@ksenyazima
KSENYAZIMA
OFFLINE

Ksenya Zima

Дата регистрации: 04 апреля 2011 года

…и началось

мы просто жили: смеялись, плакали, любили, предавали, занимались сексом, пили алкоголь, качались на качелях, рисовали птиц, курили марихуану, исписывали тетради, спали на парах, щурились от солнца, грустили от дождя, встречали Новый год, дарили подарки на Дни Рождения, обнимались, слушали мурлыканье кошек, играли с собаками, фотографировались везде и со всеми, слушали музыку, спорили, ругались, ненавидели, мирились и снова обнимались, уходили, знакомились, теряли вещи…и людей.

Серый океан, как и прежде, омывал эти скалы. Единственное место на земле, где не существовало горизонта, где не было никаких границ. Казалось, что мир бесконечен, так же как и человеческие чувства.

Он не наливал себе виски в бокал в каком-нибудь захудалом баре. Извините, но эта история иного оттенка. Он страдал, но по-другому, не как это принято в книгах последнего века. И да он наливал себе виски в бокал, в своей захудалой квартирке. Виниловые звуки Билли Холидала шаркали по старому паркету и тянули его за рукав рубашки в прошедшее лето. Знаете, скорее всего, эту историю вы назовете банальной, но это не значит, что она будет плохой. Ведь, в конце концов, в этом мире все имеет право быть, даже банальности.

Тот его день был таким же, как и все предыдущие в его жизни. Он проснулся не рано и не поздно, а просто утром, сделал все самые обычные утренние дела. По утрам мы все делаем одно и то же: чистим зубы, завтракаем, одеваемся и выходим за пределы квартиры или дома. Однако есть, различая в некоторых моментах. Например, кто-то встает и готовит завтрак для своей семьи, другой же пожертвовав завтраком, наслаждается утренним сексом, некоторые распивают песни в ванне, представляя, что зубная щетка это микрофон.

Тот его день был таким же, как и все предыдущие в его жизни. Он проснулся не рано и не поздно, а просто утром, сделал все самые обычные утренние дела: почистил зубы, позавтракал яичницей, покормил кота, надел джинсы и футболку, взял ключи и вышел за дверь квартиры. Не будем вдаваться в подробности, как прошел его день на работе, нам неинтересно кем он работает, да и ему самому это не интересно. Вечером он решил немного пройтись и отправился до дома пешком, а не на трамвае. Но не успел он сделать и 7 шагов как пошел дождь, и погодные условия просто затолкали его в душный вагон трамвая. Кот снова утащил куда-то наушники от плеера, и предстоящая поездка пройдет в муках. «Какая мерзкая погода, отвратительно просто. Этот хренов город, просто сжирает меня, медленно кусочек по кусочкам. Люди такие серые, словно по утрам они созваниваются и договариваются одеться в одинаковые тона. Да я и сам не особо от них выделяюсь, видимо, я тоже завербован в эту серую унылую секту» Так его мысли скользили, как старый трамвай по рельсам. Он с отвращением отвернулся от окна и его взгляд упал на девушку. «Ну конечно, на кого же еще как не на девушку, сейчас он в нее влюбится и бла бла бла»- подумали вы, ну а даже если и так, что в этом плохого? И не врите, что сами не ждете, когда такое произойдет с вами! В ней было что-то особенное, она выделялась из толпы. Хотя она как и все была одета во что-то серое и грустное. На ней были черные штаны, серая майка и бежевый плащ, но в руках у нее был ярко розовый зонт-трость. Он совершенно не подходил к ее одежде, но так ей шел. Вы когда-нибудь слышали такое? Чтобы человеку шел или не шел его собственный зонт!? Он долго смотрел на нее, не замечая, сколько остановок уже проехал трамвай. Она же заметила сразу его взгляд, и было видно, что ей нравится это. Не выдержав она встала и подошла к нему, он наконец очнулся от своего стопора и когда она поинтересовалась, не могли ли они где-то видеть друг друга раньше, его мозг начал с панической скоростью вырабатывать нужный ответ. «Нет». Двери открылись, это была ее остановка, немного помешкав, она вышла, и он уже видел в окне увозившего его трамвая, как она раскрыла свой ярко-розовый зонт.

Да бросьте, в этом мире почти каждый из нас заменяем кем-то другим. Смиритесь с этим уже и поменьше нытья. Если не ты, то кто-то иной. Кто-то другой будет на твоем месте, и о тебе редко когда вспомнят. Возможно, твое имя всплывёт случайно в разговоре или им по привычке назовут твою замену.

Однако для кого-то в этом огромном, заменяемом мире ты незаменим. Такой, какой ты есть, любая мелочь в тебе необходима кому-то, и он не согласен на замену даже самую достойную. Стоит ценить такое отношение к себе!

…а потом ты всю ночь не спишь. Думаешь все и думаешь, надумываешь себе всякой ерунды непонятно зачем. Слушаешь старые песни и, неудовлетворившись ни одной из них, нервно нажимаешь next, next, next, next. И слов то не хватает, и еще это чертво вдохновение где-то шатается. О чем можно писать в 5.38 утра? Вот именно…Знаешь, я постоянно к тебе обращаюсь, пишу тебе то, что ты никогда не увидишь и не прочтешь, не услышишь и не скажешь. Иногда я боюсь, что я изменюсь, повзрослею, стану счастливой, и ты при встрече ты меня не узнаешь. Хотя какого черта! Я обожаю давать самой себе обещания, а потом не выполнять. Я как та маленькая девочка, она всегда давала себе хорошие советы, хоть следовала им нечасто. Порой мне кажется, что этот математик описал мою жизнь далеко до моего рождения. Меня постоянно окружают странные существа. Я в какой-то вечной погоне за этим маленьким пушистым засранцем с часами, только мне плевать куда он направляется, от него мне нужно лишь мое потерянное время. Мои фантазии ни к чему хорошему меня не приведут.

Мы взрослели. Делали выводы. Поступали в университеты. Мы напивались. Совершали безумные вещи. Покупали бесчисленное количество шмоток. Выкуривали по три пачки за день, только потому что он был не совсем удачный. Покупали спиртного на вечеринку количеством больше, чем выпивают наши родители за год. Смотрели эти фильмы-однодневки, фильмы-на-всю-жизнь, фильмы-катастрофы, фильмы-блокбастеры на последних рядах любимых кинотеатров. Учили что-то перед сессией. Знакомились на одну ночь. Удаляли телефоны из записной книжки, с надеждой больше никогда не звонить абоненту. Теряли друзей. Начинали новую жизнь. Строили планы на будущий год. Дарили подарки близким. Смеялись в лицо опасности. В этом городе, который мы любим всем сердцем, и который ненавидим в глубине души. В этом городе, глядя по вечерам на пустынные улицы, думали каждый о своем. Мы просто хотели быть самостоятельными. Мы просто хотели стать старше. Мы просто хотели быть собой. Все, чтобы мы не делали, как бы отчаянно не кричали о том, что мы уже ни во что и никому не верим. Все эти планы, что строили, все те мечты, каким придавались, все это было только ради одного. Вся жизнь, все годы. Часы и месяцы. Мы искали любовь. Мы так хотим ее получить. Хотя, возможно, меньше всего и заслуживаем. Одинокие и гордые. С умными глазами. С незабываемыми улыбками. Мы все хотим влюбиться. Взаимно. Навсегда. Так красиво, так романтично, так беспечно. Как в кино. Мы можем сами себе не признаваться в этом. Можем годами смеяться над парочками, идущими за ручку, ехидничать на счет того, во что мы верим, а во что нет, упиваться своей циничностью. Но, каждую ночь, в холодной постели, когда снова не удается долго уснуть, мы возвращаемся к одной и той же мысли, которая не дает покоя.

Знаешь, мы ни черта не знаем о том, как это правильно делается. Как нам быть вместе, не уничтожив друг друга, прежде чем это сделает ядерная война. Послушай меня, тише, тише, не кричи. Я буду под твоим одеяло, я буду там, когда стекла нашей квартиры треснут от горячего воздуха. А потом мы просто исчезнем, не почувствовав боли. Ты будешь, наверное, злиться в этот момент на меня за то что, что я снова была собой. Была той, которая является всем для тебя, той, которая является Вселенной, заключенной в стенах твоей крошечной квартиры. Слышишь? Очередная атомная бомба взорвалась. Но сейчас мы несокрушимы. Мы читаем газеты в нашей постели, в наших прокуренных простынях. В холодильнике припасено пару фруктов и пакет молока. Как ты думаешь, нам хватит на вечность? Когда прогремит следующий взрыв, ты будешь любить меня, мое тело, мое сознание, каждую клетку моего тела…Ты все, что есть. Не знаю, как я могла считать минуты, часы, года? Ты научил меня жить вечностью, жить друг другом. У стены стоит холст с недописанным миром. Мы никуда не спешим, у нас вечность, чтобы закончить эту картину… А за окном в это время взрывалась очередная атомная бомба.

Вот мы лежим, и трава ласкает наши обнаженные тела.

Космос так далеко от людей, но не от нас. Мы смогли приучить Вселенную, и поселили целую галактику в районе наших легких. Мы научились дышать звездами и счастьем, у нас получилось. В их сером мире не существует нашей зеленой травы, нашей галактики.

До этого момента ничего не существовало, мир был пустым, просто альбом с чистыми листами. Потом там появилось небо, которое отражается в твоих глазах и солнце, отражающееся в моих. Нас не было, просто не существовало по отдельности друг от друга, мы появились, когда столкнулись взгляды. Понимаешь, тогда возникла целая галактика, в которой нет серого Урбана, а есть зеленая трава и солнце.

Не помню, умела ли я плакать в той, несуществующей, жизни. Твои губы нежно касаются моих плеч и я счастлива…

Рисуем классику жанра: он и она.

Наша планета покрыта океаном из дождей. Улыбаемся серому герою нашего рассказа. Обшарпаные стены комнаты в комуналке. Картина с розовой герберой повидавшая уже столько питерских стен и столько его ошибок. Некоторые намеренно рушат счастье. Идиот. Он обещал бросить курить, но это обещание было заброшено в коробку с разноцветными мелками.

Почему так страшно…тише, тише не стоит рождать эти мысли. Она делает вид, что их не существует. Человек слишком слаб, она слишком труслива.

И вот он уже стоит в тамбуре, еще одна сигареты, обещание валяется на дне коробки. А кто говорит о чувствах? Никто кроме картин, книг, музыки, глаз, фильмов, болтунов. Где-то в далеке мчатся мысли разбивая все в дребезги.

Память с жаждой поглащает его образ, каждй раз занова начинаярисовать его портрет. И как будто плевать и пусть будет что будет. Она строит свой маленький мир из блоков иллюзии. А внутри как будто ничего не трясется от страха и счастья…

Пустая комната наполнялась чем-то теплым и одновременно гадким и душным. Было ощущение, словно дым сигарет запекался в солнечных лучах. Люди за стенами своих квартир и клеток создавали свою собственную историю. Листы книги промокли от сырости и забывчивости своего обладателя. Черная ручка продолжала что-то чиркать в пустой тетради, его собственная история писалась в стенах той самой пустой комнаты. Никто не знал о существование его, его пустой комнаты и его пустой, никому неинтересной истории. Человек прсото что-то делал в своих четырех стенах. Солнце продолжало жечь никотин через два маленьких окна в стене. Одно из них было грязным и запыленным, а другое чистое и когда-то открытое на распашку, сейчас же оно было закрыто наглухо. Человек намеренно не мыл одно окно и намеренно закрыл второе. Просто ему не хотелось что бы кто-то проник в его пустую комнату через это крошечное отверстие в стене. Один раз это произошло, и с тех самых пор одно из окон стало грязным, а второе пришлось наглухо захлопнуть. Теперь лишь солнечным лучам удается пробиваться через грязь первого окна. Человек же просто сидит в своей комнате, пишет свою пустую историю и курит сигареты.

На этой планете начался хаус, пришло то время, когда следует в сумке носить зонт. Это все нелегко честно. Сезоны и минуты несутся вперед, стараясь обогнать нас. Тысячи фильмографий каждый день проходят мимо нас в шарфах по проспектам. Я даже не знаю, что сказать тебе: правду или правду, которуя создала я. Может подождем еще пару миллионов минут? Подождем солнца, которое решит все за нас. Детские рисунки мелками на асфальте напоминают о будущем.

"Все будет" - это фраза столетия. Будет небольшая квартирка с белой кроватью в спальне, будет вечно полупустой или полуполный холодильник, а на его двери будут магнитики, с каждого места, где мы были. Будет балкон с двумя велосипедами, будет вечно припасенная бутылка красного ежевичного вина, для друзей, которые приходят поболтать вечером без предупреждения. Будет маленьких Джек Рассел Терьер по кличке Фред. Будет он, буду я…В общем когда придет солнце, будет счастье.

Вот она моя Вселенная, стоит передо мной обнаженная без трусов и носков. Я не называю ее частью моей жизнью, частью моего мира, потому что она таковой не является, просто она и есть весь мой мир. Как бы я не старался мне не вырватся из этого чертого места, из этой чертовой девченки. Каждое утро она поднимается с постели, обнаженная встает перед окном и выкуривает чуть больше половины сигареты. В эти моменты, когда ее ключицы и бедра покрывает лишь солнечный свет, я осознаю, что мне не выбратся, что она медленно уничтожает меня, и я скоро сдохну. Дальше она принимает душ, рисует черные стрелки на глазах, одевается и уходит на весь день. Я понятия не имею, где она пропадает, кто с ней разговаривает, кто вдыхает запах ее духов, кто ей улыбается. Я никогда не спрашиваю, как прошел ее день, когда она поздней ночью открывает ключем дверь моей квартиры. Она просто раздевается и ложится в постель, и мы прсото занимаемся сексом. Ее тело пахнет табаком, ее сладкими духами и иногда чьими-то грязными мыслями. На утро все начинается заново: она поднимается с постели, выкуривает чуть больше половины сигареты, принимает душ, рисует черные стрелки на глазах, одевается и безмолвно уходит. Однако бывают утра, когда она ничего из этого не делает. Она прсото стоит перед зеркалом и часами рассматривает себя с грубым отвращением в глазах, подобрав под себя лодышки неприкрытые носками, читает книжку, а вечером просто забирается под одеяло и свернувшись в маленький клубочек обнимает меня, и мы прсото засыпаем.

Стихи Блока и бокалы с вином.

Чужие жизни за нашим окном.

Соленые слезы и какие-то слова,

Затем черные размытые глаза.

Дедовский "Зенит" и твоя щетина,

Кульминация того самого момента.

Руки к коленям тянутся ближе,

Слова увядают и становится тише.

Запах сырости теряется в легких

Каких-то встречных посторонних.

Нежное солнце приходило в гости,

И ты с ним садился играть в кости.

Наш мир рушился и летели кометы,

Вихрем поднимались с улиц газеты.

Атомные бомбы будили нас каждое утро,

На улицах было непривычно тихо и глухо.

Ты и я остались одни в парке и мире,

В кровати, Вселенной и нашей квартире.

Луна мерзла и грелась в нашей постели,

В это время за окном бунтовлаи метели.

Фонари засыпали ровно в 9 по Кремлю,

А я все старалась избежать слова "люблю".

KSENYAZIMA

Самые популярные посты

0

Да бросьте, в этом мире почти каждый из нас заменяем кем-то другим. Смиритесь с этим уже и поменьше нытья. Если не ты, то кто-то иной. Кт...

0

"Просто мир"

Вот она моя Вселенная, стоит передо мной обнаженная без трусов и носков. Я не называю ее частью моей жизнью, частью моего мира, потому чт...

0

а потом я просто влюбилась…

0

2.08.

Знаешь, мы ни черта не знаем о том, как это правильно делается. Как нам быть вместе, не уничтожив друг друга, прежде чем это сделает ядер...

0

судьбу ломают женщины, которых ты хочешь.

0

Все что вам непонятно, можно понимать как угодно.

Человек – отдельный микромир, мини вселенная, со своими катастрофами, со своими чудесами и концом света. Какой-то час по москов...