для важного

Вот теперь могу претендовать на должность педагога. Надо было провести открытые уроки в школе. Третий, пятый и восьмой класс. С первыми двумя трудностей в моей голове не возникало, а вот с последним… Тоже не беспокоилась. Парень какой-то должен был приехать провести. Не приехал. И вот без подготовки пришлось что-то выдумывать. Учителя еще глаза закатывали и по плечу соболезнующие хлопали, когда слышали, что я в восьмой иду. Матюковым еще каким-то пугали. Хулиган последний вроде как. Фамилия говорящая такая.. Матюков. Первая моя фраза была: "А кто тут Матюков?". Вообщем прошло все успешно. Спрашивали что-то.. Одна девочка-девушка попросила ее вконтакте найти. Прошла за свою. Нормально. ;)

В шестидесятых годах девятнадцатого века у инженера Джона Рёблинга зародилась идея постройки Бруклинского моста в Нью-Йорке. Основополагающая идея была нова, и мало кто верил в успех предприятия. Джон посвятил в свои планы сына – Вашингтона, вместе с которым он и начал строительство. Однако, вскоре – в 1869 году в результате несчастного случая Джон Рёблинг получает травму от которой умирает.

Сын Вашингтон продолжает работать над проектом. Но злой рок преследует семью Рёблингов. Через несколько лет из-за аварии в кессонной камере, Вашингтон стал жертвой кессонной болезни. Его разбил паралич. Поскольку Рёблинг был мозговым центром строительства, его отсутствие парализовало весь проект. Все были настроены чрезвычайно пессимистично из-за того, что никто не знал, как продолжать строительство. Вашингтона и его покойного отца Джона стали называть безумцами, идущими вслед за безумными фантазиями.

Однако ни злому року, ни людским насмешкам не суждено было сломить дух Вашингтона. Всё что он был в состоянии делать – это шевелить одним пальцем. Инженер решил использовать эту возможность по максимуму. Постепенно Вашингтону удалось разработать код для общения со своей женой Эмели. Касаясь подвижным пальцем ее руки, он вновь обрел возможность общаться с миром. Таким способом он стал передавать указания группе инженеров, и строительство возобновилось. В течение 13 лет Вашингтон настукивал пальцем на руке жены указания строителям. В свою очередь, Эмели не жалела сил на организацию работы инженеров и строителей. И в 1883 году президент США торжественно открыл движение по мосту. В течение 20 лет после открытия Бруклинский мост оставался самым длинным и высоким из существующих подвесных мостов.

Сегодня этот мост стоит как памятник духу человека, не побежденного обстоятельствами. Он также напоминает об инженерах, которые вопреки всеобщему мнению, верили своему вдохновителю. И, конечно же, мост является памятником любви и преданности его жены Эмели, которая 13 лет терпеливо передавала указания мужа строителям.

Я обещала тебе, что буду писать больше о том, что у меня происходит. Выполняю.)

На улице -10, идет пушистый снег. Вкусный, я как лягушка поймала одну ртом. Сижу под двумя одеялами и в шерстяных носках с красным морозным носом. Еще гнусавым смешным голосом, тебе бы понравилось. Женя вообще сказал, что я Шаляпина. Провожу вечер как одноклеточная, ну так и быть, гнусавым можно иногда. Ах, еще яблоко есть. Почти такое же, как я тебе летом приносила, только поменьше. Вспомнился твой самовар на улице, сейчас бы чайку. А лучше еще раз тот вечер, когда мы вчетвером за тем столом решали, кто берет спички, кто дрова и как поедем. Фотография того списка бережно хранится в телефоне. Этим летом обязательно выполним коварный план. Тем же составом. ;) Только еще гитару впишем. Как же мы без песенки про макдональдс.) )

Ваш психологический возраст: https://jokesland.net.ru/test/psix.php

Ваш психологический возраст равен 22. Ой, неожиданно как. Я думала, лет пять) ))

..Все помню: фонари на шторах…

Здесь - рот, глаза, дрожанье плеч

(И разноцветный писем ворох,

Напоминающий - не сжечь!)

Вы где теперь - в Крыму ли, в Ницце!

Вы далеки от зимних пург,

А мне.. Мне каждой ночью снится

Ночной, морозный Перербург.

—Георгий Иванов

Мы рассекаем друг друга мгновенно,
Нас миллионы и нам по колено. Мы курим при встрече, при встрече жмем руки. Мы сушим тела, чтобы были упруги. Мы только штанами метем по асфальту. Нам юбки измена, а платье как спальник. А я слушаю Тома Йорка про самый уличный спирит и питерский дождь рассекаю колесами мотоцикла, и если ты станешь взрослой и даже совсем не тоненькой, я буду любить тебя так же, как в наше первое лето.

Мы врем нашим мамам, отцов мы не знаем. Мы кольца на самый большой надеваем. Мы травим чернилами голые плечи, мы мерием силу ладонью, кто крепче. Целуемся в четную, узкие губы. Мы злимся, когда обзывают нас грубо, мы бьем без раздумий, с размаху и точно, по-девичьи нежно, по-девичьи сочно. А я слушаю Тома Йорка про самый уличный спирит и питерский дождь рассекаю колесами мотоцикла, и если ты станешь взрослой и даже совсем не тоненькой, я буду любить тебя так же, как в наше первое лето.

Мы любим орехи, мы белки с хвостами, мы скачем по клубам и схема простая. Сначала по пиву. потом по танцполу. И градус крепчает, дальнейшее скоро и быстро случится в кино, в туалете, на задних сиденьях, без света, на свете. Для нас не проблема. Нас больше, мы стая, и нас по-иному уже не заставишь. А я слушаю Тома Йорка про самый уличный спирит и питерский дождь рассекаю колесами мотоцикла, и если ты станешь взрослой и даже совсем не тоненькой, я буду любить тебя так же, как в наше первое лето. А я слушаю Тома Йорка про самый уличный спирит и питерский дождь рассекаю колесами мотоцикла, и если ты станешь взрослой и даже совсем не тоненькой, я буду любить тебя так же, как в наше первое лето…

—Арбенина

1

африканские детки танцуют «латину».
африканские девки, точёные спины.
африканские девки, не наглядеться,
танцуют шейк под там-тамы сердца.
горячий песок обжигает ноги,
лишь солнце расплавит мои тревоги.
я хочу танцевать, – у меня нет пары.
я хочу улететь, пока я не старый.
я икар, коль лететь, то к солнцу стремиться,
ну а если падать, – так в кровь разбиться,
иль сгореть живьём на палящем солнце!
вам, дедалам, такое – только поётся…

2

африканские детки поют zемфиру.
африканские девки, ни грамма жира.
африканские девки, нежная кожа.
я икар, я мальчик, я их моложе.
я пою бессвязно, ни тени смысла,
африканское солнце сожгло все мысли.
мне плевать на деток. мне девок мало.
поменять бы мысли. время настало.

3

африканские детки, странные танцы,
африканские девки манят остаться.
африканские девки, чёрные груди.

жаль, что ты – меня не забудешь…

P.S. спасибо одной известной

Есть такая легенда о птице, что поет лишь один раз за всю свою жизнь, зато прекраснее всех на свете. Однажды она покидает свое гнездо и летит искать куст терновника и не успокоится, пока не найдет. Среди колючих ветвей запевает она песню и бросается грудью на самый длинный, самый острый шип. И, возвышаясь над несказанной мукой, так поет, умирая, что этой ликующей песни позавидовали бы и жаворонок, и соловей. Единственная, несравненная песнь, и достается она ценою жизни. Но весь мир замирает, прислушиваясь, и сам Бог улыбается в небесах. Ибо все лучшее покупается ценою великого страдания… По крайней мере, так говорит легенда.

Птица с шипом терновника в груди повинуется непреложному закону природы; она сама не ведает, что за сила заставляет ее кинуться на острие и умереть с песней. В тот миг, когда шип пронзает ей сердце, она не думает о близкой смерти, она просто поет, поет до тех пор, пока не иссякнет голос и не оборвется дыхание. Но мы, когда бросаемся грудью на тернии, - мы знаем. Мы понимаем. И все равно - грудью на тернии. Так будет всегда.

- Колин Маккалоу "Поющие в терновнике"

"И пусть это листок тонок и беззащитен, но в это мгновение он принадлежит только тебе, ведь на нем твое имя моей ручной работы"

По культуре передача о письмах была. Строчка из письма военного к своей жене, столько нежности и любви. Мужа уже нет, а у этой женщины остались сотни его писем. Да, сотни. Каждое письмо было пронумеровано, чтобы не забыть. "…ведь на нем твое имя моей ручной работы.."

если тебе скучно:

https://balldroppings.com/js/

https://www.syfy.com/tinman/oz/

https://www.stereomood.com/

https://ru.akinator.com/
https://chatvdvoem.ru/
https://soytuaire.labuat.com/
https://www.dresden-26-gigapixels.com/dresden26GP
https://www.pixelcase.com.au/vr/2009/newyork/
https://www.acapela.tv/index.html

Под лаской плюшевого пледа
Вчерашний вызываю сон.
Что это было? Чья победа?
Кто побежден? Кто побежден?
Все передумываю снова,
Всем перемучиваюсь вновь.
В том, для чего не знаю слова,
В том, для чего не знаю слова,
Была ль любовь?

Кто был охотник? Кто добыча?
Все дьявольски наоборот.
Что понял, длительно мурлыча,
Сибирский кот, сибирский кот?
В том поединке своеволий
Кто в чьей руке был только мяч,
Чье сердце - ваше ли, мое ли,
Чье сердце - ваше ли, мое ли,
Летело вскачь?

И все-таки, что ж это было,
Чего так хочется и жаль?
Так и не знаю: победила ль?
Так и не знаю: победила ль?
Побеждена ль? Побеждена ль?

В пятницу по первому каналу закрытый показ с Александром Гордоном фильма "Короткое замыкание". Как бы не забыть.

Мороз и солнце, опять, опять.
Проснись скорее, довольно спать.
Ты видел осень в тревожном сне.
Проснись! Все было в минувшем дне.

Когда умолкнул столицы гул
И серый город во мгле заснул,
Свершилось чудо. Смотри, смотри --
Сугробы блещут в лучах зари.

Мы все грустили, томились все
О снежной, белой, святой красе.
Так трудно было вздохнуть порой,
И вот нагрянул веселый рой.

Ах, ты не видел, ты спал, когда
Зажглася в небе зимы звезда,
И белый ангел сияньем крыл
Всю землю нежно засеребрил.

Простор морозный и первый снег,
И в сердце радость нежданных нег.
Проснись скорее, довольно спать:
Зима и солнце пришли опять.
-Георгий Иванов

На заре ты ее не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит.

И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон,
И, чернеясь, бегут на плеча
Косы лентой с обеих сторон.

А вчера у окна ввечеру
Долго-долго сидела она
И следила по тучам игру,
Что, скользя, затевала луна.

И чем ярче играла луна,
И чем громче свистал соловей,
Всё бледней становилась она,
Сердце билось больней и больней.

Оттого-то на юной груди,
На ланитах так утро горит.
Не буди ж ты ее, не буди…
-А. Фет

Как долго автора вспоминала. Ночью осенило. Любимое когда-то было.

Теорию «шести рукопожатий» выдвинул в 1967 году социолог Гарвардского университета Стенли Милграм. Он утверждал, что каждый житель Земли знаком с любым другим землянином всего через шесть человек. Милграм основывался на эксперименте, который провел в городке Омаха штата Небраска: он раздал жителям 300 конвертов, которые просил передать определенному человеку в Бостоне, причем передавать конверты надо было только через своих родственников или знакомых. До бостонского адресата дошло 60 конвертов. Произведя подсчеты, Милграм определил, что в среднем каждый конверт прошел через шесть человек. Выдвинутую Милграмом теорию в июне 2006 года подтвердили математики Microsoft: изучив 30 миллиардов текстовых сообщений, посланных пользователями Интернета, они сделали вывод, что каждый житель Земли знаком с любым другим ее жителем через семь и даже шесть человек (в среднем 6,6).

Вот оно как оказывается. :)