Бывает, что-то такое вновь пробуждается где-то в кончиках пальцев, едва ощутимое электричество, нечто постукивающее в такт шагам или мыслям, иногда - совсем поверхностное, едва уловимое, а иногда яркое, терпкое, острое, что в этом крошечном промежутке между ребрами замирает, подвисает, покачивается. Это чувство, которое я не помню уже около года, по которому, оказывается, скучала. Эта внутренняя просьба, мантра
пишипишипишипишипишипишипишипиши
пиши
пиши
пиши
что если ты опять начнешь писать?
пиши
я забыла, как умела писать раньше, теперь, как мне кажется, делаю это совсем иначе. кажется, что хуже, но разве возможно - лучше, когда ты даже не вспоминал об этом целый год, а может и больше
и сразу же, с этим коротеньким словом, постукивающим у меня в голове клавишами печатной машинки, возвращается и та, утраченная, забытая способность замечать вещи
в городе, оказывается, столько всего
столько всех
утки в Обводном среди обломков льда, надеюсь, их кормят, потому что когда я прохожу мимо - у меня никогда нет с собой никакой еды
звук, когда рукавом касаешься манжета чьей-то рубашки. едва слышный, но он есть и, в зависимости от того, кому принадлежат и манжет и рубашка, всегда разный
солнце, пробивающееся через задернутые шторы, первое солнце за целый январь, как будто кто-то его ждал, кто-то знал, что оно вернется, ведь шторы-то почему-то задернуты
седая борода у преподавателя по цм, который вообще напомнил мне 11го доктора в старости, может быть нос, или глаза - почему-то, если бы действительно был где-то Доктор - у него были бы именно такие глаза. ничего особенного, просто добрые - до самой Аляски
тот запах у куртки, когда пришел домой с улицы на которой -20 градусов
то суховатое, пыльное тепло не твоего авобуса, который стоит с открытыми дверьми на остановке
и когда перед сном столько разговоров в голове, и ты вновь действительно думаешь о том, как следовало бы их записать. и те глупые вещи, которые кажутся хорошо сказанными только перед тем как заснуть, что-то вроде
— не понимаю, откуда в тебе берется столько слез
— я часто бываю на море
но не важно насколько простое или сложное, не важно утки в канале или голуби у метро, не важно сколько за день тебе скажут разных вещей - а ты запомнишь их только затем, чтобы потом перезаписать, по-другому выразить, слепить в одну большую историю или сотню маленьких, не важно, если к вечеру не сможешь вспомнить что тебе и вправду сказали настоящие люди, а что ты придумал сам
главное - это то, что оно возвращается, желание писать возвращается, а вместе с ним и то потрясающее чувство, когда вдохновение можно словить даже присаживаясь на пол прихожей, чтобы зашнуровать ботинок