я верю, нас отпустит

город распят на сером холсте планеты.
мертвые люди режут телами воздух,
носят с собой обиды и сигареты.
ты остаешься солнечным, несерьезным,

смехом искришь не вовремя, без причины,
бегаешь в неположенном и на красный.
среди стандартных "женщины" и "мужчины",
ты настоящий и оттого прекрасный.

где-то звонят охрипшие телефоны,
где-то такси и люди не успевают.
ты же стоишь, ссутулившись, на балконе,
глядя на то, как медленно умирают

толпы людей, снующих по нитям улиц,
среди плакатов, свастик и объявлений.
слово внезапно стало сильнее пули,
мертвые люди напоминают тени,

души, сердца, суставы противно ноют.
город распят, город не верит в чудо.

я не засну под утро, но мне спокойно.
ты же со мной, а значит у нас всё будет.

Коль на ты с февралём, так проси до сердца, по дорогам ходи, что снегами взяты, у тебя глаза - хочется раздеться до души поношенной и измятой.
Сесть на старый диван, закурить, чтоб дымом запаяло воздух, чтоб встало в горле нерождённым словом родное имя - повторять как мантру:
" ты не со мною".
За окном в агонии бьётся город, все дороги не в Рим - к твоему подъезду. Знаешь, проза бывает уже не новой, а стихи всегда словно сотня лезвий.
Я люблю твой запах. И я скучаю. Каждый вечер вспорот и память душит. У тебя глаза - спелое отчаянье.
Проходи обутый.
Можно прямо в душу.

Господи, сделай меня солдатом. Всеподчинённым и подкомандным. Чтобы сказали: «Иди туда-то!», а им не выкрикнешь: «Негуманно!».

Чтоб приказали: «Наталья, лодырь, - бег, отжимания до упаду». Ты же – протестом не режешь глотку, ибо: «Есть ёмкое слово: надо».

Господи, дай мне мое солдатство. Полнобезволие, всеконтрольность. Чтоб показали, куда податься. Чтоб разъяснили, что «К черту – вольность».

Чтобы послушна, как под наркозом. Скажут: «Спи, стоя!», ну, значит, стоя. Скажут: «Сдавай-ка на экспорт кожу!», и не возникнет вопроса: «Стоит?..»

Чтоб каждый день, как устав, - не ново. Чтобы путь топтан, знаком, заказан. Чтобы сказали: «Забудь такого». И забываешь – приказ приказом.

Чтоб все по графикам, цифрам, датам: время чихнуть, рассмеяться, охнуть.
_______________________________
Господи, сделай меня солдатом. Господи, дай мне команду сдохнуть.

Я тебя хочу… Очень… До слез, до мороза по коже,
До искусанных губ, до скулящей от боли тоски…
Но живу как жила, улыбаюсь случайным прохожим,
И мечтаю – несбыточно – просто коснуться руки.
Я хочу тебя так, будто жизни осталось – неделя.
Будто несколько дней – и уже ничего не успеть.
Я с ума не сошла, просто нервы давно на пределе,
Легче вспыхнуть – и в пепел, чем долго, мучительно тлеть.
Я хочу тебя, я по тебе невозможно скучаю,
А тоска изнутри разъедает похлеще любой кислоты.
Каждый вечер свиданья во сне я тебе назначаю,
За пятнадцать минут до рассвета, у пятой звезды…
Приходи, нам обоим, обоим нужна эта встреча!..
Дай мне шанс рассказать тебе то, что нет силы скрывать.
Я хочу тебя очень. От этого время не лечит.
Только я и сама ничего не хочу забывать...

Вот и всё.
Это просто одна из банальных схем.
Так ведь часто бывает, особенно в феврале,
Когда грустно и серо…
Ты мне в свои 27
Вдруг покажешься старше на добрый десяток лет.

И глаза не в глаза, они будто боятся встреч.
И зима расплывается слякотью за окном…
Заунывная музыка,
Греют бокал с вином
Эти руки, что обещ;али меня беречь.

Эти руки, что обещали не отпускать.
Никогда.
Назло всем метелям и февралю…

…Иногда мне казалось, что я тебя так люблю,
Что во мне это будто кувалдой стучит в висках.
И что я могу только дышать, да и то - едва,
Потому что срывало крышу, сбивало с ног…

…А сейчас ты сидишь, свои руки сцепив в замок.
Эти руки, что обещали не отдавать.

" Женя, Вы ведь костёр, и он жжёт меня изнутри,
Не могу я так, Женя".

…В бокалах вина на треть.

" Вы - мой личный Париж, Вас увидеть- и умереть… "
Ну, а что мне теперь?
Ну, живи себе.
Не смотри.

"Вы ведь сильная, Женя, Вы сильная.
Я слабак.
Даже если бы я был надёжен и одинок-
Между нами сто тысяч "да" и сто тысяч "но",
И одно, но такое чёткое - "не судьба".

Потому что мне с Вами не жизнь будет- ближний бой:
Что ни взгляд - наповал,
Что ни слово- удар под дых.
Мне Ваш каждый звонок –лишний повод напиться в дым…»

Да ведь я не держу тебя, милый мой,
Бог с тобой.

Уходи.
Уходи.
Пусть закончится эта блажь.
Этот тягостный вечер-
Красивые фразы сплошь.

…За окном одинокий, унылый февральский дождь
Будет плакать о тех, кого ты ещё предашь.