genirator breda

если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь, я нарисовал бы кучу надкусанных конфет без фантиков. я искал ту, с моей любимой начинкой. искал так, как делаю все, за что ни возьмусь: быстро, жадно и бестолково. и вот, остановившись, я думаю: а существует ли та конфета, или я просто терпеть не могу сладкое?

(с) А. Ривелотэ

внезапно не становятся чужими,
нельзя перечеркнуть, и — пустота.
два сердца в одинаковом режиме
как будто перестали биться в такт.

как будто подменили человека,
которого ты знала от и до.
как будто за плечами нет пробега,
и свито не уютное гнездо

а что-то вроде Вавилонской башни.
достроить ли? разрушить в пух и прах?
молчать вдвоем невыносимо страшно
на абсолютно разных языках.

внезапно не становятся чужими,
нельзя перечеркнуть. а, если да,
то значит, что и не были родными…
обидно, но, по сути, никогда.

Р. Рождественский

Если вы есть – будьте первыми,
Первыми, кем бы вы ни были.
Из песен – лучшими песнями,
Из книг – настоящими книгами.

Первыми будте и только!
Пенными, как моря.
Лучше второго художника
Первый маляр.

Спросят вас оробело:
“Кто же тогда останется,
Если все будут первыми,
Кто пойдет в замыкающих?”

А вы трусливых не слушайте,
Вы их сдуйте как пену,
Если вы есть – будьте лучшими,
Если вы есть – будьте первыми!

Если вы есть – попробуйте
Гореч зеленых побегов,
Примериваясь, потрогайте
Великую ношу первых.

Как самое неизбежное
Взвалите ее на плечи.
Если вы есть – будьте первыми,
Первым труднее и легче!

когда на песке рисуешь круг
все время выходил овал
я тебя не любил тогда
но зачем-то ревновал

• Знаешь, в чём настоящая причина того, что я тебя не трахнул? — кажется, мне по правде охота, чтобы ты мне нравилась.
• Зачем мне подобные развлечения? Да просто так. Когда понимаешь, что все бессмысленно, тебе уже все равно, чем заниматься.
• Все дело в том, что мужчина, воспитанный матерью-одиночкой, женат уже от рождения. Я не знаю, как это объяснить, но пока твоя мать жива, тебе кажется, что все остальныеженщины, которые появляются в твоей жизни, не могут быть чем-то большим, чем просто любовницы.
• Если приходится выбирать между быть любимым и быть уязвимым, чувствительным и ранимым, тогда оставьте свою любовь при себе.
• Я не злой. Я просто не боюсь говорить людям жестокую и неприятную правду. Мы живем в жестоком и неприятном мире.
• Я не злой. Я просто не боюсь говорить людям жестокую и неприятную правду. Мы живем в жестоком и неприятном мире.
• Не то, чтоб я был очень хороший друг. Я скорее заботливый врач, который сам, по собственному почину, выправляет вам позвонки раз неделю.
• «Жемэ вю» — французская противоположность для дежа вю, когда тебе все незнакомы, не важно насколько ты считал, будто хорошо знаешь их.
• Множество законов, охраняющих нашу безопасность — эти же самые законы обрекают нас на скуку.
• Сколько бы мы ни прикалывались над разными вещами, это не делает мир лучше ни на грамм. Мы провели столько времени, высмеивая созданное другими людьми, что сами создали очень и очень мало.
• Ныть — это не создавать что-то. Восставать — не восстанавливать. Высмеивать — не возмещать.
• Без доступа к хаосу не может быть истинного порядка.
• Смешно и грустно, — продолжает Пэйж. — То, как мы не можем ужиться с вещами, которые не в силах понять. То, как мы берём и отвергаем что-то, если не можем найти ему объяснение.
• Тот, кто забывает прошлое, вынужден повторять его.
• Плакать — это нормально, если слёзы не настоящие.
• Да, мужики твердят, что они очень рады, что им не надо рожать, проходить через всю эту боль, истекать кровью… Но на самом деле все проще. Как говорится, кишка тонка. Не дозрели еще. Мужики просто физически не способны на этот немыслимый подвиг. Физическая сила, способность к абстрактному и логическому мышлению, половой член – все преимущества, которые вроде как есть у мужчин, это лишь видимость. Половым членом даже гвоздя не забьешь. Женщины – более развитые существа. Никакого равенства полов нет и не может быть. Когда мужчины начнут рожать, вот тогда можно будет говорить о равенстве.
• Забавно, правда: женщины, которые рядом, — о них ты не думаешь. Зато ты не можешь забыть тех женщин, которых ты потерял или которых еще не имел.
• Ребёнок – это же не собаку завести. Я хочу сказать, дети живут очень долго, братан.
• Человек готов через обруч прыгать, ему только дай почувствовать себя богом.

Любовь не имеет ничего общего с сердцем — этим мерзким органом, качающим кровь. Любовь первым делом сдавливает легкие. глупо говорить: «у меня разбито сердце», нужно выражаться точнее: " у меня сдавило легкие". легкие — самый романтичный из человеческих органов.

Фредерик Бегбедер, "99 франков "

— Вот вы — как решили стать врачом?
Пэйж пожимает плечами:
— Нужно же на что-то было выменять свою юность…

ты выбираешь женщину рассудком,
не сердцем и не голосом души.
от этого мне делается жутко:
как так умеют люди, расскажи?

она должна быть стройной и покорной,
предельно ясной в мыслях и словах,
и волосы, постриженные ровно,
должны лежать покорно на плечах.

она должна всегда вставать с рассветом,
готовить чай и поливать цветы,
и соблюдать любые этикеты,
в любое время, как захочешь ты!

но эта не пойдет к тебе босая,
по снегу дожидаться у ворот!
не будет мокнуть, стоя у трамвая,
забыв в квартире курточку и зонт!

не постучится в дверь в ночи глубокой,
сказать, что без тебя нельзя дышать!
и если надо станет очень строгой,
и если надо - доброй, словно мать!

и горько мне от этой дешевизны;
набрав в ладонь посредственный букет,

ты выбираешь женщину для жизни,
как выбирают пищу на обед.

не ищите мудрых знаков

в собственном бреду

Вы имели ее раком

она Вас - ввиду

Вы болтали с ней о вечном

а она - ногой

Вы казались безупречным

а она - Ягой

И счастливо оставаться

Вы опять один

трудно барышням влюбляться

в правильных мужчин

Трудно дышать
То ли от насморка,
То ли от того, что ты - предатель.
Перебираю письма мятые,
Из друзей только чай с мятой.
Я не помню когда засыпал
От того, что хочу спать.
Засыпаю не словами, не..
Теперь только заварку в чайник.
Скажи, что "нечаянно",
Что-нибудь пообещай.
Оправдай..
Я не хочу ненавидеть,
ты же видишь.
Меня, веришь, будит только будильник.
И скоро всё будет стабильно.
Я куплю куклу, как ты, красивую,
Буду ездить в такси,
И травиться токсинами.
Буду жить.
А если повезет,
Жить и знать, что ты там счастливая.
Вадим Эмилевский

Куда по смерти душу примут,
я с Богом торга не веду;
в раю намного мягче климат,
но лучше общество в аду.

Губерман

Ты готов просыпаться со мною, с такой лохматой,
Отдавать мне футболки свои по ночам, как пижаму?
Ты готов ли к тому, что я злая ругаюсь матом,
А в субботу зову на шарлотку любимую маму?

Ты готов вечно слушать нытье про коллег занудных,
Про подруг у которых не ладится в личной жизни?
Ты согласен на то, что порой становлюсь безрассудной?
И меня посещают совсем нездоровые мысли.

Ты готов меня видеть в белье и немного странной,
Ты готов каждый день видеть все лишь одно и то же,
Ждать меня по утрам два часа, пока выйду из ванной,
И уже опоздав бегать голой с гусиной кожей.

И встречать меня возле дома, но злую с работы,
И выслушивать, что наш начальник индюк полнейший.
Но молчать, хотя слышишь наверное раз в сотый,
И твердить, что наверное я там сотрудник важнейший.

Если так, то прими это все и душой и сердцем,
Если так, я, наверное, выбрала верно тогда.
Я пришла ни на день, ни на месяц в твой дом погреться.
Если все же готов, значит я прихожу навсегда.

Оксана Чехалина

и гири, что у меня на сердце,
в сотни раз тяжелее штанги.
я думала ты вернешься.
но возвращаются лишь бумеранги.

Герда сделала дреды, надела кеды,
Выкурила первую /ей похуй, что вредно/
Герда стала стервой, вскрыла Каю вены,
Сожгла Снежную королеву, напилась в таверне.
Герда предпочла ванили цедру, розам - вербу. Предпочла не снизу, а сверху.
Герда убила в себе герду

мам, прости.
мне правда не хочется чая.
эта осень меня дождями перекричала,
солнцем слепила,
но не грела.

мама, разве тебе есть дело
до всего, что я написала за это лето
эту осень
и эту жизнь?
никто мной не дорожит

мои мечты превратились в залежи белой бумаги
и воздушные замки под снос.
мам, не принимай всерьез:
у твоей никудышной дочери
синдром хронического одиночества,
дистония
и ко всему прочему
она нестойкая и неточная
шаткой поступью по обочине
чужих снов,
чужих весен, стихов и судеб.
мама, что со мной будет?
(ты меня слышишь?)

эта осень солнцем целует крыши,
а меня даже обнять некому.
одиночество делает нас калеками бессердечными.
мама, никто не звонит мне вечером,
чтобы просто услышать голос.

я сдыхаю – и это давно не новость.
холодом рвусь

спасибо.
чая совсем не хочется.