Alaska

никчёмная грусть в замёрзших кварталах. стеклянные взгляды простуженных окон.
уставшие звуки каблучных металлов.
ты есть. тебя нет.
а я помню твой локон тёмно-карий,
как чай. сильный чай горьковатый.
сильнее тебя и меня, вместе взятых.
и какого чёрта мы закончились этой абра-кадаброй? а после тебя как чебурашка без гены как вампиру-вербена как тв без антенны как всем феям без фена как минор без рефрена как молчать о проблемах. молчу: напились понедельники в прокуренные вторники, когда преподаватели твердили пресным школьникам о лести и разбойниках. о чём-то в треугольниках, о мгле и преступлениях, - виной всему Раскольников. да к черту этих школьников, и острых треугольников. поговорим о нас, невольник я. твоих проколотых ушей, мы вечные повторники чужих историй и имен, что прячутся во дворике тебе со мной никак. а мне с тобой- до коликов, но нету больше нас, есть ты и я. и вторники. и вторники, конечно. я снова выльюсь в сборники, я буду посвящать тебе хореи, ямбы, дольники. тебе и о тебе. тебе и для тебя. запомни-ка. до рвоты помнить все твои черты и подоконники. всех твоих грёбанных заносчивых поклонников. о нашей еле дышащей любви, что посыпали дворники песками рваными. прочти попозже в соннике, к чему мне снишься ты. вся такая алкогольная. кислородовая. с вальяжной грацией, мечтающая всё ещё свалить куда-нибудь во францию. плеоназмы, тавтология и гиперболизация, поэтому лишь ты, еще раз ты и так еще раз двадцать. не было причины, чтобы не прощаться, встречаться, расставаться, не бояться, оставаться. говорить об итальянцах, мексиканцах и голландцах. лишь бы говорить с тобой. а может, целоваться. расстанемся на станции. поврём о пунктуации и я поставлю точку тут, сказав, что больше не люблю. но. по щучьему велению, по моему хотению я люблю тебя, к сожалению.
и только ради бога, не спрашивай меня, почему дворники не подметают дождь.
когда он разбивается об асфальт.

" Каждой сказке нужен хороший старомодный злодей "

Почему слезы соленые?Этот вкус невозможно спутать ни с каким другим.
Даже не верится, что одна железа вырабатывает столько соленой воды.
А если собрать слезы всех тех, кому жизнь солона,
возможно, образовалось бы море — а то и океан.

Януш Леон Вишневский.

(День 154):

— Я думаю.. Нет, точно - я люблю Саммер.
Я люблю её улыбку, люблю волосы, люблю колени,
люблю родинку в форме сердечка у плеча,
люблю её манеру облизывать губы губы перед тем, как что-то сказать,
люблю её смех, люблю как она выглядит, когда спит,
люблю, что слышится эта песня(Patrick Swayse - She Is Like The Wind),
когда думаю о ней, она во мне вызывает чувство,
как.. не знаю.. как-будто на свете стоит жить и.. и жизнь прекрасна..

(День 322):

— Ненавижу Саммер.
Ненавижу её кривые зубы.Её стрижку в стиле шестидесятых.
Её шишковатые колени. Ненавижу похожее на клопа пятно у её плеча.
То, как она чмокает губами перед тем, как заговорить.
И то, как звучит её смех.. НЕНАВИЖУ ЭТУ ПЕСНЮ!!!

"Вы думали, что я не захочу за него выйти?"гневно раздувая ноздри, спросила Флер.
" Что меня инте'гесует одна его внешность?
По-моему, моей к'гасоты вполне хватит на нас обоих!
А все эти ш'гамы показывают только, как отважен мой муж! "

просто есть люди, которые тебя поддержат.
и мир слишком заманчив и интересен, чтобы из него уходить.

Были он и она, сейчас один и одна
Мысли прогнал, отошел от окна, смирился.
Теперь так можно говорить о нас между ними,
Равнина без края, пропасть, бездна.

Не устану погибать от любви,
Ядовитой на вид…
В небеса для двоих,
Ты меня позови.

Девственницы-самоубийцы

"Я почти почувствовала, что они (сестры) как пыль на ветру, они прожили так мало и пропали… как будто они никогда не были настоящими, они как ангелы для этих мальчиков. Они отражались в глазах юношей, … и всегда были эдакими бесплотными неуловимыми девушками".

Кирстен Данст

Картины с двойным смыслом Олега Шупляка

Украинский художник Олег Шупляк пишет маслом картины с оптическими иллюзиями. Олегу Шупляку 44 года и по образованию он архитектор. Но свою жизнь он посвятил не проектированию зданий и сооружений, а живописи и преподаванию. Работал учителем рисования в своем родном селе, сейчас преподает рисунок и живопись в детской художественной школе небольшого украинского городка Бережаны. А параллельно Шупляк является членом Союза художников Украины, творит в жанрах ассоциативного символизма, сюрреализма и абстракционизма, участвует в коллективных и устраивает персональные выставки в Украине и странах Европы. Его картины - это художественные оптические иллюзии, при рассмотрении которых обнаруживается скрытый смысл: за фигурой читающей девушки скрывается голова Сальвадора Дали, за осенними листьями - птичка, а за купающейся обнаженными парой - силуэт Фрейда.

Мы не совершенны. Каждый из нас.
Мы совершаем ошибки, у нас бывают поражения,
но затем мы прощаем и идём вперед.

The Last Song

Эффи?Эффи Бряк? Фешенебельно! Конечно, чересчур мила и юна, но это сугубо мое мнение. А в целом очень клёво. Ждем март))

В начале, мой экран черный. Затем крошечная искра мерцает в центре. Она растет, распространяется, тихо поедая темноту до тех пор, пока весь экран не начинает гореть пламенем, столь реально и интенсивно, что я представляю и чувствую тепло, исходящее, от него. Появляется изображение моей брошки-сойки-пересмешницы, пылающее красным золотом. Глубокий, резонирующий голос, который часто посещает мои сны, начинает говорить. Клавдиу Темпесминт, официальный директор Голодных Игр говорит, " Китнисс Евердин, девочка, которая была в огне, обожглась.

Мы с камерой, наблюдаем за сгорающим самолетом на крыше склада. Строгая печать Капитолия на крыле, которая расплавляется, возвращая изображение моего лица, кричащего на президента. Огонь пойман! И если мы сгорим, то вы сгорите вместе с нами!" И вновь пламя захватывает весь экран. Солидными черными буквами добавлены слова:
ЕСЛИ МЫ СГОРИМ, ТО ВЫ СГОРИТЕ ВМЕСТЕ С НАМИ.

Когда влюблён, и приходится
расстаться, -любовь не проходит,
она живёт, но уже в другом измерении…

— Я думаю, свернуть тебе шею или только спустить тебя с лестницы.
Ты хоть представляешь, что делает тюрьма с человеком?
Ну разумеется, нет. Тебе было приятно думать о том, что я сижу?
— Нет..
— Но ты не пыталась изменить это?
— Нет.
— Ты считаешь, что я насильник?
— Нет.
— А тогда считала?
— Да, то есть и да и нет..
— А почему теперь так уверена?
— Стала старше..
— Старше?!
— Мне было 13..
— А сколько тебе должно быть лет, чтобы ты могла отличить белое от черного?!
Сейчас тебе 18? Тебе надо было дорасти до 18, чтобы признаться, что лгала?!
Солдаты в 18 уже достаточно взрослые, чтобы умирать, ты знаешь это?!
— Да..
— Пять лет назад ты ни о какой правде не думала!
Ты и твоя семья думали, сколько его не учи,
он всё равно останется прислугой и также не достоин доверия!
И тогда с твоей помощью они бросили меня в пасть этой грёбаной своре!!!

Обретенные любовью. Разлученные страхом. Спасенные надеждой.

А что ты?

Он держит тебя за руку, поглаживая большим пальцем твою хрупкую,
по сравнению с ним, ладонь. Прячет выпавшую прядь волос тебе за ухо.
В его взгляде читается все- почтение, обожание, поклонение.
Ночью он так нежен, ненасытен, что хочется разрыдаться от переполняющего
тебя счастья. Вечера перед телевизором, голова у него на плече.
Рядом с ним тебе хочется быть еще лучше..
Обнимает, а тебе мало, хочется вжаться в него, войти в него и раствориться.
Он обещает быть рядом вечно. Ты- единственная кто может сделать его счастливым.
А что ты? А ты веришь.

Проходит время…
Он держит тебя за руку, небрежно, скорее, по привычке, чем по собственному желанию. Прячет взгляд. Ты ничего не можешь понять. Абсурд.
Ночью, это похоже, на принудительный акт, скорее отстреляться и отвернуться к стене.
Вечера все так же перед телевизором, но без него. Он позвонил и сказал,
что встретил старого знакомого, и они решили пропустить по одной.
Тебе просто хочется быть рядом с ним.
Обнимает, а тебе холодно, и от этого становится страшно.
Он ничего не обещает, лишь говорит, что все как прежде, ты все преувеличиваешь.
Ты - единственная у него, и хватит его раздражать этими разговорами.
А что ты? А ты веришь.

Проходит время…
Очередной вечер перед телевизором. А он не звонит. И ты все понимаешь.
Больно, он унес с собой ту часть тебя, что в нем растворилась.
В замен не оставив ничего.

Проходит время…
Кто-то другой держит тебя за руку, поглаживая большим пальцем твою хрупкую,
по сравнению с ним, ладонь. Прячет выпавшую прядь волос тебе за ухо.
В его взгляде читается все- почтение, обожание, поклонение.
Ночью он так нежен, ненасытен, тебе с ним хорошо.
Вечера перед телевизором. Уютно.
Он обещает быть рядом вечно. Ты - единственная кто может сделать его счастливым.
А ты что? А ты уже никому не веришь.