there are no feelings in outer space

Девочки, будьте осторожны. Вы готовите, стараетесь порадовать семью, показать, что вы способны на что-то. А потом в один прекрасный день мама понимает, что вы уже выросли, и готовите нормально. И вот уже оглянуться не успеете, как вы жарите бесконечные сырники, кабачки, варите супы, фаршируете перец, делаете пироги и тортики, варите кашу. На нас преждевременно одевают кандалы! Бегите выкидывайте все свои книги рецептов, быстрее черт!

and then I remembered that I'm a girl and maybe I'm stupid that I don't trust boys. No, no, I'm not. They are all liars and Finn is just a movie-character not a real-character.

That’s what everyone has been telling me since the beginning. “Oh, you’re gonna be okay, ” and “Oh, everything’s fine, ” and like, it’s not. It makes it worse that no one will just come out and say it like, “Hey man, you’re gonna die.”

На самом деле никто не знает сколько во мне страха. На самом деле я очень боюсь. Я все еще боюсь темноты. Она мой двуличный друг. Она за меня, но она и против. Я боюсь людей. Я действительно их боюсь. Я боюсь засыпать. Я боюсь просыпаться. Боюсь показать характер. Или не показать. Боюсь сказать лишнего. Боюсь промолчать не в то время. Боюсь сделать первый шаг, или второй, или третий, или какой-нибудь. Боюсь одиночества. Люблю его и боюсь. Боюсь, что мой попугай выклюет мне глаза. Я не знаю почему. Мне иногда кажется, что за мной следят. Я боюсь незнакомцев, которые улыбаются мне на улицах. Я боюсь своего отца. Боюсь своего незнания. Боюсь того, что внутри меня. Своих душевных порывов. Физических истощений. Опустошений. Своей многоликости. Может я потеряюсь в ней в конце концов. Боюсь, что обезболивающее перестанет помогать. Я не боюсь только смерти. Не потому что жажду ее, а потому что чувствую в ней спасение, не пугающую неизбежность, а успокаивающую. Совсем скоро я останусь одна на неделю, или чуть меньше, или чуть больше. Я боюсь себя пустыми ночами. Они творят со мной такое необъяснимое. Я не хочу об этом говорить, потому что я не могу это выразить. Но мне безумно страшно. Страшно перейти черту под влиянием ночных объятий.

Я четвертый раз открываю книгу Керуака, читаю те же первые 15 страниц, закрываю. Я боюсь прочитать её. Боюсь, что она быстро закончится. Я беру с полки "Любовь во время чумы", открываю ее, читаю уже 50 страниц, и читаю дальше. Я не могу дочитать книгу Керуака, зная, что у меня в запасе нет еще одной. Когда куплю другую, тогда прочту эту. А когда эти книги закончатся? Никогда. Я растяну их на всю свою жизнь. А потом умру, вместе с последней страницей.

I've lost my faith in the summertime
Cause it don't stop raining
The sky all day is as black as night
But I'm not complaining

Уже второй год я взращиваю в себе чувства агрессивного характера. Я молчу, но внутри меня просто ураган ненависти и злобы, который вырывается наружу. Семена положительных чувств я заставляю сгорать, чтобы они дали плодотворное место для той же ненависти. Иногда, когда я вдруг начинаю чувствовать что-то хорошее, я плачу. Потому что не знаю как с этим справиться.

these changes ain't changing me
the cold-hearted girl I used to be

Быть дома там, где не твой дом. Где нет твоих вещей, твоей фотографии в пеленках, где никто не может вспомнить тебя в 10 лет. Чем реже я бываю дома, тем меньше мне хочется туда возвращаться. Одеть на себя всю одежду, даже которую взяла на смену, чтобы не замерзнуть. Идти и слушать. Слушать и смотреть. Смотреть и понимать. Понимать и раскрывать свой разум. Раскрывать свой разум и растворяться. Растворяться и исчезать.

12 часов работы. 6 часов в полупустой кофейне. Несколько минут, растянутых в часы, разговоров, откровений, истин. -"Зачем ты спрашиваешь? Ты правда хочешь знать?". -"Ну если я спрашиваю, значит мне правда интересно." Я так много рассказала за такой короткий срок. Высказала столько всего, боже мой, незнакомому человеку. У него такое доброе лицо. "Я тут случайно подслушал твой телефонный разговор, почему ты здесь чувствуешь себя не в своей тарелке?". У него есть девушка, нет, он мне об этом не говорил, потому что мне это неинтересно. Просто так странно. И самое странное, что мне не хочется сделать вид, будто я этого всего не говорила. Нет стыда. Нет того привычного чувства "боже мой, я случайно вылезла из раковины и разболтала свои секреты". Правда теперь я начинаю бояться. Бояться того, что существуют добрые люди. Так не должно быть. Это ложь. Так не бывает.