайте я буду называть его Мальчик, это к нему очень идет, мне кажется, правда). Не вселяет он мне просто ничего, не мой Мальчик, совсем-совсем. Но с ним не так скучно и зацикленно, хоть и сравнения у меня постоянные.
Мне приходит смс "я скучаю по тебе…" от бывшего одногруппника-депрессивного парня, с которым мы году в прошлом общались еще, а потом каждый на это дело забил.
И еще есть Андрюша. Андрюшу никак не охарактеризовать, вот совсем. Мы учились с ним в одной школе, в параллельных классах, друг на друга не смотрели, в 8 классе перешли в лицей и очутились в одной группе, мало того - в одной подгруппе, оказалось даже знакомые общие есть. Вот Андрюша сильно веселит. Я расскажу о нем как-нибудь, кадр еще тот (в хорошем смысле слова, конечно же).

В общем, забавляюсь я не по-детски, мыслей такой рой, а меда нет, и на фоне, самое главное, маячит красоты нереальной золотоволосое чудовище, от которого покоя ни днем, ни особенно ночью.
Сестра младшая вопит: "каааак завтра в школу? НО Я ЖЕ НЕ ВЫСПЛЮСЬ! "
Не решилась я ей сказать, что лед эдак через 5-6 (зная, какая девочка наша шустрая) она и вовсе его потеряет, и засветит он ей уже годам к 50. Кафку вспомнила, захотелось кофе.

"Нет, придется все рассказать сначала, и число, и гербовая печать; видит Бог, я очень давно молчала, но теперь не могу молчать – этот мальчик в горле сидит как спица, раскаленная докрасна; либо вымереть, либо спиться, либо гребаная весна.

Первый начал, заговорил и замер, я еще Вас увижу здесь? И с тех пор я бледный безумный спамер, рифмоплетствующая взвесь, одержимый заяц, любой эпитет про лисицу и виноград – и теперь он да, меня часто видит и, по правде, уже не рад.

Нет, нигде мне так не бывает сладко, так спокойно, так горячо – я большой измученный кит-касатка, лбом упавший ему в плечо. Я большой и жадный осиный улей, и наверно, дни мои сочтены, так как в мире нет ничего сутулей и прекрасней его спины за высокой стойкой, ребром бокала, перед монитором белее льда. Лучше б я, конечно, не привыкала, но не денешься никуда.

Все, поставь на паузу, Мефистофель. Пусть вот так и будет в моем мирке. Этот старый джаз, ироничный профиль, сигарета в одной руке.

Нету касс, а то продала бы душу за такого юношу, до гроша. Но я грустный двоечник, пью и трушу, немила, несносна, нехороша. Сколько было жутких стихийных бедствий, вот таких, ехидных и молодых, ну а этот, ясно – щелбан небесный, просто божий удар поддых.

Милый друг, - улыбчивый, нетверёзый и чудесный, не в этом суть – о тебе никак не выходит прозой.

Так что, братец, не обессудь.

9 апреля 2007 года."

Да что же это такое, так же нельзя, когда каждое слово и буква в точку, когда так прямо, такое попадание. И слезы то ли от того, что так в цель, то ли от того, что так защемило.

Это очень жестоко, когда тебя никто за них не кусает и не тягает, а тебе присылают такие картинки!

Ожидание и терпение всегда вознаграждаются.

Это то, как я отношусь к словам. Ни одно никогда не брошено просто так, в момент произношения/написания/прочтения слово выражает то чувство, которое имеет место быть сейчас. Если уделять больше внимания словам и смыслам, может открыться много нового, но и не только хорошего, вы же понимаете.

Потому что все проблемы от рефлексии.

Нет, ну, это смешно. Серьезно. Это такой гомерический хохот сквозь слезы. Это действительно смешно, ребят, потому что он говорит мне о чувствах. Т.е. юноша, с которым мы знакомы неделю, у которого душевные раны и отсутствие сна, который немножко пьет (ой, знаете, терпеть этого не могу, я за 20 лет на это насмотрелась и это прочувствовала, парень просто не должен пить, ни в каком виде) и курит, так вот - этот самый юноша сейчас говорит мне о чувствах, он меня спрашивает "ты что-то ко мне чувствуешь?" и у меня отнимается дар речи.
Что за абсурд. Одна я придерживаюсь мнения, когда для чувств нужно время, основа в виде привязанности, симпатии, влечения?
Я не знаю, что происходит, вот теперь совсем. Я попала в Зазеркалье?
У меня мозг сейчас взорвется. Я похожу на ту старушку-блондинку с картинки, помните, где надпись "WHAT?".

P.S. мам, нужно было научить меня говорить "нет", может быть тогда мне бы жилось гораздо легче.

Какой-то театр абсурда.

Я не знаю сколько еще раз мне нужно повторить, что я не могу помочь даже сама себе, что сейчас у меня нет ни сил, ни желания, ни терпения помогать.

Он красивый, но не той красотой, которую хотелось бы лелеять; жесткий и строгий, но не в том аспекте, в котором нравится, ему просто не хочется подчиняться; он мил, но перебарщивает, у него сладкое все, приторное, медовое - это не мое.
Знаете, когда у тебя было что-то ценное, а у тебя отобрали, но взамен дали что-то лучше, так вот ты беснуешься весь, тебе в этом новом все не так, не эдак, и минусы выдумываешь, и плюсы тебе глаз колят, так и хочется растрепать в клочья, чтобы только вернули старое. Так вот и я сейчас. Старательно выискиваю погрешности, как блошек, ловлю, давлю пальцами, ищу новых.
Забавные у меня игрища однако.

Все. Меня активно называют "солнышком" и всячески нежничают со мной. Все, все, все. Это можно вообще переиграть?

Я вот еще, что хотела рассказать.
Такое было, мы говорили по телефону, у Него историй миллиона два, да еще с горочкой, так вот Он рассказывал мне про свое детство, про то, что они творили и как все это было, и мне было страшно, потому что это даже "хулиганством" назвать было тяжело. У Него детство было насыщенное, но не из легких, улица хорошо по нему прошлась, обожгла его, как глиняный горшок, сделала бронзовым таким и твердым. И все было совсем не хорошо, пока один раз Его не побили, побили так, что Он говорит, мол я лежал на земле несколько часов, даже дышать не мог, блевал одной густой кровью, и никто не помогал совсем, все мимо шли, а я лежал и думал, что я же на самом деле не хочу умереть вот так, лежа как бездомный, убитый, забитый и жалкий, что что же я делаю с жизнью; встал, дошел до дому. После этого случая мировоззрение немного сместилось.
(Он вообще очень сложный человек, очень закаленный, хоть и мало лет Ему, с сложным характером - вот таких людей люблю я, да).

А этот юноша рассказывает мне сейчас, как ему стало плохо однажды и пока ехала скорая, он думал, что она не успеет и он не сможет ни с кем побыть больше, вот умрет и все.

Я ни к чему не клоню, и не пытаюсь никого опустить. Но это настолько полярные случаи, что меня ежит.

Слишком много сравнений, слишком много.

А этот юноша мне:

Крайностями так и тянет.

Ох, знал бы ты, что во мне этой радости ни на грамм, и что я ею и быть-то не хочу, у меня этого не получалось никогда, нет в этом чувстве ничего глубинного же, оно моментально и поверхностно.

А еще одна кардинальная несхожесть в том, что Н. очень, очень часто называл мое имя, я поначалу пребывала в каком-то шоке, потому что никогда так часто его не слышала, ни в жизни, а Он в каждой фразе практически, а потом добавилось это вот "Катюююша" и меня оттаивало конкретно; а этот юноша практически никогда имени моего не произносит, раза два может было всего.

Воооооот, а еще юноша этот не занимается спортом (в детстве не считается) из-за приболевшего сердца и травмы. Ну, вы понимаете к чему я клоню.

И сослагательное наклонение у него, вот все эти "бы", "бы", "бы"!

Полюса.