Проезжаю мимо офиса, где очень красиво под утро светится надпись «Аэрофлот». И так захотелось вздохнуть, очень грустно чтобы прям, вспомнить ту сб в самолете Москва-Астрахань. А потом осознаю, что сама еду с ночного рейса Венеции, где наливала чай и воду таким же пассажирам, как и я, в форменной одежде афл и больше мечтать уже не о чем. Все сбылось. Я уже часть этого.

Мне больно. Ощущение, что внутри реву навзрыв.

Вопросы, которые он мне задаёт последнии дни и из-за которых у меня все сжимается внутри: «ты скучала?», «хочешь завтра / сейчас встретится?» «моя?».

И вот после этого мне хочется бежать, ничего не говорить, не выяснять, не приезжать. И я понимаю, что почестному нужно разъясниться и не мучиться обоим, но меня начинает одолевать страх «все от я делаю правильно?». Вот стоят духи, которые он мне купил в Греции, рядом с ними среднего размера фото из Казани, ваза с нежно- розовыми увядающими розами, которые он подарил мне неделю назад, в коридоре лежит милый разноцветный рюкзачок из Греции тоже купленный им, на моей книжной полке фото, сделанное в коломенском кремле, мне там 20 лет и я счастлива, чтоу меня наконец-то есть с ним общее фото(!).

Я так часто желала, чтобы он любил меня, что вероятно забыла о взаимности. Самое страшное, что я виню себя из-за того, что не скучающая нему, не хочу целовать, спать с ним и что я какая-то «не такая»? Почееемуу?!

мне хочется реветь. слишком многофотонный, слишком много теплоты было, 5 лет..слишком много, чтобы просто вычеркнуть. Не могу реветь, устала за это время пускать слезы, зато внутри очень хорошо получается:(

я бы хотел находить мосты, чтобы сжигать их сразу. я бы хотел стать таким простым, чтоб собираться в пазл. быть не докуда и не туда, и попадать в раздачу. рёбра стянуть, как большой удав, чтобы никак иначе.

дать тебе веру и силу в нас, или, возможно, в наших. знать, что Очаков в шести часах к югу от Вознесенска. быть столь широкой тебе душой, чтобы казаться тесным.

взять и отправить себя в письме просто частичкой пазла.

я очень много кого встречал,

но вот таких -

ни разу.

«Без любви мы превращаемся в людей, которые просто ходят в супермаркет, чтобы провести там время. Она - главная движущая энергия, чувство, способное создать, и разрушить, сделать человека счастливым и несчастным.»

Данила Козловский

Я проснулся от крика чаек в Дублине.
На рассвете их голоса звучали
как души, которые так загублены,
что не испытывают печали.

Иосиф Бродский

целовал в губы, отдавал горстень монет случайному встречному,

"я люблю тебя" - просторечие, "я прощу тебя" - как клеймо,

я тебя провожу до света, только
все маршруты лежат в обход.