ритмы окон, улиц и дорог

мам, а помнишь, я говорила, что он хороший? знаешь, до сих пор, его имя – до дрожи. а ты не знаешь, что в сердце рана. мамуль, прости, я повзрослела рано. но ты не думай, я сильная, я справлюсь. я и сейчас, ведь многим нравлюсь. просто сейчас такой момент – хочется послать подальше белый свет.

Кажуть, що покупки піднімають настрій. Саме через це я купила собі бухла.

Зібралися з подружками на дівич-вечір.. Залишила записку чоловікові: "Будь готовий до приймання дров"…

Хoчу такого, з яким у нас на двох будуть: навушники, книги, фільми, бутербрoди, прoблеми, гандони і міцний чай вранці, і щоб, сука, без цукру… І щоб він був їбанутим, але розумним… Щоб вічно хуйню ніс… Як я, кoрoче..

в душей моей кочуют как цыгане все люди через год - ищи-свищи а я всё жду как кто-нибудь устанет осядет в ней надолго вот ключи. © Михаил Гладчук

я не признаю покой мой возраст так сочен да, вечно пьяный да, вечно молодой свое алкогольное лето пустые карманы и бессонные ночи я посвящаю самым теплым моментам с тобой. (с) Ричард Роу

«Как же я обожаю эти припадки любви. Когда не можешь наобнимать человека, не знаешь куда себя деть. Когда сводит все тело. Когда ты счастлив. Любуешься человеком. И не хочешь его отпускать. Никуда и никогда. Вот это эйфория.»

Мужчины вообще стесняются своих чувств. Им вбили в голову, что грубость и бесчувственность – это «по-мужски». Но ведь это неправда. А сами мужчины – очень чувственные, ранимые и даже, я скажу, нежные в душе существа. Только одни привыкли это скрывать, а другие – так и не научились проявлять свою подлинную сущность, просто не умеют. И сами страдают от этого, и женщины их страдают. Анхель де Куатье “Об Анхель де Куатье”

У нас не любовь, а просто бессонница,
Остывший мой кофе и твой тёплый чай.
Всё, что мы хотели уже не исполнится.
Давай помолчим, только свет не включай.
Глаза в темноте огоньками подсвечены-
Мы курим как взрослые, долго, со вкусом…
И лица сквозь шторы луною расчерчены.
И чувства забытые в нас мёртвым грузом.
Никто не нарушит неловкость молчания,
Вопрос неуместен, не нужен ответ…
И нет больше повода выть от отчаянья.
Мы вроде бы вместе, но нас уже нет…

А у меня сейчас душевный карантин…
Устала я от подлости и боли,
от безразличных к горю спин,
от тех, кто посильней… да на мозоли…

А у меня там санитарный… год
и закоулков генеральная уборка…
Проходим мимо, любопытствующий народ,
пока ту рану не затянет коркой…

Туда сейчас всем посторонним вход
закрыт, забит, завален всем, чем можно…
И даже тем «героям, что в обход»,
прорваться с тыла будет очень сложно…

Там на сегодня нет свободных мест
для «диарейных» и «верблюдных» тоже
и тех, кто небольшой свой крест
спихнуть другим старается… Но всё же,

пройдёт когда-нибудь тот карантинный срок…
Для не предавших, верных мне друзей,
для тех, кто так любил, дождаться смог,
устрою день открытых я дверей!

Ты напейся и позвони мне что ли…
Я отвечу не сразу. Замру на миг.
Расскажу тебе как я привыкла к боли,
Ты расскажешь мне как от меня отвык…
Будешь громко кричать, материться в трубку,
Обвинять меня в чем-то, сжигать мосты.
Я все честно впитаю в себя, как губка.
Ведь по прежнему нужен лишь только ты.
Я ведь так не хотела писать сопливо,
О растраченных чувствах слезливо лгать.
Я хотела уйти от тебя красиво,
Не стыдливо все бросить и убежать…
Ты не бойся, мне хватит и сил, и такта,
Не срываться, не плакать-идти вперед.
Этот странный финал, где не ждут антракта.
Твой ненужный, почти идиотский ход…
Ты как маленький мальчик, твой гнев нелепый
Раздражает все больше. Ну помолчи.
Я уже не готова влюбляться слепо.
Нам с тобой не помогут уже врачи.
…Ты не знаешь, как быть и бросаешь трубку,
В мои уши-гудки, отголоски фраз…
" Никогда не пойду тебе на уступки!"-
Моя гордость кричала.
Я тоже-пас.

все фото с родными всегда нерезкие.
самые странные люди всегда великие,
а причины для счастья всегда невеские.
самое честное слышишь на кухне ночью,
ведь если о чувствах - не по телефону,
а если уж плакать, так выть по-волчьи,
чтоб тоскливым эхом на полрайона.
любимые песни - все хриплым голосом,
все стихи любимые - неизвестные.
все наглые люди всегда ничтожества,
а все близкие люди всегда не местные.
все важные встречи всегда случайные.
самые верные подданные - предатели,
весёлые клоуны - все печальные,
а упрямые скептики - все мечтатели.
если дом уютный - не замок точно,
а квартирка старенькая в Одессе.
если с кем связаться - навеки, прочно.
пусть сейчас не так всё, но ты надейся.
да, сейчас иначе, но верь: мы сбудемся,
если уж менять, так всю жизнь по-новому.
то, что самое важное, не забудется,
а гениальные мысли всегда бредовые.
кто ненужных вычеркнул, те свободные,
нужно отпускать, с кем вы слишком разные.
ведь, если настроение не новогоднее,
значит, точно не с теми празднуешь.

..и так хочется носом уткнуться в твои ключицы,
Потому что с тобою так сладко хохочется и молчится,
Потому что с тобою так нежно думается и спорится -
Потому что с тобой невозможно всерьез поссорится,
Зато можно дуть в нос, нашептывать сны - куда-то между плечом и ухом,
Чувствовать, что в горле щекотно и как-то сухо -
Это слова комкаются и, по словам крадется
(Тормошить загривок, целовать куда попадется)
Что-то невероятно нежное, что и сказать стыдно…
Мне так хочется носом в тебя: когда ничего не видно,
Тогда не так страшно, и можно думать, что обойдется -
Выгорит, выстроится, нарисуется и срастется -
А что срастется? Да я понятия не имею,
Просто хочется стоять молча и дышать в шею.

на руках – шрамы, на ногах – туфли.
не сказать маме, что глаза тухнут.
сделать нас громче и воспеть в оде.
я тебя – очень, ты меня – вроде. на глазах сухо, на ушах – серьги.
протяну руку и коснусь сердца.
этот мир мельче, чем он был в детстве.
обхватить плечи, промолчать «где ты?». завизжать «где ты?», заболеть на ночь.
и куда деться, раз легла навзничь.
если есть пропасть, значит, есть кости.
я тебя – роком, ты меня – гостьей. я пришла рано, я ушла поздно.
ты меня ранил, а потом понял.
ты толкал речи и держал свечи.
ты меня – мрачно. я тебя – вечно

«Не горбься. Ходи ровнее»
После этих слов вставляю штатив себе в позвоночник.
Обязательно пишет мне: "доброе утро", "спокойной ночи "
И при минус 8ми вдруг мгновенно теплеет.
Я его обнимаю, и рук не хватает.
Он меня может раза два обхватить, как кобра.
Мы, конечно, не идеальные, но мы оба
Просто вместе.
Он не знает, правда, какие песни
Я пою под душем по уши в пене.
Но он просто-напросто может слушать,
Инсталировать виндоус в моей системе,
Накрывать одеялом, тепло дарить,
Передразнивать Малыша, говорить, как Карлсон.
Он со мною, как с писаной торбой таскался -
Той, что тяжко выбросить и носить.
Если кто-то спросит меня, что такое счастье.
Без раздумий начну о нем говорить.
А еще о том, что он спит, как убитый
И не думает просыпаться.
Но свои открывает глаза,
Если я перестану его касаться.