Le Bien Qui Fait Mal

—Какие причины закончить с ней встречаться?
-Первая: постоянная физическая угроза.
Вторая: реальная возможность разбитого сердца.
Третья: упущенная работа.
Четвертая: ее сумасшествие.
Пятая: желание причинить мне боль.
Шестая: набор эмоционального багажа такой, что Луи Виттон покуривает нервно в углу.
Седьмая: она рушит мою жизнь.
-А причины чтобы встречаться с ней?
-Я люблю ее.

"Дрянная девченка"

Когда душа твоя
устанет быть душой,
Став безразличной
к горести чужой,
И майский лес
с его теплом и сыростью
Уже не поразит
своей неповторимостью.
Когда к тому ж
тебя покинет юмор,
А стыд и гордость
стерпят чью-то ложь, —
То это означает,
что ты умер…
Хотя ты будешь думать,
что живешь.

1964

Когда звезда упала в небесах

Был очарован взглядом

Я кинул взгляд в твои глаза

И захотелось быть мне рядом

Когда звезда упала в небесах

Я вновь поверил во любовь

Тонул в твоих я волосах

И в венах вновь бурлила кровь

Когда звезда упала в небесах

Я в миг задумался о счастье

Оно в секундах, не в часах

Что продержал твое запястье

Когда звезда сгорела ярко

Мне показалось мир сгорел

Но нет, мне было просто жарко

Когда в глаза твои смотрел

Когда звезда в конец угасла

Я потерял тебя, но не любовь

Мои старания напрасны

И не бурлит уже та кровь

Когда звезда упала

Я понял что скучаю зря

Я не терял, ты потеряла

Я загорелся как заря….

Иногда ты должен побежать, чтобы увидеть, кто побежит за тобой.

Иногда ты должен говорить мягче, чтобы увидеть, кто на самом деле прислушивается к тебе.

Иногда ты должен сделать шаг назад, чтобы увидеть, кто ещё стоит на твоей стороне.

Иногда ты должен делать неправильные решения, чтобы посмотреть, кто с тобой, когда всё рушится.

Хочется теплого и верного,
Хочется забыть о напастях,

Хочется простого ежедневного,
Человеческого счастья.

И вдруг поймёшь ты, что надежда,

Пропала к чертям собачьим всем.

И вдруг узнаешь ты, что прежде,

Я был не только лишь твоим.

Тогда ко мне ты развернёшься,

Сломаешь тот бокал, в руках сожмёшь всю тень;

Тогда ты вздохом обойдёшься

иль завизжишь как сломанная дверь.

А я буду смотреть на тебя вечно.

И в жизни этого ты не поймёшь,

Что лишь тебя любил я, Эльза,

И лишь тобой дышал в ту ночь.

Уйдёшь, навечно распрощавшись.

Глупец, бездушная я тварь.

Но буду я стоять, лишь посмеявшись,

Над тем, что я люблю тебя.

мне всегда нравилось смотреть на ночные окна.
за каждым из них свои судьбы, свои истории, свои надежды…
ночью, когда тихо, особенно остро чувствуется желание не быть одному, хочется дарить кому-то уют, тепло и надежду.

There are small miracles
hidden in the mist,
growing things
too fragile
to be nourished
by rain,
living things that pull
life from the gray.

Bears in the forest
forage for winter,
fur slicked and shining
in the dampening day.
They gorge on acorns
among the white oak,
their rooting grunts
muted joy.

I hear mountains
singing
as the bleak season nears.
Your eyes tell me
fall sorrow
is nothing more
than a time
when other things grow.

© Jude Dippold, 2013

"тепло"

на остановке сидят

бабушки и продают цветы,

что не вянут от этой осени.

они даруют тепло вперемешку

с терпким запахом сосен,

и я чувствую,

как оживаешь ты.

цена тепла – рублей сто,

а за улыбку могут

и скинуть примерно двадцать.

я не умею слезы ронять на стол.

прилюдно.

а только могу смеяться.

цену сбавлять не стоит,

бабушка, ну не надо.

теплота – это то дорогое,

что позволяет согреться

холодному взгляду

и самому черствому сердцу.

Я поняла: некоторые люди становятся маленькими, как вещи,
из которых ты вырос давно-давно,
их хочется выбросить резче,
но есть одно “но” -
они привычны своим знакомым прикосновением к коже,
запахом волос после летних дождей,
их хочется выбросить, но и оставить хочется тоже…
Я поняла: так много общего у людей и вещей.

я хотел бы смеяться как смеются дети

плакать как плачут старики

быть легким как в пустыне ветер

и чистим точно исток реки

я хотел бы любить как любит невеста

ненавидеть как врага солдат

хотел бы жить будто везде мое место

и уходить словно нет пути назад

Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини.
Это нужно теперь. Сохрани мою тень, сохрани.
За твоею спиной умолкает в кустах беготня.
Мне пора уходить. Ты останешься после меня.
До свиданья, стена. Я пошел. Пусть приснятся кусты.
Вдоль уснувших больниц. Освещенный луной. Как и ты.
Постараюсь навек сохранить этот вечер в груди.
Не сердись на меня. Нужно что-то иметь позади.

Сохрани мою тень. Эту надпись не нужно стирать.
Все равно я сюда никогда не приду умирать,
Все равно ты меня никогда не попросишь: вернись.
Если кто-то прижмется к тебе, дорогая стена, улыбнись.
Человек — это шар, а душа — это нить, говоришь.
В самом деле глядит на тебя неизвестный малыш.
Отпустить — говоришь — вознестись над зеленой листвой.
Ты глядишь на меня, как я падаю вниз головой.

Разнобой и тоска, темнота и слеза на глазах,
изобилье минут вдалеке на больничных часах.
Проплывает буксир. Пустота у него за кормой.
Золотая луна высоко над кирпичной тюрьмой.
Посвящаю свободе одиночество возле стены.
Завещаю стене стук шагов посреди тишины.
Обращаюсь к стене, в темноте напряженно дыша:
завещаю тебе навсегда обуздать малыша.

Не хочу умирать. Мне не выдержать смерти уму.
Не пугай малыша. Я боюсь погружаться во тьму.
Не хочу уходить, не хочу умирать, я дурак,
не хочу, не хочу погружаться в сознаньи во мрак.
Только жить, только жить, подпирая твой холод плечом.
Ни себе, ни другим, ни любви, никому, ни при чем.
Только жить, только жить и на все наплевать, забывать.
Не хочу умирать. Не могу я себя убивать.

Так окрикни меня. Мастерица кричать и ругать.
Так окрикни меня. Так легко малыша напугать.
Так окрикни меня. Не то сам я сейчас закричу:
Эй, малыш! — и тотчас по пространствам пустым полечу.
Ты права: нужно что-то иметь за спиной.
Хорошо, что теперь остаются во мраке за мной
не безгласный агент с голубиным плащом на плече,
не душа и не плоть — только тень на твоем кирпиче.

Изолятор тоски — или просто движенье вперед.
Надзиратель любви — или просто мой русский народ.
Хорошо, что нашлась та, что может и вас породнить.
Хорошо, что всегда все равно вам, кого вам казнить.
За тобою тюрьма. А за мною — лишь тень на тебе.
Хорошо, что ползет ярко-желтый рассвет по трубе.
Хорошо, что кончается ночь. Приближается день.
Сохрани мою тень.

Иосиф Бродский

Через движение можно выплеснуть накопившееся напряжение, внутренне очиститься и набраться свежей энергии, ощутить раскрывающуюся внутри, как цветок, нежность и любовь.

Я долго думал, что сказать вам на прощание.
Ведь тяжело сказать "прощай", когда так нужен.
И в самый важный момент, момент отчаянья.
Ты говоришь "пока", а не "останься, ну же"…