я верю, нас отпустит

сегодня не спи. сегодня пиши стихи.
тетрадь, карандаш и полная чашка чая.

ты знаешь, я так
давно по тебе скучаю,
что это сполна искупит мои грехи.

вроде - куда торопиться, мне повзрослеть бы, да многое бы успеть,
но я звоню тебе ночью и честно хочется зареветь,
и не шептать про стрелы Амура и прочую ерунду,
мне хочется только общую спальню и наш личный день в году.

если б ты знал, как мой город бумажный сдувает ветром, как в тонких пальцах сгорает пятая сигарета, и как в четырёх холодных стенах мне дикое снится лето, наше с тобою лето.
если б ты знал, что физической боли мало, чтобы сломать мою душу не из металла, только хрусталь разбивается от вокала боли изящной и тонкой в моей груди. как я ночами хриплю тебе "не уходи, давай попробуем просто начать сначала".
если б ты знал, как слова горячи и кратки, сколько стихов уместилось в одной тетрадке, как я хочу, чтобы ты всегда был в порядке, как я смотрю на тебя, проваливаясь сквозь пол. ты же не занят, просто не отвечаешь, я заливаю пожар внутри черным чаем, после давлюсь словами "я так скучаю". я так хочу, чтобы ты всё это прочел.

я не говорила тебе,
но август – самый грустный месяц на свете
и дело не в заканчивающемся лете
не в холодах
не в алкоголе.

мне сейчас больно.
меня сейчас кроет.

ты.
какого черта август меня всегда напоследок проверяет тобой?
ты подходишь ко мне в белой рубашке,
такой красивый,
такой живой,
обнимаешь, говоришь.
я даже не знаю, что ты мне говоришь. чеееерт.
руки дрожат, пальцы немеют, скулы сводит,
болит живот.
я белее всех снегов, мертвее всех мертвых.
я изранена, проколота, убита.
август мне доказал, что я врала всем -
для меня ничего не забыто.

ты.
пожалуйста, уходи.
не звони, как ты это обычно и делаешь.
не пиши. не смей.
мы промолчали с тобой восемьдесят пять дней
и я не умерла. как видишь мир вовсе не рухнул.
и тебе вовсе не надо знать,
почему я плачу на кухне
напиваясь от звериной тоски.

_

мои бабочки снова летают.
они все твои.
не спугни.

когда свидетели отойдут, оставят совсем одних, -
скажи, что я не из тех паскуд. что я не одна из них.
что я - не мятая простыня, победа на пять минут.
что ты не струсишь, когда меня в беседе упомянут.

Когда-нибудь я, возможно, пойму, для чего сначала сводить людей, влюблять их в друг друга, а потом через несколько дней разлучать, но пока для меня это самая большая тайна из всех остальных вселенских тайн

Slim и Костя Бес – Новелла