Думать модно

Больше всего на свете меня тяготит ожидание. Особенно, когда понятия не имеешь, что твориться в голове у человека. Возможно, он уже вычеркнул тебя из своей жизни: просто, без объяснений, а, возможно, готовит сюрприз к какой-то важной дате, о которой ты забыл. Вот так сидишь, и накручиваешь, и ждешь звонка. Я люблю простоту и ясность в отношениях. Жизнь и так не проста, так зачем все усложнять, тем более в отношениях между близкими, дорогими, не чужими людьми? Все может быть намного проще, чем кажется: ты либо люби, заботься, интересуйся; ты всегда с человеком, всегда за него, либо покинь его жизнь. И желательно без возвратов.

Ненавижу неясность и недосказанность, ненавижу ожидание.

● ОБОРАЧИВАТЬСЯ:

Плюсы:

+ Видно, что происходит сзади.

Минусы:

— Не видно, что впереди.

— ты совершеннолетняя??
- нет, я совершеннозимняя

говорят,
срок годности
есть у любой love-story.
почему без тебя -
я самое мертвое море?
почему
у меня на всех
интернет-паролях
твои буквы
даты
цифры
и имена.
видит бог, я устала стирать
твои отпечтаки пальцев
ты впечатан
и вклеен так крепко -
не оторвать(ся)
не отбиться, не выжечь, не вытравить
этот карцер;
эти векторы
линии
лилии
письмена.
сколько можно любить по памяти
без подпитки.
выжимает до цедры
пропитывает до нитки
запираю все окна. двери. дворы. калитки.. -
проникаешь неслышано
сквозь веки и провода.
я тону в виски/кола
я плачу холодным чаем
аппарат абонента упрямо не отвечает
мое сердце не дышит -
его от тебя отключают
и оно остается недвижимым
навсегда.
хэппи-энды не в моде
давай поиграем в драму.
за тебя я умру без оглядки
на панораму.
отобьешь мне последнюю телеграмму:

"ты нужна мне
но я не вернусь
тчк
прости"

у моих паспортов и виз на тебя
истекают сроки
мы с тобой безнадежно больны
и бессовестно одиноки.
перекрой мне последние сны
и электротоки

"я люблю тебя
точка.
пожалуйста,
отпусти"

horoshaya007

par-nuit

спасибо, что следите:*

я оочень рада тебе) спасибо, что следишь.

у меня тут прям восторг :)

И он говорит ей: «С чего мне начать, ответь, - я куплю нам хлеба, сниму нам клеть, не бросай меня одного взрослеть, это хуже ада. Я играю блюз и ношу серьгу, я не знаю, что для тебя смогу, но мне гнусно быть у тебя в долгу, да и ты не рада».

Говорит ей: «Я никого не звал, у меня есть сцена и есть вокзал, но теперь я видел и осязал самый свет, похоже. У меня в гитарном чехле пятак, я не сплю без приступов и атак, а ты поглядишь на меня вот так, и вскипает кожа.

Я был мальчик, я беззаботно жил; я не тот, кто пашет до синих жил; я тебя, наверно, не заслужил, только кто арбитры. Ночевал у разных и был игрок, (и посмел ступить тебе на порог), и курю как дьявол, да все не впрок, только вкус селитры.

Через семь лет смрада и кабака я умру в лысеющего быка, в эти ляжки, пошлости и бока, поучать и охать. Но пока я жутко живой и твой, пахну дымом, солью, сырой листвой, Питер Пен, Иванушка, домовой, не отдай меня вдоль по той кривой, где тоска и похоть».

И она говорит ему: «И в лесу, у цыгана с узким кольцом в носу, я тебя от времени не спасу, мы его там встретим. Я умею верить и обнимать, только я не буду тебя, как мать, опекать, оправдывать, поднимать, я здесь не за этим.

Как все дети, росшие без отцов, мы хотим игрушек и леденцов, одеваться празднично, чтоб рубцов и не замечали. Только нет на свете того пути, где нам вечно нет еще двадцати, всего спросу — радовать и цвести, как всегда вначале.

Когда меркнет свет и приходит край, тебе нужен муж, а не мальчик Кай, отвыкай, хороший мой, отвыкай отступать, робея. Есть вокзал и сцена, а есть жилье, и судьба обычно берет свое и у тех, кто бегает от нее — только чуть грубее».

И стоят в молчанье, оглушены, этим новым качеством тишины, где все кучевые и то слышны, - ждут, не убегая. Как живые камни, стоят вдвоём, а за ними гаснет дверной проём, и земля в июле стоит своём, синяя, нагая.