Жизнь в паре миниатюр

Сейчас всего около трех тысяч ветеранов в Новосибирске. Скоро очевидцев Великой Отечественной Войны и вовсе не останется. Люди начнут забывать о том, через что прошли наши предки так же, как и сейчас мы не особо воспринимаем изгнание поляков из Москвы 1612, или победу над французами в 1812. Да, люди в курсе, что были подобные времена, однако прочувствовать столь далекие, казалось бы, события, большинство уже не в силах. То ли дело Вторая Мировая, когда ты можешь лично услышать об ее продвижении. Год за годом люди празднуют День Победы, год за годом мы чтим минутой молчания павших, поздравляем ветеранов, скупаем астры и идем на безымянную могилу солдата.
Я солидарна с Толстым: война - это противоествественно. Во мне ключом бьет пацифизм. Понимаю, что люди заведомо жестоки и агрессивны, но чтобы идти, как фашисты, с целью убийства, завоевания, порабощения и садизма?.. Перебор. Наверное, навсегда запомню слова, сказанные одним ветераном: "По-началу было очень трудно. Я просто не мог стрелять в живого человека, в такого же, как и я сам. Но потом, когда я увидел то, как моих товарищей убивали в лагерях, как оторванные головы соотечественников валяются на земле, во мне заиграл яростный дух чести".
Советские войска выиграли. И я хочу сказать любому ветерану: "Спасибо. За свободу".
Они спасли нас от фашизма. Но упаси Боже от того, чтобы подобная необходимость появилась снова.

It's the moment of truth and the moment to lie
The moment to live and the moment to die
The moment to fight.
To the right, to the left
We will fight to the death
To the Edge of the Earth…

С первого же утреннего момента ее захлестнуло чувство восхищения: как же сильно эта конная база отличалась от ее! Находящаяся загородом, она не была стеснена окружающими застройками и могла развернуться в полную свою мощь и широту. Свежий воздух переполнял легкие, а гуляющие повсюду лошади вселяли чувство неописуемого восторга. Все утро внимание девушки было сосредоточено на обходе территорий и знакомство с тамошними конями, которые гуляли будто бы по полю без ограждений - столь открытыми были эти левады. Сама суть этого дня в полной мере не доходила до рассеянного мозга девушки - она знала, что пришла на соревнования для инвалидов и что сейчас многие люди будут проезжать сложные для них маршруты, которые обычным конникам не составили бы труда; однако все ее воодушевление было направлено на изучение новой, удивительной и сказочной местности.
Вот прошли заезды, спустя 6 часов после пребытия на конную базу, откатали инвалиды и из ее собственной конюшни, с которыми девушка была знакома лично.
Наступило время вручения призов.
Девушке, как и всем находящимся на вручении, дали воздушный гелеевый шарик, который она зажала поудобнее между пальцами, чтобы апплодировать выходящим за наградами. Ее наполняло печалью и в то же время слезами умиления, когда ее глаза следили за подкашивающимися шагами тех, кто спешил за своми медалями.
Имя этой девочки назвали вместе со словами "лучше всех проехавшей маршрут". Девушка обернулась в поисках обладательницы того имени и остановилась на одной девчушке, которая как раз собиралась взять свой приз.
Девочка сидела на стуле, покрытым красным пледом. По бокам стояли две трости с четырьмя ножками. Девочка была одета как самый обычный профессиональный конный спортсмен - черный пиджак, белые бриджи, ботинки и краги. Она взяла руками трости и, прилагая несоизмеримые ни с чем усилия, стала подниматься со стула.
Когда здоровая девушка увидела глаза той самой девочки, внутри нее что-то оборвалось и по лицу скатились слезы.
На лице у девочки сияло безудержная радость и восторг. Хотя ей было безумно трудно идти - она шла. Шла к своей цели, к своей мечте, которую все-таки достигла.
Такие люди достойны глубочайшего уважения. Они - пример для подражания, они своей жизнью доказывают то, что любые препядствия можно приодолеть на пути к своему счастью и что любые невзгоды - это мирское, земное.
Потому что по лицу этой девочки было видно, что, в отличии от множества здоровых людей, которые могут ходить, она умеет летать.

За последнее время некоторые мои жизненные позиции и убеждения несколько поменялись. Фаталистическая идея сильнее утвердилась в моей голове и даже немного сменила свою направленность.
Раньше я считала, что судьба всегда предоставляет выбор. Две дороги, по которым ты можешь пойти, и каждое твое решение представляет собой новую развилку. Таким образом, в конечном итоге ты приходишь к одной из тысячи веточек огромного двухпалого дерева, где в конечной почке наступает смерть. И то, на какой веточке она окажется, зависит от милиардов твоих собственных решений и желаний. Каждый выбирает свою судьбу.
Сейчас же я стала более однолинейной, если так можно выразиться. Теперь я действительно верю в судьбу, как нечто, что вершит и задумывает нашу жизнь. Однако это не значит, что будет так, как решило это "нечто" и никак иначе. Нет. Человек может захотеть изменить свою жизнь или одну из ее составляющих. Он может пойти по иному пути, не по тому, что уготовила для него судьба. Но это "нечто" будет постоянно ставить препятствия у тебя на пути, будет всячески стараться выкатить тебя на заранее данную дорогу. И дальше дело уже только за тобой.
А достаточно ли ты силен, чтобы проходить полевые испытания с такими высокими барьерами?
Сдашься?

Знаете то неприятное ощущение, когда близкий человек без предупреждения вычеркивает тебя из своей жизни? Сначала никакой боли - лишь ступор и немного раздражения. Вычеркнули меня, да? Прекрасно. Вот и катитесь на все самые приятные стороны в самых увлекательных и болезненых позах Камасутры. Хочется не то, чтобы рассмеяться прямо в лицо, но хотя бы фыркнуть как минимум. Хлопнуть дверью и уйти, как будто тебя совсем не задело осколками разбитого витража.
И лишь позже приходит боль. Эта боль почти физическая, из-за нее хочется швыряться телефонами в стенку, ломать и крушить все вокруг, лишь бы хоть как-то освободиться от нее. А этот любимый, навязчивый вопрос: "Почему?" Ах, излюбленное самобичевание!.. И после часами прокручиваешь все последние события, пытаясь осознать, а где же именно ты сделал промашку. Лихорадочно мысли сменяют одна другую, и становится уже невыносимо терпеть подобное ощущение. Что произошло, черт возьми?
За последнее время меня так выкинули на свалку, как ненужную куклу, с которой уже вдоволь наигрались, уже двое человек. Первым был любимый парень, из-за разрыва с которым я потеряла сразу же и лучшего друга в одном лице. А теперь еще и лучшая подруга, которая почему-то считает, что не нужна мне. Дура. Что я буду делать без своего "недруга"?.. Пристрелите меня, пожалуйста. Можно без лицензии, главное, в сердце не попадите. Оно уже итак достаточно настрадалось.

Сегодня был субботник на конюшне: вооружившись граблями и пакетами, мы пошли на уборку нашей поляны, которую за зиму изрядно помяли и потоптали. Приводя все это в божеский вид, приходилось изрядно попахать и разделиться на две группы: одна отправилась на собирание мусора, а другая на очищения земли от своев высохшей травы и листьев, едва потревожив которые, получаешь огромный букет пыли в лицо. Я была во второй, и методично работала инструментом, прочесывая поверхность под ногами. Тренер тем временем потихоньку начала поджигать уже собранные кучи.
Неожиданно столб белоснежного дыма удапил мне в лицо, и я, закашляв, засмеялась на слова одного из мальчишек о том, что это облака.
- Уйди из под дыма, вся же пропахнешь! - услышала я голос тренера с тот момент.
- А я люблю запах костра, - с улыбкой ответила я, возвращаясь к работе.
Костры и их запах всегда ассоциировался у меня с папой. Помню, мы раньше всегда выезжали сразу несколькими семьями по выходным в Боровое, останавливались прямо в лесу возле водохранилища и разжигали костры. Мой отец всегда готовил шашлыки - в этом деле ему просто не было равных - а я сидела рядышком, ковыряясь в пламени и делая факелы, выписывая горящими палками разные слова в воздухе. Помню, мама запрещала так делать, а папа лишь с улыбкой просил меня быть осторожнее. Он учил меня разбираться в шишках и порядке правильного розжига костров. Помню, что всегда сидела рядом с отцом, даже если мы не разговаривали, а просто смотрели на пламя и следили за готовностью мяса. И так могли проходить часы. Другие дети убегали купаться или неслись в лес за шишками и белочками. А я сидела с отцом.
Вернувшись к работе, я поняла, что две кучки листьев надо бы соединить вместе, да вот только они находились слишком далеко. Оперевшись на грабли я по привычке напела знакомые с детства пять нот.
Папа всегда так делал, когда над чем-то размышлял. Это будто давало ему посыл к действию, к мозговой активности.
И я стащила у него эту привычку.
Папочка, я скучаю.

Жизнь - это собрание пар, сотен, тысяч маленьких миниатюр. Жизнь - это пазлы, каждый из которых составляет свою маленькую, запоминающуюся сценку, но лишь в целом окинув взглядом можно понять, что все они образуют некоторое единое полотно пуантилистов. Пятнышки могут быть совершенно разных размеров и оттенков, какие-то холоднее и грустнее, какие-то насыщеннее и радужнее. Очень часто вспоминаная прошедшее мы не оборачиваемся назад, воспроизводя на киноленте памяти каждую минуту одну за другой, а скорее пропускаем эти мостики между одним ярким событием и другим, так же и не создаем оттеночных переходов на холсте. Важнее всего, чтобы эти самые точечные мазки не стирались, чтобы год за годом оставались столь важные и дорогие сердцу воспоминания, ведь если какое-то место картины пожелтеет, общее впечатление испортится, а реставрации воспоминания плохо поддаются.
Храните каждый мазок, каждое движение кисти, и желательно не только у себя в голове. Ведь память - штука невечная.

Кажется, это уже второе письмо тебе, которое ты никогда не увидишь.
Чувствую, что твое влияние на меня за все жизни не потеряет своей мощности – уж слишком сильно твое присутствие запало мне в сердце. Я сделаю все для тебя. Стану кем угодно, буду так близко и так далеко, как только захочешь. И если вздумаешь вернуться – я приму тебя, даже если обстоятельства не будут того позволять. Я не могу без тебя, но will try my best. Ради тебя.
Наверное, я никогда больше не встречу подобного человека. Ты такой один, а даже если и не один – любимые черты в любом другом уже архитепически будут ассоциироваться у меня с тобой всеми имеющимися фибрами души. Ты – нечто особенное.
Ты знаешь, раньше я чувствовала злость внутри себя, которая не выплескивалась. Ненависть. Сегодня ты сказал мне в лицо, что любишь меня только как друга. И сейчас я не могу почувствовать той безудержной ярости, того двоякого чувства, что питала раньше. Куда ушел весь негатив в то время, когда он наоборот должен ощущаться сильнее всего? Кто убил все рвение разорвать твое тело в клочья, тогда, когда оно бы как раз пригодилось?
Сейчас я чувствую только нежную, тихую любовь и благодарность. Вернулось то солнечное, трогательное ощущение, что переполняло меня год назад, когда мы были друзьями.
Быть может, все эти испытания, что были посланы на наши головы, сделаны для того, чтобы мы поняли – самой судьбой уготовано нам испытывать только дружескую привязанность и трепет друг к дружке. Может, так все-таки правильнее? Быть может, мы должны были пройти эту любовь, эту неприязнь друг к другу до тошноты и игнор? Сначала ты любил меня, я не отвечала взаимностью, потом наоборот. Пути Господни не исповедимы, да. Но раньше я никак не могла взять в толк - зачем нас так мучить?
Теперь я это понимаю.
Я люблю тебя, мой лучший друг. Мое личное, маленькое Солнышко.

Они лежали на диванчике, разговаривая о том, о сем после просмотра фильма. Он обнимал ее, и, хотя это должно было показаться странным, потому что они уже давно расстались, она принимала его объятия и рассказывала ему истории из жизни. Наконец обычные темы исчерпались, и воцарилось молчание, которое нарушилось вопросом малодого человека о возлюбленном девушки. Она поведала ему свои мысли, вплоть до двоякого отношения к любимому и до его сообщений в контакте о том, что разлюбил. Что наиболее странно, молодой человек стал копаться в проблеме, пытался вслух выяснить мотивы. А девушка лишь пожимала плечами и говорила: "Не знаю". Она ведь действительно ничего толком не знала, потому что ее возлюбленный постоянно убегал от разговора, который вывел бы на чистую воду. Неожиданно молодой человек наклонился над ее лежащим телом, и принялся целовать в шею. Она сначала ничего не предпринимала, но потом, будто бы опомнившись, стала отпихивать его от себя. Конечно, это было далеко не просто, потому что он гораздо сильнее юной девушки, которую он с таким рвением прижимал к себе, будто бы опасаясь отпустить. Постепенно она сдалась и позволила ему себя целовать, не особо утруждаясь отвечать. С ее губ сорвался вполне закономерный вопрос:
- И почему я не умею дружить с парнями?..
- Потому что они все в тебя влюбляются, - почти не отвлекаясь от ее кожи, пояснил молодой человек.
Через некоторое время девушка предприняла еще одну словесную попытку его остановить:
- Послушай… У меня сейчас нет время на парня и все такое…
- Ничего страшного, я понимаю, - пробормотал парень и принялся дальше жадно покрывать ее кожу поцелуями.
- Плюс… Неправильно… Все это неправильно… - бормотала девушка, будто бы сквозь сон, в который с каждый новым прикосновением погружал молодой человек.
- Почему?..
Девушка сглотнула, приготовившись к тем словам, которые уже окончательно должны были остановить человека, в чьей власти она оказалась:
- Потому что я… Я люблю его.
- А я люблю тебя, - прямо сказал парень, дразня языком ее ключицу.
В тот момент она даже и не поняла, что он впервые признался ей в любви. Она лишь продолжила гнуть свое:
- Ты же понимаешь… - он оторвался от ее тела и завис над ее лицом, глядя в глаза, которые в темноте казались не шоколадными, а черными. Девушка продолжила фразу, - я не могу без него…
Молодой человек закивал, взирая на девушку своими лучистыми глазами, в которых отражались огни спящих домов.
- И ты, что, смиришься с тем, что я буду возвращаться к нему? - совершено обескураженная спросила девушка, уже точно уверенная, что уж это-то его оттолкнет.
Однако он лишь вновь закивал.
- Почему? - совсем обезоруженная, спросила она.
- Потому что не хочу тебя терять.

Я до сих пор пытаюсь осознать, почему моя жизнь устроена так, что я постоянно кого-то теряю. Едва я кого-то полюблю (а любить я умею только полностью погружаясь в объект с головой), едва я чуть наслажусь тем бесконечным счастием, которое приносит любовь, как вдруг у меня судьба отнимает его. Причем отнимает не резко, вырывая сердце с корнем, а тянет тисками, медленно и мучительно, давая мне осознать происходящее и не позволяя что-либо сделать с этим. Причем все это проявляется по-разному. В детстве у меня отняли самую близкую подругу - Настю - родители увезли ее в Петербург. Это сейчас есть интернет, скайп и т.д, но тогда это было сродни смерти. Никакой связи… Парень, которого я люблю, больше ко мне ничего не чувствует - и теперь мы будто бы чужие. А сегодня и вовсе узнала, что мою любимую лошадку скорее всего продадут, причем в другой город. Я не знаю, что буду без нее делать. Она была моей отрадой в горестях и печалях. Единственной ежедневной радостью. И теперь я лишусь этого счастья.
Я всегда с покорностью принимала эти потери. Такова вся моя жизнь. Меня только волнует вопрос: за что ? Где я могла так провиниться, что судьба постоянно меня наказывает? Что я такого сделала? Неужели, я настолько плохой человек?

Тренер приказала лечь на круп спиной и опустить руки по бокам. Девушка вздохнула и откинулась назад, как на иппотерапии, которую она столь часто наблюдала. Сначала она чувствовала лишь мягкие ритмичные и грациозные движения ног коня, из-за которых ее слегка покачивало, и улыбалась от ощущений. Но потом она по-настоящему взглянула вверх и увидела то самое Небо Андрея Болконского. «И вдруг ничего нет, кроме неба – высокого неба с ползущими по нем серыми облаками – ничего, кроме высокого неба» * .
Раньше, девушка смотрела на небо только из окон автобусов и машин, или просто приподняв голову во время прогулки, не особо зацикливаясь на том, чтобы наконец широко раскрыть глаза и рассмотреть его красоту. Она наслаждалась созерцанием закатов, находясь в вертикальном положении, безболезненно смотрела на лучистое солнце и пыталась запомнить все великолепие кучевых и воздушность перьистых облаков. Но она никогда не пробовала сменить привычную вертикаль на нечто новое и более правильное с точки зрения угла обзора. Теперь перед ее глазами раскинулось то, что простые люди называют "небом", а романтики "небесами". «Как же я не видел прежде этого высокого неба? Всё пустое, всё обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме его, но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И славу Богу!» *.
Выйди в поле и ляг на спину, наблюдая переливы и потоки облаков. Все проблемы кажутся пустыми и никчемными по сравнению с бескрайностью этих небес, хотя едва ли станешь задумываться (да даже вряд ли вспомнишь) о насущном, когда перед тобой раскрывается этот бесконечный и тихий мир. В голове пустеет и заполняется расслаблением и признанием всего ничтожным рядом с этой бескрайностью. Нет ничего невозможного, нет ничего губительного, нет смертельных проблем. Люди приходят и уходят из нашей жизни, они непостоянны, в отличии от этого неба. Проблемы рассосуться, так же как и облака. И если захочет, человек может достать до звезд. Так что « Only sky is a limit » **.

*Л.Н.Толстой "Война и мир "
**к/ф Кит

Сегодня я в первый раз приняла участие в парной вольтижировке. Вообще, я раньше вообще не признавала ее в качестве одного из вариантов тренировок - мне бы только конкур и троеборье подавай - до тех самых пор, пока не попробовала сделать обязательную программу на рыси. Тогда я прониклась и этим аспектом конного спорта, когда буквально летаешь не вместе с лошадью, а еще и над ней, и держат только руки, ноги или вовсе ничего, в момент прыжка на спине. Это единение с лошадью, нужно чувствовать ее аллюр и настроение, следить за собственными ритмами, которые сливаются воедино с ее.
Однако сегодняшняя вольтижировка была особо примечательна тем, что позади меня на вальтрап пристроился еще кое-кто. Всю жизнь мечтала поездить верхом вдвоем. Магическое ощущение полета, которое с тобой разделяет еще один счастливчик, обнимающий за талию, и испытывающий ту же радость и наслаждение.

Боль можно классфицировать по-разному. Она делится на мнимую и действительную, физическую и психологическую, сильную и слабую, ноющую и крикливую, желанную и отвратительную, поэтическую и бытовую. Она повсюду, получить свою порцию на раздаче совсем не трудно. Руку протяни… Горячая плита, острый нож, углы мебели, когти любимого питомца, люди, слова. Боль - это способность чувствовать собственную жизнь. Без боли нет и жизни.
Рефлексия поставила меня перед фактом, что я совсем не умею сострадать, когда кому-то больно. Ступорно, учитывая то, что я всегда думала, что как раз сочувствия во мне в достатке. Но позже поняла, что не умею сопереживать боли физической. У меня лишь вызывает раздражение, когда кто-то жалуется на его ноющую ладонь или на то, что я слишком сильно зацепила чьи-то волосы руками. Больно? Да ладно!..
Возможно, покажусь черствой. Просто я действительно не понимаю, почему нельзя сцепить зубы и терпеть? Я за всю жизнь терпела много боли. Когда падала с лошадей прямо на спину, когда любимый кот разорвал мне губу надвое, когда гвоздем разодрала плечо сантиметров на три-четыре, не говоря уже о всех других падениях, ушибах, синяках и ранах - не кричала, а терпела, вынося всю эту боль молча. Да, в последнее время я могу пожаловаться иногда на болящую спину или голову, только из чувства некого эгоизма - иногда хочется побыть слабой.
Хотя, следует упомянуть, что на самом деле у меня какая-то пониженная чувствительность к боли. Возможно, я просто притерпелась к ней…
А еще, что самое забавное, у меня иммунитет к обезболивающим. Да-да. Я даже сквозь несколько инъекций чувствую ту самую агонию, что разрывает мое тело как в физическом, так и ментально-осязательном плане. Но с моих губ крик так и не срывается.
Что невозможно сказать о несколько иной боли из этой же классификации.

Мы с подругами часто производили разные магические обряды, когда были маленькими. Мы называли их общим выражением "Обряды Дружбы", хотя все они имели абсолютно разношерстный и произвольный порядок и особую для каждого из них специфику. То мы делали домики для нас на том свете из снега и льда (помню, там даже было 3 этажа, лоджия и бассейн с трамплином), то вырывали траву из земли, переплетая ее вместе с собственными волосами (да-да, я даже помню, как подруги визжали, когда я вырвала у них прядки), то выкапывали ямку в земле и складывали туда какие-нибудь свои мелкие вещички, закапывая это высохшими желтыми листьями. Всех и не припомнить, всех не перечесть. Мы делали их каждый раз, когда наши отношения рушились: мы совершали эти обряды и искренне верили в то, что теперь все наши разногласия и ссоры таяли как воздух, и причина всех обид - то, что мы не успевали вовремя обновить нашу дружбу. Забавный факт в том, что именно я была инициатором всех этих действ.
Чудачка.
Теперь мы все выросли, и ничего подобного не делали давно. Однако недавно я заметила довольно казусный факт. Одна моя очень близкая и любимая подруга (она не является одной из тех, с которыми мы производили эти Обряды Дружбы) очень любит плести фенечки и часто дарит их мне. Странность в том, что когда наша дружба начинает трещать по швам, какая-то из ее фенечек у меня на запястье тоже начинает разрываться. Но едва подруга дарит мне новую - дружба будто бы получает второе дыхание, новую жизнь, еще более прекрасную, чем раньше.
И так раз за разом.

Горько-смешно находиться рядом с тобой. Держать за руку, как ни в чем ни бывало и улыбаться в ответ на твою улыбку. Ты улыбаешься мне? Неужели не сон? А может и сон… Утренний. Может, я задремала, ехав в метро, и мне привиделся твой образ. Хотя с чего бы я ехала в метро, если не с тобой? Я выбираю поезда только тогда, когда их выбираешь ты, мне уютней ездить на автобусах. Такое ощущение, будто мы перенеслись в иной мир, в котором нет никакого прошедшего хронотопа, и, посему не взирая на все произошедшее, я обнимаю тебя - а ты вдруг обнимаешь в ответ. Ты обнял меня? Неужели взаправду? Это маленькое счастье, положить голову на твое плечо и слушать каждый собственную музыку, находиться вроде бы порознь, а вроде и вместе, неразлучно. Без слов, без мыслей. Спокойствие, будто я уже умерла, и освободилась от бренного тела и бренной жизни. Меня похоронили, а мне уже ничто не важно, я даже не чувствую твоего плеча на самом деле. Просто знаю, что ты рядом. Ты не отталкиваешь меня? Неужели это реальность? Ты действительно не говоришь ничего в отпор, не уходишь по привычке, а позволяешь брать за руку, сжимая пальцы. Никакого протеста, что так мазохистски-знаком мне, будто бы ради которого я постоянно разворачиваюсь на 180 градусов после каждого отворота. Ты смотришь на мои пальцы, которые бессознательно играют на воображаемом джинсовом пианино и не отводишь взгляд, думая, что я не замечаю. Ты наблюдаешь за мной? Неужели правда? Ты делаешь вид, что тебе безразлично, и порой я действительно в это верю. Актеришка. Ты не смотришь в глаза, будто бы меня здесь нет, но когда я что-то тебе говорю, ты наклоняешься ко мне так, что я кожей чувствую твою щеку, которая с такой нежностью прикасается ко моей.
Спустя день, уже вечером, даже не верится, что это было в это же утро. Может все-таки сон?
Ты был рядом со мной? Неужели?..

Как я преодолеваю свои проблемы?
Я просто иду с обреченностью выполнять все свои привычные действия и, в конечном итоге, рано или поздно, приезжаю на конюшню, и, наконец, нахожу ответ на тот вопрос, который ставил меня в тупик. Едва я пересекаюсь глазами с любимыми продолговатыми зрачками с карей радужкой, как все проблемы отходят на второй план и кажутся совершенно ничтожными и пустыми, как выпитая баночка из-под кока-колы. Прикасаясь к любимым скулам и смеясь, отдергивая руку, когда эта серая лошадь начинает игриво кусаться, я чувствую, что вот оно - счастье, спокойствие и умиротворение. Эдем на земле…
Кэрри. Теперь я понимаю, отчего пишу в ее сокращенном имени две "р", тогда как в полном "Кармен" она всего одна. По законам жанра, мне следует писать ее как "Carrie". Однако теперь я на сто процентов уверена, что она именно "Carry", потому что она помогает мне carry off & carry through [выполнить (трудное дело) & поддерживать в трудную минуту].
Всегда есть некто или нечто, что может тебе помочь. У всех это нечто проявляется в совершенно разных лицах, предметах, местах, действиях или чувствах. Порой мы не видим этого, отчего опускаем руки. Но позже понимаем, что эту руку держат. Крепко-накрепко, у самого запястья.
И не дают свалиться вниз.