lehrer. vater. liebster.

ты прекрасна, когда плачешь.

настолько прекрасна, что я понимаю, почему тебе причиняют столько боли. почему все хотят видеть видеть красоту твоих слез.

потому что никто не любит таких, как ты. таких ранимых, непредсказуемо-шумных и чертовски красивых.

ты пахнешь банановым коктейлем, ты пахнешь ненавистными мною сигаретами и кофе. банально, верно? но от этого запаха у меня почему-то дрожат руки.

ты ненавидишь свои волосы. все выпрямить их пытаешься, подчинить себе. глупенькая, твои волосы просто сводят меня с ума. эти прелестные кудри безумно тебе идут, почему же ты не понимаешь этого?

бесконечные свитера, которые ты носишь. ты выглядишь в них так мило. такой маленькой девочкой в огромном папином свитере. маленькая и беззащитная.

я вижу твою боль, что ты скрываешь под маской смеха. я делаю вид, что ее нет. зачем бороздить твои раны и навязывать свою поддержку?

я хочу, чтобы ты смеялась искренне, хочу, чтобы ты жила искренне. никогда не считай себя неправильной. с паническими атаками, с депрессией, с этой неконтролируемостью в действиях, с твоими непослушными волосами - ты всегда будешь лучше, чем они твои рисунки.я храню каждый из них, что ты подарила мне, правда! это так красиво. ты вкладываешь душу даже в маленький набросок, хоть и не замечаешь этого, не придаешь значения.

я хочу смотреть, как ты рисуешь небо на пятнадцатом этаже.

я хочу смотреть, как ты смеешься над очередной моей глупой шуткой.

я хочу смотреть, как ты увлеченно рассказываешь о чем-то, махая руками. и как ты постоянно отвлекаешься от рассказа на всякие мелочи, смущенно улыбаясь, когда я начинаю ворчать.

я хочу чувствовать твой запах бананового коктейля и сигарет.

всегда. жаль, что этого никогда не произойдет.

у тебя уже есть человек, с которым ты хочешь делить рассветы, с которым ты хочешь смеяться ночью под проливным дождем.

я понимаю это. и все хорошо. я в порядке. я обещаю.

В моем лексиконе давно присутствует фраза «любить надо уметь». Да, я действительно считаю, что любить искренне и чисто надо учиться и уметь. Любить – это бескорыстно и неустанно отдавать, не требуя ничего взамен. Любить – это всегда быть рядом и не иметь даже мыслей в голове, что можно отойти и отпустить руку. Любить – это быть преданным. Любить – это даже не думать об изменах. Любить – это находить счастье в другом человеке, это дарить ему свободу и радость, делать счастливым его каждый день. Любовь – это забота. Это просьба одеться теплее, когда на улице похолодало, укрыть ночью одеялом, купить лекарства, принести горячий чай в постель, а может и холодный, тут уж кто как любит. Это делить все мелочи и переживания на двоих, «в горе и в радости», как говорится. Любить – это не завидовать. Это искренне радоваться чужим успехам, быть опорой и поддержкой во всем. Это первым подавать руку помощи. Любить – это не «у меня нет настроения, давай встретимся в другой раз», а «я увидел тебя и я счастлив». Это желание показать любимому человеку все самое прекрасное, что создала природа и предлагает мир. Это хотеть рассказать все самое тайное лишь одному. Это дышать в унисон. Это слышать такт сердца. Это быть одним целым, неделимым, монолитным. И именно поэтому я считаю, что любовь – это искусство, которым, к сожалению, владеет не каждый. Надежда Богомаз.

Искренность и счастье - это, когда рассказываешь о каком-то дорогом человеке, а у тебя глаза блестят так, что хватило бы электричества на весь город.

Выбрать не такого, как все, и подарить ему любовь – намного ценнее,
чем протянуть руку тому, кого часто обнимают, лучше слышат.
К тем, кто выбрал нелегкий, но интересный путь, любовь возвращается вдвойне, с самого неожиданного берега.

ты хотела бы лишь его принимать любым,
весь его сумасшедший драйв и домашний быт.

перенять все его привычки, манеры, стиль
и прощать почти всё, что ты бы смогла простить.

мир вокруг хоть бы рухнул весь – к чёрту, да и пускай.

ты хотела бы научить его отпускать,
и самой бы потом стать блестящею ученицей, –
без опасности ошибиться или влюбиться,
променять прочность уз на хрустальный и зыбкий рай.

осознать, что вся жизнь – рискованная игра,
выбор мудрых наставников – сладкое или кнут?

ты хотела б его ни словом не упрекнуть
за молчанье в ответ, за любой из его секретов,

потому что он – твоя сила, шум бриза, лето,
потому что вы как пасьянс – к одному, масть в масть.

ты хотела б его присвоить себе, украсть,
и гореть бы его касаниями и жестами,

задыхаться и погибать, вместе с тем – блаженствовать,
чтоб на грани, чтоб до абсурда едва-едва.

ты хотела бы не хотеть его целовать.

Меня восхищает человеческая способность быть открытым. Довериться кому-то полностью. Отважиться на собственную уязвимость перед кем-либо. Не стыдится своей слабости. Обнажить своих демонов. Напрямую говорить о чувствах и страхах. Абсолютная естественность. Вот что действительно способно произвести впечатление, проникнуть в самое сердце. Это очень сближает. И это ценнее всего, что у нас есть.

Томи Гретцвельг

Марлен Дитрих

— Дмитрий Гринберг

Вера в твоё собственное обаяние должна быть настолько сильна, чтобы даже неотвеченные сообщения/невзятые трубки/скатившиеся в мороз отношения/безразличие мужчины, не сдвинули диадему с твоей головы. Просто если потерять мужчину, то ничего страшного по сути не произойдет. Можно погрустить пару дней, а если потерять веру в себя, то этого не поправишь.

Карина Соловьёва/Доронина

Человек может быть не слишком образован и развит, не очень начитан — но у него зоркое сердце, добрая душа. И он не заденет вас больно, не заговорит о том, о чем не следует говорить, не будет хохотать, когда вам плакать хочется, лезть в душу и советы давать нелепые, оскорбительные. Он поймет душой, что можно делать и говорить, а что — не следует. Глупость — она в душе, а не в уме. Не в мозгу. Эмоциональная тупость, так и называется. И глупец всегда зол и жесток. Он непременно вас за живое заденет, заставит болезненно морщиться и мечтать о том, чтобы уши заткнуть и глаза закрыть — но нельзя. Глупость и жестокость всегда идут рука об руку. Даже если умные слова говорит человек и формулы на память знает, все равно он глупый. И тупой — как валенок, как пробка, как тяжелый кирпич, который летит вам на голову с крыши. Тупой и тяжелый. И опасный. И мудрец Соломон недаром велел больше всего остерегаться глупых. И немедленно бежать от них подальше. Хотя от кирпича трудно убежать… Человек глуп умышленно, вот что я думаю. Ему так нравится, удобно ему. Зачем развиваться, думать о других, воспитывать в себе сочувствие и понимание, если можно делать и говорить все, что приходит в голову? Дураки добрыми не бывают, потому что дурак — это тот, у кого глупое и холодное сердце. А остальное можно поправить; и книжки почитать, и с людьми развитыми пообщаться, и поучиться — все поправимо. Кроме холодного и тупого сердца.

Меня восхищает человеческая способность быть открытым. Довериться кому-то полностью. Отважиться на собственную уязвимость перед кем-либо. Не стыдится своей слабости. Обнажить своих демонов. Напрямую говорить о чувствах и страхах. Абсолютная естественность. Вот что действительно способно произвести впечатление, проникнуть в самое сердце. Это очень сближает. И это ценнее всего, что у нас есть.

Томи Гретцвельг

Так всегда бывает с ранами. Они сами начинают затягиваться, чтобы закрыть то, что болит. А когда рана зарастает, ты уже больше не видишь, что под ней, не видишь того, что вызывало боль.

Эми Тан

А плохое — быстро. Бац, хлоп, глухой удар… Дурное известие, потеря, несчастье, авария — все это очень быстро происходит. И сломать что-то можно моментально. Особенно вещь хрупкую: любовь, доверие, счастье… Деньги потерять — одно мгновение. Или проиграть состояние можно быстро, промотать. А вот наживать состояние — это долгий процесс. Долго складываются истинные отношения; настоящие любовь и дружба. Долго завоевываются доверие и репутация. Долго идет восстановление здоровья… Поэтому, если что-то идет долго — подгонять не надо. И сетовать, и смотреть на часы, и бегать к машинисту, упрашивая: «Эй, прибавь-ка ходу! Поезд медленно идет!». Хорошее происходит медленно. Плохое — быстро. Поэтому, если что-то происходит с препятствиями и трудностями, требует затрат и внимания — это, как правило, хороший процесс. А что-то слишком быстрое и моментальное — процесс нехороший. Чтобы что-то создать и улучшить, нужно много времени и сил. И бывает, конечно, что гениальный художник за две минуты рисует картинку. И расплачивается ей за выпивку. Или поэт пишет гениальное четверостишие. А потом погибает во цвете лет — гении как-то мало живут. И то, что моментально приходит, так же быстро уходит. Так что с медленным и непростым процессом надо смириться и продолжать работать. Над бизнесом, над выздоровлением, над отношениями, над обучением. Это хороший и правильный процесс. И не надо, как Карлсон, постоянно выкапывать персиковую косточку, чтобы посмотреть — не начало ли дерево расти? Когда же можно будет полакомиться сладкими плодами? Никогда, если постоянно тормошить и ворошить ситуацию. Все хорошее и прочное редко бывает быстрым. Все плохое — обычно происходит моментально… Такое вот правило. Проявим терпение. И утешимся тем, что медленные изменения — обычно полезны и конструктивны.

Анна Кирьянова