follow your dreams.

Звезды - это частичка волшебства, к которой можно прикоснуться взглядом.

С сегодняшнего дня я снова в группе поддержки. И я уговорила таки заниматься со мной кое-кого) На этот раз я буду отдаваться на полную. Ведь кто сказал, что я сдалась? ;)

Океан Ельзи - Не питай

Просто мені
Так хочеться
Бути там де і ти
Так хочеться
Жити в тебе в полоні
І бачити
Як тікають від мене сни
В твої долоні

В голове проносилось лишь "скорее бы домой, домой." А другая часть меня могла, кажется, ехать в вагоне в бесконечность. Лишь бы музыка в плеере не перестала играть. Пустота выдворила все чувства и затворила все выходы. Выход слезам, обиде и глупой злости. Теперь будто не стало тоски и грусти. Просто черная, непроглядная пустота. Он был просто ниточкой, которая не позволяла упасть. Той ниточкой, которая напоминала мне о том, что можно кого-то любить. Но он любит ее. А я продолжаю свободное падение.

Мне так много хочется сказать и обо всем сразу.Сказать вслух, проговорить, написать, чтоб со стороны оценить ситуацию. И я откладываю все эти слова на потом, чтобы произносить их в нормальной, логической последовательности, чтобы донести мысли…А от того, что долго откладывала - забываю важное и выходит, что появились уже новые проблемы, а я еще не разобралась со старыми.

Так бывает.

"Вы верно, еще не познали до конца, какая это смертная тоска. От вас требуют, чтобы вы делали тысячу каких-то ненужных вещей только потому, что так делалось всегда. И по той же причине тысячу совершенно безвредных вещей вам делать не дозволяется. А сколько при этом всевозможных нелепостей!"

- Ретт Батлер

Мысль, подобная этой, не дает мне покоя уже не первый день. Не первый год даже. Сколько абсолютно никому ненужных правил придумано "обществом"! Сколько вещей мы не делаем только потому, что боимся, что нас кто-то осудит/не так поймет. Мы по-прежнему, как в старые времена, боимся громких скандалов и сквернословия. Боимся ярлыков, которыми нас венчают, стоит что-либо сделать не так, как делают все. Стоит одеть что-то "не соответствующее" чьим-то меркам/правилам. Ну или спеть/станцевать, к примеру, на улице.

Мы изначально задаем себе вопрос "что подумают люди?". И потому мы все еще притворяемся, вынужденные говорить "привет" и целовать в обе щеки тех, кого видеть вообще не желаем. Мы принимаем обязательства поступать только так, как поступают все и никак иначе. Стереотипы продолжают поглощать нас. Мы никак не можем доламать те старые рамки, в которые нас ставят уже много столетий. Мы никак до конца не осознаем, что жизнь - это то, что у нас есть сейчас. Не через год/три/двадцать. СЕЙЧАС, СЕГОДНЯ, КАЖДЫЙ ДЕНЬ. И она проходит, а мы всё еще думаем, что и кому должны.

— Я не нуждаюсь в том, чтобы вы меня спасали. Я сумею сама позаботиться о себе, мерси.
— Не говорите так, Скарлетт. Думайте так, если вам нравится, но никогда, никогда не говорите этого мужчине.

"Унесенные ветром" - прекрасный роман. Прекрасный на столько, что я готова занести в цитатник уже половину книги. Не знаю, всем ли он придется ко времени и к месту, как мне. Но эта книга попала мне в руки как раз в нужный момент.

Я выделяю карандашем целые абзацы и загибаю странички, а потом переписываю и переписываю всё. Перечитываю и будто переживаю свои же эмоции с двойной силой. Всё это как-то слишком близко мне, хоть я живу совсем в другое время, но в любви все остается прежним и сквозь годы.

Заранее знаю, что закончится нехорошо эта книга. Но пока…Как говорит Скарлетт "Я не хочу думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра".

Есть особый сорт книг. Читая их, в каждой строчке будто описаны твои собственные чувства/эмоции. Книги, которые "вовремя". Открываешь первую страницу - и тут же вживаешься в историю и ждешь развязки, как будто проблема решится и в твоей, реальной жизни. Когда твой мир слегка рушится - ты начинаешь погружаться в книжный, где находишь себя, иногда даже в большей мере, чем ожидаешь. И вот когда понимаешь, что кто-то до тебя уже пережил подобное (и худшее пережил) - тогда приходит осознание, что все не так плохо. Появляются силы. А затем найдутся ответы.

Как могло хоть раз за эти два года показаться ей, что кто-то из мужчин тоже красив, мил, обаятелен? Как могла допускать она их ухаживания, когда на свете существует Эшли? Вот он снова возле нее, их разделяет только этот ковер, и она была готова всякий раз расплакаться от счастья, когда бросала взгляд на кушетку, где он сидел с Мелани под руку. Ах, если бы и она имела право сидеть вот так рядом с ним, просунув руку ему под локоть! Если бы она могла каждую минуту дотрагиваться до его рукава, чтобы еще раз убедиться, что он действительно здесь, держать его за руку, смахивать его платком слезы радости, набегавшие на глаза, словом, делать все то, сто Мелани, не стыдясь, проделывала при всех, на правах его жены.

- "Унесенные ветром"

Охватившая ее дрожь унялась - счастливая и гордая, она подумала: почему не призналась она ему раньше? Насколько это проще, чем всевозможные женские уловки, которым ее учили!

— Скарлетт, - сказал он, - расстанемся и забудем навсегда то, что мы сейчас сказали друг другу.

— Нет. Я не могу. Зачем же так..Разве вы…разве вы не хотите жениться на мне?

— Я женюсь на Мелани. Мне следовало сказать вам об этом раньше…Но я думал вы знаете..Я полагал - это известно всем..не первый год известно. Мы с вами слишком разные люди, Скарлетт. Ведь вы же захотите, чтобы мужчина пренадлежал вам весь, без остатка - душей и телом, всеми своими помыслами, - иначе вы будете несчастны. А я вам этого дать не смогу. И это будет вас оскорблять. И в конце концов вы возненавидите меня. Вы возненавидите книги, что я читаю, и музыку, что я люблю, - ведь они будут отнимать меня у вас…

— Вы любите ее?

— Мы с ней понимаем друг друга с полуслова…Одной любви недостаточно для отношений.

— Но вы сказали, что любите меня.

— Я не должен был.

Где-то в глубине ее души медленно разгоралось пламя, и вот гнев вспыхнул, затемнив рассудок.

— Но раз уж у вас хватило низости сказать это…

— Да, это было низко, потому, что я женюсь на Мелани. Я дурно поступил с вами и еще хуже с Мелани…Как я могу не любить вас с вашей неуемной жаждой жизни, которой я обделен? Вас, умеющую любить и ненавидеть с такой страстью, которая мне недоступна! Вы как огонь, как ветер…Что-то дикое…И я…

Скарлетт вдрг вспомнила Мелани - ее кроткие карие глаза и мечтательный взгляд, ее хрупкие маленькие ручки, ее вежливую молчаливость…Ярость закипала в ее крови.

— Да бросьте вы мне зубы заговаривать, вы просто трус! Боитесь жениться на мне! И со страху женитесь на этой маленькой жалкой Мелани! Которая, кроме "да" и "нет", слова произнести не может!

— Вы не должны говорить так о Мелани…

— Да пошли вы к черту со своей Мелани! Вы трус, вы низкий человек, вы…Вы заставили меня поверить, что женитесь на мне…

— Ну, будьте же справедливы! Разве я когда-нибудь…

Но она не желала быть справедливой, хотя и понимала, что он прав. Его поведение всегда было чисто дружеским, и только, и при мысли об этом ее гнев запылал с удвоенной силой, подогретый уязвленной женской гордостью и самолюбием. Она вешается ему на шею, а он ее знать не хочет! Он предпочел ей эту бесцветную мышку! Лучше бы он не знал о чувствах Скарлетт! Пусть бы никогда-никогда не узнал об этом - все лучше, чем так сгорать от стыда!

Ужасно не люблю разочаровывать людей. Я стала стараться для каждого из них быть такой, какой, я думаю, они хотели бы меня видеть. Но это е в корне не правильно. Никто не обязан менять себя или извиняться за то, что не оправдал чьих-то надежд. Единственный человек, которому ты должен нравится и для кого должен совершенствовать себя изо дня в день - это ты сам. Только вот я, почему-то, никак не могу заставить себя в это поверить.

Внутренний голос тут же прошептал: Ну ладно, иди отдохни. Только помни, что ты можешь убежать, но не можешь спрятаться. Когда ты проснешься все это дерьмо по-прежнему будет здесь.

— Стивен Кинг