холод

один долгий день, что никак не закончится

ТЕОРИЯ БЕЗНАДЕЖНОСТИ

— Основной мыслью всех когнитивных истолкований депрессивных расстройств является то, что значение и интерпретация негативного опыта определяют, возникает ли расстройство и как оно будет развиваться далее. В теории безнадежности в качестве когнитивного фактора уязвимости постулируется пессимистический стиль интерпретации.
Когда люди переживают субъективно значимые и неконтролируемые события, это приводит к ожиданию состояния беспомощности, даже если в новой ситуации объективно присутствует контроль. Безнадежность возникает вследствие того, что важный негативный опыт переносится на другие сферы, это происходит длительное время и влечет за собой прочие негативные последствия, из опыта делается заключение о собственной малоценности.

Чувство безнадежности может быть глубоко скрыто: чисто внешне невротик может быть поглощен своими фантазиями или планированием условий, которые могли что-нибудь улучшить. Иногда избавление от некоторых беспокоящих факторов действительно оказывается полезным. Однако более часто подобные надежды только экстернализируют внутренние трудности и обречены на то, чтобы никогда не сбыться. Невротик ожидает от внешних изменений только добра, но неизбежно каждый раз переносит себя и свой невроз в новую ситуацию.

Надежда, которая основывается на внешних обстоятельствах, больше распространена среди молодежи; это является одной из причин, почему анализ очень молодого невротика менее прост, чем можно было бы ожидать. По мере того как люди становятся старше и надежды одна за другой исчезают, они все больше стремятся посмотреть внимательно на себя как на возможный источник страдания.

Даже когда чувство безнадежности в целом бессознательно, заключение о его существовании и его силе можно сделать на основании различных симптомов. Ими могут быть эпизоды из истории жизни, показывающие, что реакция пациента на неприятности имела силу и длительность, явно непропорциональные их источнику. Например, человек может испытать полную безнадежность в результате безответной любви в юности, от предательства друга, несправедливого увольнения с работы. Естественно, следует сначала понять те особые причины, которые могли стоять за столь неадекватной реакцией. Но дополнительно к этим особым причинам обычно обнаруживают, что неудачный опыт спускает воду из намного более глубокого колодца безнадежности.

Аналогично озабоченность возможной смертью или раннее появление мыслей о самоубийстве — с аффектом или без него — указывают на крайнюю степень безнадежности даже тогда, когда внешне невротик излучает оптимизм. Общая легкомысленность, полное отрицание возможности рассматривать что-либо серьезно — в пределах аналитической ситуации или вне ее, — как и быстрое замешательство при столкновении с трудностью, представляют другой симптом.

Инфляция (Inflation) — психическое состояние, в котором человек испытывает любое нереальное — либо слишком высокое (мания величия), либо слишком низкое (депрессия) — чувство своей идентичности; преувеличенное ощущение своей важности, которое зачастую компенсируется чувством неполноценности, — дезориентация, сопровождаемая либо чувством огромной значимости и уникальности, либо, наоборот, ощущением своей никчемности и незначительности.

«Сознание в состоянии инфляции всегда эгоцентрично и не способно осознавать ничего, кроме собственного существования. Оно неспособно учиться у прошлого, неспособно понимать происходящее сейчас и неспособно делать правильные заключения относительно будущего. Оно загипнотизировано самим собой, и поэтому с ним бесполезно спорить. Оно неизбежно обрекает себя на бедствия и катастрофу, приводящие, в конечном итоге, к своему собственному уничтожению. Парадоксально, однако, то, что инфляция есть регрессия сознания в бессознательное. Это случается всегда, когда сознание берет на себя слишком много бессознательных содержаний и утрачивает способность к различению, без чего собственно сознания и нет»

Другой отличительной чертой была его принадлежность к самоубийцам. Тут надо заметить, что неверно называть самоубийцами только тех, кто действительно кончает с собой. Среди этих последних много даже таких, которые становятся самоубийцами лишь, так сказать, случайно, ибо самоубийство не обязательно вытекает из их внутренних задатков. Среди людей, не являющихся ярко выраженными личностями, людей неяркой судьбы, среди дюжинных и стадных людей многие хоть и кончают с собой, но по всему своему характеру и складу отнюдь не принадлежат к типу самоубийц, и опять-таки очень многие, пожалуй, большинство из тех, кто по сути своей относится к самоубийцам, на самом деле никогда не накладывают на себя руки. "Самоубийца" - а Гарри был им - не обязательно должен жить в особенно тесном общенье со смертью, так можно жить и самоубийцей не будучи. Но самоубийце свойственно то, что он смотрит на свое "я" - не важно, по праву или не по праву, - как на какое-то опасное, ненадежное и незащищенное порожденье природы, что он кажется себе чрезвычайно незащищенным, словно стоит на узкой вершине скалы, где достаточно маленького внешнего толчка или крошечной внутренней слабости, чтобы упасть в пустоту. Судьба людей этого типа отмечена тем, что самоубийство для них - наиболее вероятный вид смерти, по крайней мере в их представлении. Причиной этого настроения, заметного уже в ранней юности и сопровождающего этих людей всю жизнь, не является какая-то особенная нехватка жизненной силы, напротив, среди "самоубийц" встречаются необыкновенно упорные, жадные, да и отважные натуры. Но подобно тому, как есть люди, склонные при малейшем заболевании к жару, люди, которых мы называем "самоубийцами" и которые всегда очень впечатлительны и чувствительны, склонны при малейшем потрясении вовсю предаваться мыслям о самоубийстве.

Гессе, Степной волк

и я б дорисовал была бы власть моя, и я старался
ждут и сохнут на палитре краски, я, признаться,
так устал тебя любить

В поцелуе рук ли,
губ ли,
в дрожи тела
близких мне
красный
цвет
моих республик
тоже
должен
пламенеть.
Я не люблю
парижскую любовь:
любую самочку
шелками разукрасьте,
потягиваясь, задремлю,
сказав -
тубо -
собакам
озверевшей страсти.
Ты одна мне
ростом вровень,
стань же рядом
с бровью брови,
дай
про этот
важный вечер
рассказать
по-человечьи.
Пять часов,
и с этих пор
стих
людей
дремучий бор,
вымер
город заселенный,
слышу лишь
свисточный спор
поездов до Барселоны.
В черном небе
молний поступь,
гром
ругней
в небесной драме, -
не гроза,
а это
просто
ревность двигает горами.
Глупых слов
не верь сырью,
не пугайся
этой тряски, -
я взнуздаю,
я смирю
чувства
отпрысков дворянских.
Страсти корь
сойдет коростой,
но радость
неиссыхаемая,
буду долго,
буду просто
разговаривать стихами я.
Ревность,
жены,
слезы…
ну их!-
вспухнут вехи,
впору Вию.
Я не сам,
а я
ревную
за Советскую Россию.
Видел
на плечах заплаты,
их
чахотка
лижет вздохом.
Что же,
мы не виноваты -
ста мильонам
было плохо.
Мы
теперь
к таким нежны -
спортом
выпрямишь не многих, -
вы и нам
в Москве нужны,
не хватает
длинноногих.
Не тебе,
в снега
и в тиф
шедшей
этими ногами,
здесь
на ласки
выдать их
в ужины
с нефтяниками.
Ты не думай,
щурясь просто
из-под выпрямленных дуг.
Иди сюда,
иди на перекресток
моих больших
и неуклюжих рук.
Не хочешь?
Оставайся и зимуй,
и это
оскорбление
на общий счет нанижем.
Я все разно
тебя
когда-нибудь возьму -
одну
или вдвоем с Парижем.

Маяковский

ПАНИЧЕСКАЯ АТАКА

— представляет собой необъяснимый, мучительный для больного, приступ тяжёлой тревоги, сопровождаемый страхом, в сочетании с различными вегетативными (соматическими) симптомами.
Часто при панических атаках люди мечутся, кричат, зовут на помощь, стонут, выбегают на свежий воздух, некоторые лежат, боясь пошевелиться.
Важнейший симптом, всегда сопровождающий приступ – это страх (потерять сознание, сойти с ума или умереть).
Панические атаки обычно возникают внезапно. Они могут появляться в любое время суток и продолжаться от нескольких секунд до 30 мин. Паническая атака причиняет тем больше страданий человеку, чем чаще человек ощущает ее и чем она продолжительнее.
Причиной панических атак становятся психологические травмы, задавленные желания или вытесненные эмоции.

Во время панической атаки в организме повышается выработка гормона адреналина, что провоцирует следующие проявления: увеличивается количество сердцебиений за единицу времени, ускоряется дыхание, мускулатура становится напряженной, быстрее сворачивается кровь.

У человека изменяется даже выражение лица: оно выражает агрессию. Одновременно с этим больной ощущает боязнь, мысли путаются и пациенту кажется, что он вот-вот умрет.
Иногда появляются такие нарушения как: мнимое удушье или тяжесть дыхания, ощущение замкнутого пространства, боли за грудиной, тремор конечностей, позывы к рвоте, активизация работы потовых желез, больного кидает в холод или в жар, кожные покровы обычно бледнеют, так как сосуды сжимаются.

Несмотря на внешнюю слабость, у людей, которые страдают от панических атак, очень сильная воля. Им удается годами сдерживать в себе страх или злость. Причиной атак может стать детство, проведенное с родителями-алкоголиками, или гиперопёка, смерть близкого человека, несчастная любовь, изнасилование — любая травматическая ситуация может привести к тому, что человек, будучи не в силах осознать свои чувства, запирает их внутри. Больше всего атаки пугают больных невозможностью контролировать ситуацию. Избегать мест, где может случиться атака, бесполезно, так как изначальная причина кроется не в настоящем, а в прошлом. Главная опасность как паники, так и панической атаки состоит в том, что мы теряем контроль над собой.
Во время панической атаки человек бежит, не глядя по сторонам, перебегает дорогу на красный сигнал светофора, может выпрыгнуть из окна, считая это кратчайшим путем к спасению, и совершает другие бездумные поступки. Им движет только инстинкт самосохранения, но спасается он от собственных страхов.

Кого-то такое состояние атакует ежедневно, заставляя человека находиться в ожидания повторения, у кого-то эти приступы происходят реже. Врачи считают, что такие атаки опасности для жизни не представляют, так как являются лишь вегетативными реакциями. Пожалуй, самое опасное в них – это то, что человек замыкается в себе, становится менее активным и жизнерадостным, все реже участвует в общественной жизни. Тревога и постоянный страх становятся его спутниками.

Черное звездное небо торжественно стояло в раме окна.

Взгляд Плотникова устремился туда, в бездонную черноту. Она словно приблизилась к нему и медленно поплыла, мигая созвездиями.

И тогда возник голос, как бы шепот, бормотание:

- Для чего проживаешь ты на этом свете? Какая в тебе есть надобность для всеобщего смысла? Вон трава или всякий цвет - сгниет, да вновь восстанет радовать глаз или пчелу. А ты? Кто ж ты есть в кругообращении времен? Нужная деталька мировой справедливости? Или так - случайность, вопрос, сомнение?

Павел Финн, Константин Лопушанский. Воспоминание о Плотникове Игнате

просто носки для чей то дрочки