ритмы окон, улиц и дорог

говорят, Капитан забыл двадцать тысяч лье
и вернулся на берег… если они не врут,
отвези меня к морю, туда, где земной рельеф
переходит в рельеф спины и горячих рук.

© Кот Басё

И в этих предстоящих листьях сентября
слишком много не тебя.

всё, что хочешь, делай - бывшим звони, кури,
пей проклятую водку, дерзи и чеши манту,
да только, прошу тебя, в мысли себе не бери
эти странные фразы, что он полюбил не ту.

догрызи свои ногти на завтрак, обед и у,
пререкайся со взрослыми, ночью гуляй и пой,
но не верь этим слухам, пошли же к чертям молву,
он уже не вернется и точно не будет твой.

эти злые надежды тебя растоптали в пыль,
ну а ты добровольно сдалась уже на расстрел.
различай же, мой ангел, где сказка, фальшивка, быль,
умей различать, кто ложен, кто важен, кто смел.

всё, что хочешь, делай – бывшим звони, кури,
не плати за проезд в трамвае, катастрофично худей,
хуже уже не будет. боль умножай на три,
только не поддавайся сказкам плохих людей.

ты кого-то полюбишь снова,
но уже не сойдешь с ума.
будет снег, Новый год, зима…
заразившись от нежного слова, ты кого-то полюбишь снова… но уже не сойдешь с ума.

Все всегда уезжают навсегда. Вернуться невозможно - вместо нас всегда возвращается кто-то другой.

Пожалуй, она никогда никого не любила, кроме себя. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она — такая добрая, женственная, бесконечно милая. Точно в ней два человека: один — с сухим, эгоистическим умом, другой — с нежным и страстным сердцем. А. Куприн. Поединок

вот, гляди:
это проще, чем дважды три,
и вернее, чем сотня клятв,
и страшнее, чем крики птиц,
разбивающихся на камнях:

это надо понять изнутри:
вот сидит человек,
который тебя предаст.
вот идет человек,
которого предал ты.

(с) Кот Нетрезвый

«Детка» и «дорогуша» — для меня все равно что пуля в мозг. Я зарезервировала лучшие места в аду для людей, которые так ко мне обращаются. Алан Брэдли. "Копченая селедка без горчицы".

Александр, Александр, этот город не наш с тобою. этот скривленный грязный город не проникнется теплым воем, эти скрюченные аллеи увлекут за собой сентябрь. в твоем городе запах яблок. в этом городе запах ада. в этом городе бесконечность отдает прогоревшей серой. на мостах тут стоять всю вечность, уплывать с пароходом первым, ощущать - холодеют руки, прирастающие к перилам. а вокруг ничего не слышно. и совсем ничего не видно. а внутри, Александр, терпко-скомканно и терпимо. Александр, Александр, нам ли плакать в чужие плечи и гадать - то ли время лечит, то ли вовсе оно не лечит… время падает тяжкой глиной, перемученным толстым блином. если капают эти строчки, значит, здесь не осталось сильных и нигде не осталось сильных. ветер тучи в слезах полощет. в первый раз умирать так страшно, в сорок пятый - серей и проще. в сентябре выгорают молча листопад, фонари и башни. в сентябре остаются ночи. много-много ночей без ваших вдохов-выдохов, шагов, кашлей, смехов, мехов, колючек, мыслей. и еще миллионы ваших, что считать, да не перечислить. никогда не нарушить строя. никогда не улезть в подполье. никогда не сбегать в запои. не глотать ядовитый корень. никогда не наделать больно. никогда не уйти без боя. а еще остается город. тот, что больше не наш с тобою. (с) Хельга Обскура

думаешь, он тебя любит? как бы не так, весь этот бабский вздор для него – пустяк. он полукровный, испорченный жизнью маг, из окружения пьяниц и иже с ними. думаешь, будешь счастливой? нет, не резон, знаешь, таких, как он, надо держать в сизо, он заменяет в словах о любви раз в сезон только заглавное имя. девочка, брось, ты же жила без любви? было нормально? вот, ну и дальше живи, в полках с романами, с полным шкафчиком вин, в тоннах цветных обложек. как бы тебе объяснить… жизнь не равна нулю, если не слышишь ты «я тебя так люблю». я же живу спокойно, нормально сплю - знаю, ты тоже сможешь.

загнанных лошадей пристреливают –

расскажи это сыну, которого не было никогда.
расскажи, как в новой реке глубока вода,
как легко предавать, если знаешь, что ты сильней.
найди женщину тише шепота и оставайся с ней.

загнанных лошадей пристреливают –

за это стоит выпить крепкого, как огонь.
в баре легко смеяться и в дым окунать ладонь,
рассказывать, как она билась, и хлопать бармена по плечу.
крути барабан и считай патроны, а я тебе помолчу.

загнанных лошадей пристреливают,

что поделать, таков закон.
попадется кобыла с норовом - держи ее под замком,
в узде держи, коновязь придирчиво проверяй.
загонишь – пристрелишь, да что тебе повторять.

© Кот Басё

тут хоть плачь, хоть катайся по полу в истерике.
удаляй номера, заливай, что покрепче, в себя алкоголь.
happy end - это только сопливые фильмы в америке.
а на деле, любовь - это рвущая, тихая боль.

Я сиділа поруч з тобою і дивилася на твої ямочки, тримала тебе за руку і вдивлялась в кожен міліметр твого обличчя, щоб запам'ятати;
а ти сміявся і питав: навіщо тобі мене запам'ятовувати, я ж поруч.

Був.

и пускай мы построили стену и вырыли ров; и в попытках забыться ночами любили других; и пускай между нами остались угли от костров; и как будто тату под глазами легли круги - мы однажды сойдемся, из разных придя миров, и сломаются стены… и, Господи, помоги. и пускай между нами преградою шрамы и швы, в кровь искусаны губы, натянуты нервы и жилы; и пускай нам не выжечь из памяти этой весны; и я знаю, что все его фразы до боли фальшивы - мы однажды столкнемся и будем обречены, ибо, если он рядом, значит мы снова живы. и пускай все твердят, что дороги приводят в Рим, мною выбранный путь непременно ведет к нему - пусть горит все огнем, и пускай мы дотла сгорим в тот безудержный миг, когда я его обниму. ©Инна Романова-Атлас

за шепот и за крик, за вечность и за миг, за отгоревшую зарю, за смех и за печаль, за тихое «прощай» - за все тебя благодарю. © Р. Рождественский