inside

Нельзя - сначала убивать,
Потом шептать: я не нарочно.
Нельзя все время предавать,
Потом молить: исправлюсь - точно.
Нельзя сначала принижать,
Потом просить: прости за шутку.
Нельзя трусливо убегать,
Сказав, что вышел на минутку.
Нельзя вернувшись сделать вид -
Что все как прежде остается.
Ведь жизнь на месте не стоит.
За все. всегда. платить придется.

Я понял одну вещь: чтобы любовь не прошла, в каждом должно быть что то неуловимое. Не допустить пресности – нет, это не значит подстегивать себя искусственно созданными дурацкими встрясками, просто надо уметь удивляться чуду каждого дня. Быть щедрым и не мудрить. Ты точно влюблен, когда начинаешь выдавливать зубную пасту на другую, не свою щетку.
Я узнал главное – чтобы стать счастливым, надо пережить состояние ужасной несчастливости. Если не пройти школу горя, счастье не может быть прочным. Три года живет та любовь, что не
штурмовала вершины и не побывала на дне, а свалилась с неба готовенькая. Любовь живет долго, только если каждый из любящих знает ей цену, и лучше расплатиться авансом, не то предъявят счет апостериори. Мы оказались не готовы к счастью, потому что были не приучены к несчастью. Нас ведь растили в поклонении одному богу – благополучию. Надо знать, кто ты есть и кого ты любишь. Надо завершиться самому, чтобы прожить незавершенную историю.
Я надеюсь, что лживое название этой книги вас не слишком достало: конечно, любовь живет вовсе не три года; я счастлив, что ошибся. Подумаешь – книга опубликована в издательстве «Грассе», это не значит, что в ней написана непременно правда.
Я не знаю, что готовит мне прошлое (как говаривала Саган), но иду вперед, трепеща от ужаса и восторга, потому что выбора у меня нет, вперед, не так беспечно, как прежде, но вперед, несмотря – вперед, вопреки – вперед, и клянусь вам, это прекрасно.
Фредерик Бегбедер. Любовь живёт три года.
Чудесная книга.

все заканчивается, когда-нибудь, одной смской или долгим разговором в кафе, или звонком. многие из нас когда-то произносили это "извини, мы больше не можем быть вместе." после этой фразы обычно говорят много или не говорят вовсе, но что-то происходит, кто-то расстроен, кто-то подавлен, кто-то чувствует себя плохим человеком, кто-то свободным, а кому-то наплевать. и знаете, мы забываем только одно, что когда мы начинали эти отношения, мы знали, что все когда-нибудь закончится, одной смской или долгим разговором в кафе или телефонным звонком. но мы согласились на это, чтобы просто какое-то время чувствовать себя любимыми и не одинокими.

ниоткуда с любовью, надцатого мартобря,
дорогой, уважаемый, милая, но неважно
даже кто, ибо черт лица, говоря
откровенно, не вспомнить, уже не ваш, но
и ничей верный друг вас приветствует с одного
из пяти континентов, держащегося на ковбоях;
я любил тебя больше, чем ангелов и самого,
и поэтому дальше теперь от тебя, чем от них обоих;
поздно ночью, в уснувшей долине, на самом дне,
в городке, занесенном снегом по ручку двери,
извиваясь ночью на простыне —
как не сказано ниже по крайней мере —
я взбиваю подушку мычащим "ты "
за морями, которым конца и края,
в темноте всем телом твои черты,
как безумное зеркало повторяя.

Иосиф Бродский

ладно, ладно, давай не о смысле жизни, больше вообще ни о чем таком
лучше вот о том, как в подвальном баре со стробоскопом под потолком пахнет липкой самбукой и табаком
в пятницу народу всегда битком
и красивые, пьяные и не мы выбегают курить, он в ботинках, она на цыпочках, босиком
у нее в руке босоножка со сломанным каблуком
он хохочет так, что едва не давится кадыком

черт с ним, с мироустройством, все это бессилие и гнилье
расскажи мне о том, как красивые и не мы приезжают на юг, снимают себе жилье,
как старухи передают ему миски с фруктами для нее
и какое таксисты бессовестное жулье
и как тетка снимает у них во дворе с веревки свое негнущееся белье,
деревянное от крахмала
как немного им нужно, счастье мое
как мало

расскажи мне о том, как постигший важное – одинок
как у загорелых улыбки белые, как чеснок,
и про то, как первая сигарета сбивает с ног,
если ее выкурить натощак
говори со мной о простых вещах

как пропитывают влюбленных густым мерцающим веществом
и как старики хотят продышать себе пятачок в одиночестве,
как в заиндевевшем стекле автобуса,
протереть его рукавом,
говоря о мертвом как о живом

как красивые и не мы в первый раз целуют друг друга в мочки, несмелы, робки
как они подпевают радио, стоя в пробке
как несут хоронить кота в обувной коробке
как холодную куклу, в тряпке
как на юге у них звонит, а они не снимают трубки,
чтобы не говорить, тяжело дыша, «мама, все в порядке»;
как они называют будущих сыновей всякими идиотскими именами
слишком чудесные и простые,
чтоб оказаться нами

расскажи мне, мой свет, как она забирается прямо в туфлях к нему в кровать
и читает «терезу батисту, уставшую воевать»
и закатывает глаза, чтоб не зареветь
и как люди любят себя по-всякому убивать,
чтобы не мертветь

расскажи мне о том, как он носит очки без диоптрий, чтобы казаться старше,
чтобы нравиться билетёрше,
вахтёрше,
папиной секретарше,
но когда садится обедать с друзьями и предается сплетням,
он снимает их, становясь почти семнадцатилетним

расскажи мне о том, как летние фейерверки над морем вспыхивают, потрескивая
почему та одна фотография, где вы вместе, всегда нерезкая
как одна смс делается эпиграфом
долгих лет унижения; как от злости челюсти стискиваются так, словно ты алмазы в мелкую пыль дробишь ими
почему мы всегда чудовищно переигрываем,
когда нужно казаться всем остальным счастливыми,
разлюбившими

почему у всех, кто указывает нам место, пальцы вечно в слюне и сале
почему с нами говорят на любые темы,
кроме самых насущных тем
почему никакая боль все равно не оправдывается тем,
как мы точно о ней когда-нибудь написали

расскажи мне, как те, кому нечего сообщить, любят вечеринки, где много прессы
все эти актрисы
метрессы
праздные мудотрясы
жаловаться на стрессы,
решать вопросы,
наблюдать за тем, как твои кумиры обращаются в человеческую труху
расскажи мне как на духу
почему к красивым когда-то нам приросла презрительная гримаса
почему мы куски бессонного злого мяса
или лучше о тех, у мыса

вот они сидят у самого моря в обнимку,
ладони у них в песке,
и они решают, кому идти руки мыть и спускаться вниз
просить ножик у рыбаков, чтоб порезать дыню и ананас
даже пахнут они – гвоздика или анис –
совершенно не нами
значительно лучше нас

Тебя хоть там любят?.. Скажи мне, не мучай…
Тебя хоть там любят?.. Запомни, послушай:
На всякий пожарный, на экстренный случай,
Чтоб не было трудно, я вытрясла душу…

Чтоб больше не думать и больше не помнить,
Чтоб снова тревогой тебя не изранить…
Я вытрясла душу в унынии комнат…
О Господи, дай мне короткую память!

Тебя хоть там любят? Лелеют? Целуют?
Тебя обнимают? Ты счастлив? Ты весел?
…Нет-нет, не печалюсь… Нет-нет, не тоскую:
Я вытрясла душу в унынии кресел…

Не холодно хоть? Не грустишь? Не измучен?
Зима, говорят, нынче будет суровой…
На всякий пожарный, на экстренный случай-
Я вытрясла душу в унынии слова…

Чтоб больше не выглядеть слабой и скучной.
Но помни - родных не бросают, не губят.
Но что же молчишь ты? Скажи мне, не мучай:
Тебя хоть там любят? Тебя хоть там любят?..

вот и неделя вступительных экзаменов. честно, не помню, когда последний раз была в настолько подавленном состоянии. не хочу ничего. совершенно ничего. не хочу тут жить. или где-нибудь в другом месте. хочется раствориться просто

даже не знаю, что меня может порадовать. ничто. я потеряла смысл всего.
сейчас нужно готовиться, сдавать экзамены. но зачем? всё равно то, чего я хотела, к чему стремилась, не получу. не знаю, что делать дальше.

а дальше я бы написала: "хочу, чтоб всё побыстрее закончилось". но тут я понимаю, что ничего не закончиться. это и есть начало, дальше только хуже.
безысходность

а может, "любил" - это имя существительное?
знаете, когда спрашивают, "ты любил? "
с такой интонацией "ты дебил? "

а ты еще так обреченно "да".
и с тобой все понятно.
точно любил.
полный.

Не имеет смысла называть себя уродливым, потому что мы в действительности не видим себя.мы не видим себя, когда спим в кровати, тихонько свернувшись, со вздымающейся грудью в нашем собственном ритме.
мы не видим себя, когда мы читаем книгу, а наши глаза светятся и мерцают.вы не видите себя, когда смотрите на кого-то с любовью и заботой, которые внутри вашего сердца.не существует зеркала для тех случаев, когда вы смеетесь, улыбаетесь, а счастье льется через край из вас, вы бы поняли, насколько вы яркие и красивые, если бы увидели себя в те моменты, когда вы действительно являетесь собой.

иногда мне кажется, что некоторые так назваемые люди не знают, что в их голове находится мозг. КОТОРЫМ ОКАЗЫВАЕТСЯ ЕЩЁ И МОЖНО ПОЛЬЗОВАТЬСЯ

окружай себя только теми людьми, кто будет тянуть тебя выше. просто жизнь уже полна теми, кто хочет тянуть тебя вниз.

сегодня девушки фотографируют свою голую жопу в позе раком, грудь, и жалуются, что их окружают одни мудаки. не понимая того, что на это только мудаки и ведутся. нормальный парень не клюнет на голую жопу, и уж точно жениться на такой девушке не захочет. поэтому не надо гнать на парней. вы сами виноваты в том, что к вам относятся как к вещи. если выставлять себя как блядь - то так к тебе и будут относиться. это, конечно, замечательно, что вас одарила природа прекрасными данными, но зачем показывать-то всё и всем? неужели больше никак привлечь к себе внимание нельзя? спорьте со мной сколько хотите, но я останусь при своем мнении.

иногда мне кажется, что некоторые так назваемые люди не знают, что в их голове находится мозг. КОТОРЫМ ОКАЗЫВАЕТСЯ ЕЩЁ И МОЖНО ПОЛЬЗОВАТЬСЯ

Все меняется. Меняются люди, вещи, окружение, мысли, эмоции… Меняются привычки, музыка… Ничто не остается таким, какое оно было вчера… Все меняется. Чужие становятся родными, родные чужими, друзья в прохожих, любимые в знакомых.На самом деле, меняемся мы сами, и наше восприятие всего… Что-то мы понимаем, что-то нет. Главное, не жалеть о прошлом, нужно жить настоящим, а из воспоминаний делать свои выводы. Все меняется. Как бы ни была плоха или хороша текущая ситуация, она изменится.