Все хорошее происходит медленно. А плохое — быстро. Бац, хлоп, глухой удар… Дурное известие, потеря, несчастье, авария — все это очень быстро происходит. И сломать что-то можно моментально. Особенно вещь хрупкую: любовь, доверие, счастье… Деньги потерять — одно мгновение. Или проиграть состояние можно быстро, промотать. А вот наживать состояние — это долгий процесс. Долго складываются истинные отношения; настоящие любовь и дружба. Долго завоевываются доверие и репутация. Долго идет восстановление здоровья… Поэтому, если что-то идет долго — подгонять не надо. И сетовать, и смотреть на часы, и бегать к машинисту, упрашивая: «Эй, прибавь-ка ходу! Поезд медленно идет!». Хорошее происходит медленно. Плохое — быстро. Поэтому, если что-то происходит с препятствиями и трудностями, требует затрат и внимания — это, как правило, хороший процесс. А что-то слишком быстрое и моментальное — процесс нехороший. Чтобы что-то создать и улучшить, нужно много времени и сил. И бывает, конечно, что гениальный художник за две минуты рисует картинку. И расплачивается ей за выпивку. Или поэт пишет гениальное четверостишие. А потом погибает во цвете лет — гении как-то мало живут. И то, что моментально приходит, так же быстро уходит. Так что с медленным и непростым процессом надо смириться и продолжать работать. Над бизнесом, над выздоровлением, над отношениями, над обучением. Это хороший и правильный процесс. И не надо, как Карлсон, постоянно выкапывать персиковую косточку, чтобы посмотреть — не начало ли дерево расти? Когда же можно будет полакомиться сладкими плодами? Никогда, если постоянно тормошить и ворошить ситуацию. Все хорошее и прочное редко бывает быстрым. Все плохое — обычно происходит моментально… Такое вот правило. Проявим терпение. И утешимся тем, что медленные изменения — обычно полезны и конструктивны.

Я помню маету последних фраз,
Весь голос мой и все твое молчанье;
И горечь обреченного прощанья…
Но время словно вылечило нас.

Я помню тайну отчужденных глаз,
Как разбегались наши континенты.
Безжалостность последнего момента…

Но время словно вылечило нас.

Я помню сорок вечностей за час,
И рук твоих нелепое касанье;
Обиду и ненужное признанье,
-
Но время словно вылечило нас.

Я помню, как неистово угас
Огонь, что мне вчера казался вечным.
Ты был безликим и бесчеловечным;
Но время, знаешь, вылечило нас!

Ах Астахова

на мое нытье часто говорят "не надо ставить на себе крест, ведь ещё рано!" а я только сейчас почувствовала, что ставлю на себе крест.будто хожу по квартире и везде отключаю свет, закрываю дверь на ключ и остаюсь одна в темноте.все со мной кончено.

раньше я везде носила с собой огромный чан со злобой. по консистенции она как чёрная кипящая смола, только пахнет не смолой, а тухлятиной и разложением.
чан мой весь покоцанный, старый, грязно-коричневого цвета и с облупившейся местами краской, потому что носила я его давно.
носила сколько себя помню, как ненужное, тягостное, но почему-то обязательное — вроде как крест или горб, если прозаичнее.
как и при каких обстоятельствах этот чан появился у меня в руках я не знаю, но знаю, что сначала он был новенький, блестящий и, вероятно, предназначался для чего-то другого.
но так уж вышло: то ли оттого, что мне не сообщили его истинное назначение, то ли оттого что я всегда делала не то, слонялась не там и не с теми — в моем чане начала появляться злоба. сначала чуть-чуть, по стеночкам, мазочками, я и внимания не обращала.
но потом её становилось больше, вот уже и дна не видно, всё слоем чёрной смолы покрыто, а вот уже чан и до середины полон.
каждая непрощённая обида, каждое замолчанное унижение, каждый несправедливый тычок — всё превращалось в тягучую чёрную субстанцию с мерзким запахом и лилось в мой чан.
он становился всё тяжелее и нести его было всё сложнее — приходилось сутулиться и волочиться медленно, еле ноги переставляя.
годы не делали меня разумнее, добрее и радостнее, и с каждым месяцем я всё чаще оставалась одна, наедине со своим потрескавшимся, булькающим злобой чаном. я не представляла, как теперь выходить к людям? с этим-то добром. но выходить надо было, и я шла.
несла его впереди себя, иногда оступалась, неосторожный шаг — и обливала встречного или рядом стоящего содержимым чана. человек кричал от обиды и боли, а я чувствовала злорадство и в то же время стыд. мол, почуял, каково мне? почуял?! но прости меня, я же вижу, как тебе больно. прости, ты ведь и не заслужил даже.
я ходила со своим чаном злобы и иногда случайно, иногда, — признаюсь, — нарочно обливала и близких, и чужих мне людей. не сильно, чуть-чуть, если бы весь чан на них опрокинула, они ведь сварились бы заживо.
а чан этот, будь он не ладен, как скатерть-самобранка работает: вроде вечером опорожнишь его до середины, а к утру он снова полон. злоба неиссякаема, потому что.
стольких людей я покалечила! многие теперь ходят в язвах, шрамах и ожогах.
так ведь нельзя было дальше, правда?
и я придумала кое-какое решение, не самое лучшее, но другого не нашлось.

я теперь раздеваюсь догола, снимаю пластыри со всех болячек и раночек, чтобы всё просмолило как следует! и сажусь в этот чан с кипящей злобой. горячо мне невыносимо, больно, слёзы катятся, но они всё равно не такие горячие, как эта клокочущая чёрная жижа. спустя время она на мне застывает и покрывает коркой. чан становится пустой, а я — чёрной и шершавой с головы до ног, не приведи Господи такое во сне увидеть. вся чёрная, только белки глаз нелепо светятся на этой черноте.
выхожу иногда на улицу, в тёмное время суток, чтобы никто не видел, но бывает встретится случайный прохожий или старый знакомый, или совсем уж беда — близкий кто. не узнают, и слава Богу, а узнают — пугаются, плачут, крестятся и пробегают мимо.
я их не виню.
я только думаю: правда хорошо ведь, что чан этот поганый теперь стоит у меня дома, и когда наполняется — только я в нём кипячусь?
и никто, никто другой больше никогда
не покалечится.

Отрывайся. Отрывайся, милая! На дискотеке в каблуках выше 12. На курорте в нахально-прозрачном парео. На катке-боулинге-велодорожке-в караоке. Отрывайся от серости, скуки, тусклости, разговоров о ценах, политике, отрывайся от вечного шипенья про то, «какие они сволочи». Отрывайся! Поднимай свою попу с дивана, с офисного кресла, с кожаного сиденья. Отрывайся от холодильника и жирного бутерброда, пустого разговора, невыносимой работы и дурных отношений. Трудно, страшно, а ты все равно отрывайся, ранки заживут, ощущение подвига и невыносимой легкости бытия – останется. Открывайся. Знаю, что в мягкое и живое бьют чаще всего. Но ведь не все так плохо, а? Ты не солдат в осажденном городе, а женщина в относительно мирное время. Дай им шанс. Увидеть, почувствовать, опознать «свое, родное». Открывайся любви, новым знакомым, случайному флирту, комплименту прохожего. Скажу тебе по секрету: там, внутри, такой драгоценный сосуд. Чем больше в нем хорошего – радости, улыбок, счастья,- тем меньше попадет плохого. Места просто не хватит, понимаешь? Поэтому открывайся и наполняйся до краев – подарками, эмоциями, впечатлениями. Это богатство, а ты – сокровище, знаешь? Люби. Не так, как написано в книжках про отношения, а взаправду. Носи ему кофе, чеши ему пятки, потому что он будет гладить твои лопатки, покупать шоколадки, ставить палатку…Нет никакой причины взвешивать и передумывать триста раз, кто из нас чего достоин. Ты же не Господь Бог, и не страж справедливости, чтоб каждому по заслугам. Люби авансом, без расчета и размышления, просто люби, и не слушай никакой «женсовет», потому что любовное счастье – оно строго индивидуальное, а не коллективное. Индпошив, эксклюзив, персональное дело, если хочешь. Груби. И даже не задумывайся, груби резко, наотмашь, когда тебе наступают на крылья или плюют в душу. Когда прессуют твоего ребенка или резко отзываются о любимом. Когда хамят твоим родителям. Перестань вести переговоры с террористами, выучи по современным сериалам пару-тройку «убийственных фраз» и давай отпор обидчикам. Потому что тебе проглотить обиду и исходить слезами от жалости к себе и родным обойдется в сто раз дороже, чем почувствовать себя стервой в течение 2 секунд. Поставь нахалов на место, закрой тему, расправь крылья, и помни: ты не из таких. С тобой так нельзя. И пусть знают. Дай. Все, что тебе не до зарезу, дай тому, кому очень сильно надо. Бутерброд, немного денег, лишнее платье, лишнего кавалера, если тебе «не очень», а кому-то – «вопрос жизни», отдай. Кто знает, какие игры там на небесах затеваются, почувствуй себя доброй феей, озарись радостью другого. Я не знаю, вернется ли тебе сторицей твоя доброта, но то, что в этот момент ты будешь чувствовать себя замечательно – это правда. Падай. Падай в обморок, если он ничего не понимает и не начинает целоваться: проверено, я такой прием в кино видела. Падай на катке, чтобы он благородно мог тебя нести на руках – ну кто откажется быть героем? Падай на горке, кувыркайся в снегу, чтобы он мог потом растирать твои озябшие пальцы. В конце концов,у тебя может случиться потеря ориентации от переполняющих чувств. И еще. Падай, когда совсем больно и плохо. Такое тоже бывает, нечасто, но случается. Я знаю, ты стараешься держать спинку и выстоять. Перестань строить из себя терминатора, не надо, падай в свою печаль, на самое дно, в теплое болото. Полежи там сколько тебе надо. А потом – посильнее отталкивайся – и наверх, к свету. После слез, после паузы, тебе снова захочется солнца, и ты знаешь, где оно. Ты имеешь право переживать и проживать свои чувства, так что падай, потому что точно знаешь, куда вставать. Ври. Мужу про свои килограммы и цены на косметику, маме про мужа и цены в магазинах, ребенку – про правду жизни, подруге – про ее мужа и его коллегу. Береги их и не огорчай зря. «Кому нужна твоя правда?» – сказал мне один знаменитый пиарщик, и был прав. Сколько прекрасных отношений изрубили в куски принципиальные правдолюбы, а все могло быть иначе. В конце концов, ты ведь и так слегка приукрашаешь действительность: и ногти у тебя не алые, и веки не серебристо-бежевые, и губы не коралловые. Не будь эгоисткой: заботишься о своей красоте – похлопочи о красоте отношений. Легкое лукавство, шутка и загадочная улыбка в твоем арсенале так же незаменимы, как флакончик любимых духов и блеск для губ. Рви. Старые квитанции, фотографии, доклады и отчеты. Рви отношения, когда невмоготу, перестань их «лечить» и вязать морским узлом – видишь, сколько узлов уже навязано? Не обрастай хламом, не надо, у тебя долгая и светлая жизнь, не волочи за собой по миру ненужное. Пей. Пей от радости и от горя. Глоток хорошего вина творит чудеса покруче Копперфильда. Во-первых, это вкусно, весело и даже немного полезно. А во-вторых – сколько прекрасных союзов завязалось под невинный бокал шампанского, сколько печалей растаяли с утренним легким похмельем! Умные и сильные мужчины иногда «развязывают галстуки», и при этом только выигрывают. Поучись у них. Смотри: если под хмельком (легким! Главное не перебрать!) позволишь себе небольшую вольность – тебе простительно, есть отмазка, «ничего не помню». А если вдруг вытянешь главный лотерейный билет – кто будет разбираться, по какой причине тебе повезло? Пой. В ванной, в дороге, в караоке, на кухне, да в общем, везде. Только пожалуйста, выучи репертуар чего-нибудь про счастье, про красивую любовь, про радость, поищи, постарайся. Даже если тебе будут рассказывать про стада медведей и твои уши, если соседи потребуют звукоизоляции, а любимый – амнистии, наплюй, ты не в Ла Скала. Хорошая песенка, напетая с удовольствием, круче любой мантры и молитвы настраивает твою душу на мажорный лад, а музыкальные критики пускай займутся Стасом Михайловым, если что. Будь. На выставке, в музее, в театре, в кафе, на городском празднике, в гостях, на рыбалке, на пляже. Знаю, что куча дел и 24 часа – подождет твоя куча. Знаешь, я читала, что маленькие дети, которых не гладят, не ласкают, могут заболеть - вплоть до критических случаев. Мы же этого не допустим, правда? Погладь себя, подари себе открытия, впечатления, наслаждения, пробуй мир на вкус, на запах, наощупь. Я не хочу, чтобы ты болела и чувствовала себя недокормленной удовольствиями в этом безумно спешащем мире. В путь. При первой же возможности. Куда угодно. На ближайшую зарплату покупаем тебе красивый удобный дорожный кейс и легкие мокасины. И обещай мне, что обновишь их как можно скорее! Послушай, в году, кроме Рождества, Пасхи и официальных праздников, есть еще законных 104 выходных дня, почти треть года. В путешествии (да хоть в соседний город!) мир открывается и начинаются чудеса. Тонко намекаю: все удивительные превращения с героинями случаются именно в пути, возьми хоть Алису в Зазеркалье, хоть Элизабет Гилберт, Золушка опять же, осмелившаяся покинуть замок, и еще тыщи примеров. Хочешь изменить судьбу – измени путь, говорят мудрые. Так что – вперед, за новыми чемоданом, обувью и новой судьбой. Ну а когда совсем все непонятно – спи. Утром проснешься, посмотришь в окно, запоешь песенку, и начнешь все сначала. Каждое утро, каждое пробуждение «обнуляй карму», забывай все плохое, а хорошее бери с собой в новый день. Имеешь полное право начинать новую жизнь ежедневно. …чтобы снова петь, падать, давать, собирать чемодан, и самое главное – любить…