lehrer. vater. liebster.

некоторые люди просто не созданы для тебя.
поэтому они уходят. между вашими планетами стоят огромные преграды, не разрешающие быть вместе, потому что так должно быть.
ты расстраиваешься каждый раз, когда кто-то уходит от тебя, но они это делают для того, чтобы пустить в твою жизнь тех, кто действительно стоит твоего внимания.
они дают тебе опыт, учат не ошибаться в дальнейшем.

люди будут приходить и уходить, пока не появится тот человек, планета которого столкнется с вашей и создаст такой большой взрыв, что не останется ничего, кроме только вас.

тогда никто не помешает, потому что вы объединитесь в одну большую вселенную.
вашу вселенную. где будет править только спокойствие и умиротворение.

и тогда ты поймешь, что это твой человек.

Сирень. 1932

«Любящий человек, будучи униженным и преданным своим спутником, часто совершает типичную и роковую ошибку: вместо того, чтобы осознать случившееся и прекратить бесперспективные отношения, он возвращается, словно побитая собака. Первым идёт на примирение, теряя всякое самоуважение и показывая свою слабость. Как мотылек летит на отблески пламени, стараясь любой ценой вернуть объект обожания, не понимая, что тем самым только ухудшает своё положение, и невольно поощряет обидчика продолжать действовать с ним тем же образом, что и ранее».

Отрывок из романа «Кофе с молоком» Дмитрий Брилов

человек тайно говорит себе эти слова. Одна женщина познакомилась в санатории с прекрасным мужчиной, умным, добрым, обеспеченным. И он проявил к ней симпатию и внимание. Она собрала вещи и уехала домой. И долго мне доказывала, что всякое бывает. Что она не готова к отношениям. Что мужчина как-то слишком активно себя вел. Что в санатории плохо лечили и кормили слишком обильно… Это были странные объяснения, а потом она сказала - "я просто испугалась. Я так страдала от одиночества и так много усилий приложила, чтобы привыкнуть жить одной, что просто сбежала. Мне стало страшно!". Я понимаю. Механизм судьбы ржавеет со временем. И при малейшем движении раздается скрип и страшный скрежет. Он пугает. Или вот ногу человек сломал, ногу вылечили спустя длительное время, а человек боится на нее ступать. Боится боли. Боится, что ножка подломится и он упадет. Много чего боится. И так и ходит на костылях… Люди иногда так долго ждут перемен, так страстно о них мечтают, а потом привыкают к пребыванию в "мертвой точке". И малейшее движение вызывает панику и желание убежать. Человек словно "прирос" к земле, и уже не живет, а доживает. А счастье, богатство, радость и любовь видит в фильмах, и в книгах о них читает; и смотрит грустно на тех, кто весело прыгает и танцует. И говорит: ах, это не для меня, не для меня! И упускает возможности, шансы, счастливые совпадения. Эту женщину бодрый мужчина нашел потом в сети - он служил в одном ведомстве, где учат находить людей. Он был энергичен. Но иногда не находят. Даже чаще всего не находят того, кто скромно уехал, сбежал, ушел не прощаясь. И даже не ищут - думают, человек так умышленно поступил. А на самом деле - это страх перемен, врастание в ситуацию, привычка к плохому. Скрежет и визг заржавевшего механизма. "Это не для меня!", - нет, именно для вас. И, возможно, другого шанса не будет.

Кирьянов

Арво Пярт

Это когда Ваша душа, после долгих безуспешных поисков, находит, наконец, свою идеальную половинку, которая точно, всеми своими пазами, соответстувует всем выступам Вашей души, а все неровности новообретенной половинки мягко ложатся на соответствующие впадины Вашей души. Когда души соединяются без трения, без притирки, без стачивания шероховатостей, без выравнивания углов и зашкуривания заусениц. Когда Вам не нужно кривить своей душой, чтобы принять в нее другую дущу. Души ложатся одна на другую и моментально срастаются. И уже не скажешь никогда, где проходила линия раздела, где заканчивается одна душа и начинается другая… Даже как-то странно, что одна могла столько времени обходиться без другой…

А потом, кто-то забирает свою половинку души обратно, как один ребенок в песочнице отнимает силой у другого только что подаренный совочек, думая, что сможет его пристроить более выгодно. И этот кто-то вырывает любой ценой свою душу у другого, не глядя на боль, не обращая внимания на стоны и страдания, свои и чужие, не слыша крика, с которым разделяются, накрепко соединившиеся половинки; да разделяются не в месте стыка, а как попало, где придется, так что куски одной души остаются на другой и наоборот. И нету уже ни выступов, ни пазов, в месте разрыва остается лишь кровавое месиво, так что вряд ли туда можно будет что-либо еще когда-либо приладить…

Раны затягиваются, но боль остается. Но болит не своя душа, а вырванная чужая, которую Вы все еще ощущаете, как свою. Болит, как болят отрезанные части тела, болит тупой фантомной болью. Болит то, чего нет, а может и никогда не было. Ведь невыносимую боль причиняет незабываемое ощущение присутствия столь родной Вам чужой души.

Перед любимым телом можно преклоняться - это то, что отличает особенных женщин от обычных - ощущение того, что она принадлежит тебе. Тебе все дозволено, но ты относишься к этому бережно, настолько, насколько это возможно. Всё, что имеет какое-то значение, теперь заключено в ней, и единственным мерилом удовольствия становится её стон и твоё имя на её устах, а остальное абсолютно не важно. И теперь, когда весь мир в её голосе, а вся вселенная в запахе её тела, абсолютно все равно, что завтра, главное, чтобы с ней.

Я помню, как я впервые узнал о том, что ты можешь расплакаться от любой эмоции, что эмоции - это химические уровни в твоем мозгу и твое тело постоянно пытается поддерживать их в равном количестве. Так что если уровень одной из эмоций резко повышается, соответствующий фермент помечается и слезному протоку поступает сигнал открыться в качестве выхода для выпуска слез, наполненных этой эмоцией. Все встало на свои места, когда я узнал об этом. То внезапное чувство уравновешенности после плача. То, как слезы часто сопровождаются невозможностью чувствовать любую другую эмоцию именно в тот момент. А особенно прекрасно в этом всем - осознание того, что мы можем испытать настолько много красоты, или любви, или счастья, что твое тело в прямом смысле не может справиться с этим. В общем, я узнал, что плач означает, что ты чувствуешь настолько много, насколько это вообще человечески возможно и живешь на полную катушку. Так что продолжайте часто чувствовать и плакать столько, сколько вам нужно.

Мы не знаем, на что способны, пока не столкнемся с трудностями. Неправильные вещи кажутся правильными, когда ты пытаешься помочь тем, кого любишь. Мелисса Хастингс

В сердце каждого человека заложена сила, помогающая получить желаемое. Она не даст покоя, пока ты не дойдёшь до той самой точки, к которой стремился. Все возможно при одном условии: по-настоящему хотеть того, к чему идёшь.

Есть такие рыбки — когда водоем пересыхает, они закапываются в ил. И так терпеливо ждут — когда пойдет благодатный дождь. Никто им не обещает, что дождь пойдет. И сидеть в засыхающем иле темно и страшно. Но они ждут — в оцепенении, чтобы не тратить ресурс. Чтобы не слишком много потреблять энергии. Чтобы дожить и дождаться. Так и люди, потерявшие любовь, — они в темноте и в оцепенении как-то живут. Стараются меньше дышать, меньше шевелиться, меньше говорить — только по работе. Только по необходимости. Они тоже ждут, хотя никто им не обещал, что любовь придет. Да они и не надеются — чтобы надеяться, тоже ресурс нужен и затрата сил. Просто выживают так. Иначе задохнутся и погибнут среди чужих равнодушных людей… И год проходит за годом. И сил все меньше, а ил — все суше. И возраст, этот проклятый возраст, который все равно все больше и больше… А потом идет обильный тропический дождь. Сплошным потоком, сплошной стеной льется благословенная вода. И наполняет водоем; и снова можно плавать, распустив плавники. Снова можно жить. И приходит любовь — так же внезапно, мощным потоком. И человек выбирается из ямки, из крошечного укрытия; совсем капелька сил осталась, совсем немножко дыхания. Но водоем наполняется любовью. И человек оживает — сколько раз такое видела. И снова живет, дышит полной грудью, он снова полон сил и замыслов. А рядом с ним — другой человек. Вот и все, что нужно для жизни — любовь и другой человек. Дождь все равно пойдет, просто надо дождаться. И надеяться — надеяться все-таки надо, мы же не рыбы. Хотя и они, может быть, надеются — и потому выживают.

В этом мире важно иметь того, кто сможет тебя защитить. Точно также и наоборот: Он может быть большой и сильный, Бесстрашный. Но ты понимаешь, что маленькая и беззащитная сможешь его заслонить собой. Уберечь и спрятать. Вы, как два спасательных круга друг для друга.