жутко громко

Даша попросила подумать, а я уже все решила. все, все решила. и, почему-то, в голове сразу отъезд к Вике на дачу. куча сообщений целыми днями, почти тысяча рублей потратила за неделю на телефон. ночь со спором, который я проиграла. так и не выполнила твое условие. да и не нужно уже никому это. как я на море искала интернет, четыре дня жила без него и сходила с ума от скучания. я и сейчас скучаю, но не так. день, когда мы все решили, когда я вернулась. и это обещание "я не уйду никогда". я совсем не умею врать. и это не мешает мне жить. к чему это я? не знаю.

такое чувство, что я развела сопли из ничего. только мне нужного "ничего". через год, если не умру там или что-нибудь еще, я скорее всего удалю эту запись. да и все записи, которые связаны с тобой. очень жаль.

никогда не обижайся на человека, если он любит не тебя. ведь невозможно заставить его полюбить тебя. проверяно на себе, как говорится. просто пойми и отпусти человека, будет другой и все будет хорошо. может, не сейчас, не завтра и не через год, но точно будет. поверь и продолжай жить. не давай этому сломать тебя, ведь ты самая сильная. правда-правда. не принуждай человека быть рядом, насильно мил не будешь. нужно относиться проще к уходу человека. нужно уметь отпускать.

у меня куча мандаринок, но тебя нет. это грустно.

ненавижу, когда врут. ненавижу! не хочешь разговаривать, так и скажи, а не ври мне.

я хочу валяться на кроватке

я хочу мандаринов

я хочу, чтобы Андрей на меня не обижался

в пять лет меня впервые оставили одну дома. папа говорил, что придется через два часа, не позже. я сидела и смотрела мультики, играла в игрушки и рисовала. пока не началась гроза. сначала, я завороженно смотрела в окно, смеялась над людьми, которые прятались от осеннего дождя. было уже относительно темно, но я все равно смотрела в окно, пока раскаты грома и вспышки молнии не напугали меня. я расплакалась, папа долго не приходил, и я испугалась, что он не придет, что он заблудился. из-за этого я стала плакать еще больше. гром и молния продолжали меня пугать, и я спряталась в шкаф. я сидела там, уткнувшись в шубу и дрожала от страха. через полчаса я заснула. папа пришел и долго не мог меня найти. он кричал мое имя на всю квартиру, и не мог догадаться заглянуть в шкаф. когда он меня нашел, обнял и сказал, что никогда не уйдет больше.

сейчас я так же боюсь грозы, но папа меня больше не ищет по шкафам. он ушел, хоть и обещал не бросать меня.

похороните меня за плинтусом.
чтобы без адреса и почтового индекса.
чтобы найти можно только по памяти

я так давно не слушала the Cure, что забыла почти все их песни. сегодня их ночь.

Детство - это не возраст, а улыбка,
Если ее подарит тот, кто не знаком.
Детство - это когда пролетает снежинка,
А ты ловишь ее ртом.

через гром музыки я слышу, как вода наполняет ванную. горячая вода. я не чувствую ног от холода, и только кипяток сможет меня согреть. запомните, никакая любовь не греет. так то.

ну что ж плохие вести
моя судьба закрыта, не из-за протеста -
там не осталось места
для тех кто слеп, и кто плюет мне в сердце, не плевать не может
для тех кто оставляет грязью в нем следы подошв
для тех, кто с теми, с другими, то там, то там, наверное от скуки
для тех, чья правда жжет, и опускает мои руки вниз
тянет балластом. делая солнце дождем. и это край блядь край!
не стучите - закрыто!

я обожаю, когда нет никого дома и не будет до утра. можно запросто поплакать и никто, кроме вас, об этом не узнает.

я настолько ущербная, что даже не могу сама написать человеку, когда скучаю. потому что не хочу навязываться. если он не пишет, значит, я надоела ему. я настолько ущербна, что не могу попросить о помощи и делаю все сама. я не могу так больше. я скучаю и схожу с ума.

вот такая я идиотка.