Обнаружила на рабочем столе странный вордовский документ под названием «ап». Открыла и увидела обзор событий две тысячи восемнадцатого года, который писала полгода назад в конце декабря. Перечитала все от начала до конца, вспомнила с каким трудом мне давалось каждое слово и поняла, почему не захотела выкладывать его в свое время. Опубликовываю здесь только весну и лето, чтобы удалить этот текст навсегда. Сохранить только эти события, как напоминание о том, что это было, потому что иногда мне кажется, что это было не со мной, а с кем-то другим. Как будто этого года не было в моей жизни. И как бы мне не хотелось это признавать, но я все еще чувствую то время и оно все еще отзывается в моем настоящем неприятными эмоциями.
Апрель. «Когда Вы пришлете мне свой диплом?». «Скоро», - отвечаю я. В папке «Диплом» пылится под глава один точка один. Он получает права и мы колесим с ним по городу. Гуляем по площади. По большей части сидим в машине и разговариваем. Я не понимаю, что происходит: иногда возвращаясь домой после времени с ним, я сползаю по стенке и начинаю реветь. Кнут, пряник, кнут, кнут, кнут. «Мне так страшно тебя потерять, я слишком сильно к тебе привязался». Настя смотрит на меня со страхом: «С каких пор ты так похудела?». В конце марта, - думаю про себя, - я носила юбки и они не спадали. Две поездки на шашлыки: первая с ними, не самая удачная, удачным был кинотеатр на открытом воздухе до пяти часов утра после. Вторая – наша, машина умирает от отсутствия антифриза, мы застреваем в глухой деревушке, за нами гонится раздосадованная бабуля, я в голос смеюсь, вытирая рукавом толстовки его измазанное углем лицо. Мой непроходящий кашель и бесцветный выжатый голос не на шутку пугают Таню, к слову только её. Он уезжает домой, перед этим дарит мне красивый серебряный браслет. Начинаются проблемы со сном. После свадьбы сестры его друга пишет мне пьяное сообщение, очень четко о чувствах, пусть и с тысячей ошибок.
Май. Откладываю диплом на непростительные сроки. Еду в город у моря в поисках платья к выпускному. Никакое платье не хочет красиво на мне сидеть. Я игнорирую свои тонкие руки и ноги. Почти на целый месяц приезжают сестра и её парень – мой исцеляющий эликсир. Девятое мая – я радуюсь, что знаю его. Днями позднее друзья на расстоянии пытаются собрать меня по частям. Последний разговор с Вовой. Я бы очень сожалела, если бы не сказала. «Твой голос словно лекарство, только слушая тебя мне становится легче». Он отвечает мне мягким смехом, последнее что я от него слышала, потому что больше мы не будем созваниваться. Я не сплю. Плачу. Кашляю. Продолжаю терять вес. Он приезжает в последний раз чувствуя себя виноватым (после он не будет). Мы не расстаемся, этой же ночью, лежа на крыше машины замечаем падающую звезду: «Ты видела?!» - спрашивает он, широко улыбаясь, - «Нам с тобой не нужно расставаться». «Я не хочу тебя терять, Саша». Все снова хорошо. Какое это по счету заблуждение? Таня гонит меня в больницу, её пугают состояние моего здоровья и кашель. После нескольких несдержанных обещаний я все-таки иду. После хороших результатов анализов, врачи не могут выявить причину, гонят провериться на онкологию и туберкулез. Истерика в тетиной квартире, она находит причину кашля (аллергическое), с её помощью мне становится лучше. Выпускной: я смотрю на себя в зеркало и вижу пустоту. Ресторан, крепкие напитки, мой совершенно не мой голос. Он забирает меня после и мы с моими одногруппницами едем к Маше, засыпаем последними. Ссоры с мамой. На грани провалить зачет по медицине: «У вас слишком много амбиций, а знаний ноль». Разочарование моего научного руководителя бьет сильнее всего: я собираю все свои силы и наконец-то работаю на диплом. Первая атака тревожности. Мой исцеляющий эликсир уезжает. Слишком остро ощущаю их отсутствие.
Июнь. Мне плохо каждый раз, когда мы вместе. Плохо в его отсутствие. Я лгу и избегаю встреч, в попытке восстановиться. Близкие друзья волнуются. Они все понимают. Я выжата и не чувствую в себе сил. Не чувствую радости. Не испытываю потребности в еде. Он продолжает делать все, что делал. Мои чувства и мое состояние ничего для него не значат. Она демонстрирует мне это в социальных сетях. «Тебе показалось», «Я этого не делал», «Хватит уже». 15-го числа утром думаю, что проблема во мне, 15-го числа под вечер снова вижу все это – здесь впервые чувствую под собой дно, осознаю, что это конец. Пишу Тане. В этот же день он показывает мне свое настоящее «Я», уже не заглаживая углы. «Ты что охерела?». Удар. Слова, не значащие и не стоящие ничего. Финиш. Бегу домой и плачу всю ночь, чувствую себя одинокой и раздавленной. Друзья снова собирают меня по частям. Их любовь, тепло, участие, звонки помогают мне пережить удушающий июнь. А потом и июль, и август. Все летние месяцы я будто бы проходила курсы терапии в санатории. Проблемы со сном и кошмары. Слезы и злость. Атаки тревожности, которая преследовала меня каждый день с самого утра и до самого вечера. Осознаю все происходившее и не верю.
Страх ходил за мной по пятам.
Одной ночью было плохо настолько, что хотелось поскорее заснуть, чтобы не чувствовать. Виталя читал мне книгу и дополнял ее своими комментариями, чтобы я хоть немного поспала.
Защищаю выстраданный диплом на отлично. Наполняю свои будни любимыми вещами. Не отказываю себе в отдыхе. Разговариваю с друзьями. Впервые начинаю относиться к себе с максимальной заботой. Перестаю куда-либо бежать. Узнаю, что поступила в магистратуру на гуманитарное направление, администрация из экономического переманивает меня к ним. Очень много гуляю в одиночестве. В страхе оглядываюсь на все черные машины.
