Нашла письмо в ежедневники за прошлый год. Прочитала, вздрогнула, оделась ушла курить, воздух как-то отревзляет. Когда нам запретили общаться, я писала ему письма, писала о чувствах, переживаниях, слова поддержки и говорила что люблю. Я не врала.
Растование с ним и его остуствие да и вся ситуация в который мы стали заложниками выбивало из колеи, я до победного надеялась на другой исход. Внутри была надежда, что мы пройдя через это и будем больше ценить друг друга, наивно не так ли?
Я всегда говорю, то что чувствую, думаю, за это он часто говорил, что я живу в розовых очках и немного истерична.
Но речь сейчас не об этом, за все время наших отношений я не разу ему не соврала (по себе людей не судят), я не изменяла (обожаю секретуток), я не позволяла себе неуважительно относится к нему (кофе с внеочередными девочками или "родственные армянские" связи), я не оскорбляла никогда твою семью (у сестры достаточно острый язык) молчание золото, я не уходила никогда сама (чаще всего собирание вещей и ссылка к ба была вынужденной мерой), я не говорила, того, что не могла бы сделать (предложение, которое сорвалось в феврале из-за меня же было грамотной многоходовочкой), я не играла твоими чувствами (я и без того знаю что с матерью у нас есть общие черты, эй мы родственники так то), я не позволяла себе опускаться до такого рода оскорблений (это было низко даже для тебя), я не манипулировала тобой (это всегда было умелое оружие в твоих руках), меня не прикрывали мои друзья (закрытая дверь, ужин с другом и так до…..) мне просто нечего было скрывать. Чувство после всего прочитанного как будто в дерьме искупалась, ой я же девочка. Но подругому я просто не опишу, то что я испытала в тот момент. Я не стала оправдываться (кстати и не сказала ничего не потому что сказать нечего было) просто понимала, что ты сказал все потому что хотел сделать больно, и у тебя это получилось. Знаешь почему? Потому что кроме тбея больше нет людей которые бы знали мои слабое места, потому что ты один из немногих людейй, чье мнение явсегда ставила на первое место, и ты знал что я услышу тебя, что все сказанное будет еще долго хранится в моей голове. Но знал ли ты, что после всего сказанно, я не смогу тебя простить? Понимал ли, что после всех слов назад пути уже не будет? приходило ли тебе в голову, что все что было между нами можно так легко разрушить? На следующий день, ты попросил тебе больше не писат и извинился, за неделю до этого ты со мной расстался, за несколько месяцев до этого ты сказал, что между нами ничего не будет, еще отматать пару месяцев и мы вспомним еще одно растование, а помнишь последню встречу где ты сказал, что не придешь ко мне, и что ничего не обещал и ничего не должен, а ноябрь? Ты помнишь как я приезжала к тебе, мы спали вместе и потом ты опять говорил, что вот-вот настанет день и мы разойдемся? Ты все это помнишь? Ты помнишь что после 4 апреля я с твердым намереньем убеждала тебя изо дня в день что я буду с тобой, что я не уйду и шла до кона, ругалась, истерила, плакала, просила, обижалась, ты же знаешь почему это все было? Ты же знаешь, что все это время ты осознанно ставил меня на место и просил понять, что скоро все закончится, что не будет этого мы, что неково будет ждать… Хоть раз один единственный раз поставь себя на мое место и услыш, то что я пытаюсь сказать. Что с твоим уходом мой мир рухнул, и кадый раз я цыплялась за любую надежду что мы будем вместе. И каждый раз свет выключали и оставляли меня в темноте. Разве я заслжила всех тех слов, разве я действительно все то что ты описал? Разве ты любил? Нт, это была любовь к кому угодно но только не ко мне. Человек, который так яро отстаивает свою позицию честного, справедливого и любишего человека никогда слышишь, никогда не доведет до состояния в котором я сейчас прибываю, и возможно тебе в тысячу раз хуже сейчас чем мне, но разница между нами есть, ты сам сделал такой выбор и ты самостоятельно выбрал такой путь а я оказалась заложниокм этой ситуацию потому что любила тебя и доверяла тебя. Я ниразу за все это врмя не отказалась от тебя, я боролась, защищала, отстаивала, не нас, скорее тебя и право быть с тобой.
Неужели ты сомневаешься? Да, после случившегося месяц назад я бы тоже засомневалась на твоём месте. Но мы столько всего пережили, включая это, разве нет? Пускай мы не так близко, как хотелось бы, но за наши спины плавно уходит четвёртый год эмоций, переживаний и свершений.
Я люблю тебя, люблю, люблю так, как умею. А умею я плохо. Да, поэтому-то ты и сомневаешься — потому что я почти никак не умею. Я не владею искусством слова, и язык чувств мне так же чужд, как палящее тепло солнца далёкому Северу.
Я тянулась к тебе на протяжении этого времени. И не случалось в моей жизни ещё такого человека, который бы смог истребить всю мою сущность, сжечь дотла, изничтожить, а затем из пепла, из оставшейся ничтожной горстки, сотворить бескорыстно моё новое Я. Другой на моём месте возненавидел бы тебя и проклял трижды, но вот только не я. Нет, вернее, не Я-нынешняя, та, которая понимает и здраво осознаёт цену за сотворённое. Я буду вечно благодарна тебе за это, ибо мне известно, что второго такого человека судьба не предоставит. И не надо мне.
Долгое время я не могла понять, что со мной происходит и почему что-то внутри заставляет возвращаться к тебе снова и снова. Это можно сравнить с отчаянным рвением раненой птицы взмыть в небо и встретить очередной огненно-красный рассвет. Мне так же казалось это невозможным. Я верила в то, что ты не подпустишь меня и выставишь за порог своего круга навсегда даже не дождавшись объяснений. Знала ли я, что эта сверхъестественная тяга к тебе и есть любовь?
О, разумеется, нет. И лишь спустя три года я начала понимать, что к чему. Повзрослела ли, поумнела — может, так, а может и попросту что-то внутри завопило истошным криком, твердя: «любишь, любишь, любишь»! И я не внушала это себе. Я прочувствовала. Поначалу слабо и неуверенно, а затем, с каждой неделей, перетекающей в месяцы, я до конца убедилась в этом. В том, что я люблю тебя и только тебя. Может, по-детски, наивно, чисто и светло, но зато только тебя.
Я жалею о тех словах, сказанных не тебе; знал бы ты, как жалею. И я знаю, что ты возненавидел меня в те минуты. Я понимаю свою ошибку. Я понимаю, откуда сомнения. Я до сих пор, говоря честно, мечтаю провалиться под землю и забыть, да только вот покой я вряд ли когда-нибудь обрету. Только если однажды сомнения пожрут твою сущность и ты оставишь меня, как когда-то я оставляла тебя.
Они все смотрят на меня с восторженным испугом, как на ненормальную. «Полюбить её! Сумасшедшая! Иди проспись и передумаешь!»
Но разве это их дело?
Вне всяких сомнений, нет. И пусть захлебнутся кровью от своих же воплей. Пусть выбирают, кого самим любить. Надеюсь, их любовь не принесёт им горя, как и мне моя не принесла и, я верю, не принесёт никогда.
Мне жаль и я готова миллиарды раз на коленях просить прощения, лишь бы январское не повторилось снова. Я не хочу вспоминать. Я оставила ту часть прошлого, что мешала мне идти дальше. И она забывается, она уходит; она словно отслаивается от основного пласта воспоминаний.
Во мне всегда сомневались. Во мне сомневались всегда и все. Я не оправдала возложенных на меня надежд, и все твердили, что это неправильно, что я для них кто-то позорный, убогий и мерзкий. А мне было всё равно. Я шла дальше, не обращая внимания на это всё, и пламя ненависти разгоралось в моей груди. Однажды, если ты оставишь меня, оно сожжёт созданное во мне тобою и вырвется на свободу. Тогда Я и сгину. Рано или поздно это случится, я знаю, я знаю.
Я знаю.
Я люблю тебя. И ненавижу их всех. Втайне, молча, я презираю каждого, кто смотрит на меня, кто дышит рядом. Каждого, кто чувствует кожей порывы ветра, кто ощущает тепло солнца. Иногда через мои мысли проскальзывает желание, чтобы они все захлебнулись кровью этого мира.
Но несмотря на это, я продолжаю мирно улыбаться каждому, кто идёт на контакт, и так же искренне любить тебя и восхищаться Тобою.
XI. II. MMXIX.
The Chronicles of Narnia | The Pevensies | C. S. Lewis
Взрослый Эдмунд те перь н икогда не шутит, позволяет себе кричать на отражение в зеркалах. В доме (Эда теперь не судят) его грусть по полкам разложена в десяти платяных шкафах.
Питер смотрит все время вдаль и не видит в себе нарнийца. Он кричит, что ему не жаль, но позволяет себе напиться.
Сьюзен плачет, смотря на мех и чувствуя запах хвои. За ней не пришел тот прекрасный принц, обещавший любить ее. Сьюзен рисует (помогает скрыться от жгучей боли), как Каспиан сражается за нее.
Люси стала уж слишком взрослой, но носит короны и пышные платья. Ее тоска по волшебному дому в седьмой раз прорезает ледяные запястья.
Со школьными друзьями нужно уметь прощаться вместе со школой. Институтских товарищей пора забывать через год после окончания. Приятели из интернета должны оставаться в интернете, и не приведи Господь их оттуда выковыривать. Всему своё время, своё место и свой срок годности. Первая любовь — она как первые штаны: поносил, порадовался, вырос и выбросил. Хранить их потом годами на антресолях, тешась надеждой когда-нибудь ещё втиснуть в них свой зад, — наивно и глупо. Жадные до отношений люди всю жизнь копят этот багаж из греющих душу воспоминаний и протухших дружб, реализованных и нереализованных чувств, окружая себя горами эмоционального мусора. Хотя, ведь всё проще простого, тут как с гардеробом — если ты не надевал какую-то шмотку в течении года, вероятность, что наденешь через два-три - мизерна. Выбрасывай смело, — освобождай место новому. Если возникла необходимость сделать "перерыв в общении", "отдохнуть друг от друга", значит всё — кто-то из кого-то вырос, самое время сказать "всё было круто, чувак, спасибо. Удачи тебе", попрощаться и разбежаться. Потерять друга невозможно, а вот потребность в нём — запросто. Это естественный процесс взросления.
очень важный, очень интересный пост (нет).
замещение психолога, пост #231324pi32
чуваки, которые мне пишут знакомиться и общаться разделяют круг моих интересов, круто. заранее скажу, что мне реально насрать сколько они получают, я про работу их узнаю, только когда они начинают меня про мою расспрашивать. все вроде норм, бери и наслаждайся, пробуй, строй отношения. а вот нихуяшечки, никаких отношений с ними строить не хочется абсолютно, по одной ебанутой причине - отсутствие к ним полового влечения. не фригидна, некоторые чуваки вызывают во мне желание и это не Ален Делон из 60-x или Марлон Брандо, это совершенно обыкновенные сибирские чуваки, какой-нибудь чувак в кафешке с книгой, парень сидящий в очереди на анализы крови (не слащавые, просто походу тут биологические инстинкты). Итак, к пишущим чувакам имеется отсутствие влечения внизу живота и огромный опыт самодостаточного существования, еще имеется чужой жизненный опыт с "выебу тебе все мозги". Получается, что попытка завязать с ними отношения вытечет в огромный ком истерик и доебов ко мне без плюшек в виде удовлетворения от секса. Причем в нашей паре Я буду мудилой, у которого 50 непрочитанных сообщений с содержанием "где ты?", "почему не отвечаешь?", "мы уже 5 минут не переписывались! че происходит?" пока я сижу на толчке.
В общем, как советуют психологи писать всякие списки, я написала список своего идеального мужика. Интегрировав все критерии я получила вибратор.
