Hello, Harry

А я продолжаю рассказывать о нашем выступлении!

Я пересмотрела запись уже раз десять, обнаружила множество недочетов, но до сих пор пребываю в эйфории! Это было так круто, что слов не хватает, чтобы описать мои эмоции! В чем была суть нашего номера? Всё предельно просто. Кто смотрел мюзикл « Чикаго » и секстет жизнерадостных убийц, которые цбили своих возлюбленных? Так вот мы переписали слова на филологический манер и вышло следующее (на своем примере)

"У меня был один - Дмитрий. Он был красив, учтив, нежен и галантен. Я, наверное, любила его. Он во многом был идеален, но был у него один маленький недостаток - он неправильно расставлял ударения. Постоянно говорил "тортЫ вместо тОрты, красивЕе вместо красИвее. Я терпела. Надеялась, он исправится. Но вот однажды, заканчивая наш телефонный разговор, он спросил: "Ты мне перезвОнишь?"… Это была самая короткая влюбленность в моей жизни "

______________________________

Такой тонкий филологический юмор :) При чем, за время подготовки (дней десять), мы притерлись к тому, что говорим, и даже забыли, что это шутки. Так что во время выступления, когда зал начал хохотать, мы даже удивились!

Выложу несколько фото моих дорогих девушек. Нажмите на фото - будет большой вариант. Посмотрите, сколько страсти! На репетициях мы такого эффекта ни разу не добились!

(Фото Павла Куна)

Отдельное спасибо хочется сказать Владимиру и Александру - моим бывшим одноклассникам, которые согласились принять участие во всем этом, хотя их никто не заставлял. Они просто захотели нам помочь!

А еще самое интересное, что вчера мне два других моих школьных товарища написали, что они тоже были бы не против побыть на месте Саши и Вовы. Вот такие у меня замечательные одноклассники!

(Фото Яны Астафуровой)

Нас последние два дня все поздравляют, это триумф! А как радовался наш декан! Кажется, весь филфак пришел за нас болеть! НЕОПИСУЕМО ПРОСТО!

Что еще написать? Я так все расхвалила, что, возможно, посмотрев само выступление, вы останетесь недовольны, но это потому, что вы не были там и не могли прочувствовать всю энергетику происходящего. Но не страшно! Если хотите, можете посмотреть видео:

ВИДЕО (Х)

Целую, ваша NancyChipmunk

Спасибо Яне за это

УРА!!!! Тройное урраааа!

МЫ ВЫИГРАЛИ В КОНКУРСЕ СУПЕР-ГРУППА 2012!!!! МЫ ЛУЧШЕ ВСЕХ!!!

Я так рада прямо сейчас! Я ТАК БЕЗУМНО РАДА ЭТОМУ! Мы так долго шли к этой победе, так готовились, так ругались! Я два дня даже компьютер не включала – была занята! НО ЭТО ТОГО СТОИЛО!!!
Наш номер был настолько зрелищным, что просто УМЕРЕТЬ НЕ ВСТАТЬ! На днях я скину анимации или видео.
МЫ БЫЛИ ОФИГЕННЫ, СКАЖУ Я ВАМ! Просто ащщщ :)

_____________

А еще нас пригралили на РЕКТОРСКУЮ ЕЛКУ, на которую приглашают только самых лучших! И мы поедем в Тюмень на съезд лучших групп округа ДАА!!!! :)

А ведь все началось с коротенького имэйджина про Лиама на 8 марта…

(via nancychipmunk)

Шипперы Хейлор:
" Их любовь настоящая! Это не пиар! "

Я:

(via nancychipmunk)

Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5(1)

Глава 5, часть 2

— Привет, я Нэнси, - неловко улыбнувшись, сказала Нэнси.
- Привет, а я Найл, - тоже робко улыбаясь, ответил Найл.
Было так приятно смотреть на этого милого парня, что Настя на секунду забыла про свое недавнее разочарование, только уселась поудобнее и снова посмотрела на Найла. Она знала его по фотографиям и бурным, нелогичным, смешным рассказам Гарри, но лично знакома не была. Однако такое положительное впечатление Найл Хоран произвел даже не потому, что был популярен, а потому что он сам был таким – забавным и хорошеньким.
Но тут, нарушая идиллию, с переднего сидения раздался мелодичный красивый голос:
- Здр’авствуй. Ты, должно быть, Нэнс.
Настя вскинула голову и встретилась взглядом с другими голубыми глазами. Совершенно отличными от глаз Найла.
Это была Жамиль. Как будто только что сошедшая с модного подиума, она сидела, повернув голову, и с насмешливым недружелюбием смотрела на Настю. Ее русые волосы были приподняты у корней и выпрямлены; точно очерченные брови, черные, как смоль ресницы. На ней было надето алое шифоновое платье необычного кроя, явно дизайнерское, и коротенькая черная курточка.
Настя почувствовала себя не в своей тарелке рядом с такой красавицей. Немудрено, что Гарри в нее влюбился, ее внешность к этому более чем располагала. Но, вопреки внутреннему смущению, Нэнс сдержанно ответила:
- Да, я Нэнси. А ты – Жамиль.
- Да, - причмокнув губами, по-французски ответила Жамиль. – Ну что, Нэнс, Гар’и много р’ассказывал о тебе.
Было настолько странно слышать эту вариацию своего имени не из уст Стайлза, что Настя, сжав волю в кулак, сказала:
- Называй меня, Нэнси, пожалуйста. И да, мне Гарри тоже много о тебе говорил.
Тут Стайлз, который в это время обходил автомобиль, открыл дверцу и сел на свое место, благоговейно положив свои большие ладони на руль.
- О, моя красавица, - промурлыкал он, обращаясь к панели скоростей. Настя это поняла, а вот Жамиль – нет. Она прильнула виском к изголовью, потянула изящную руку с золотым брастелетиком на запястье и положила ее на бедро Гарри. Эти жесты были настолько знакомы Насте еще со времен, когда она жила в России. Видимо, девушки всех страны одинаково показывают мнимым соперницам свое превосходство.
Пронаблюдав за этим движением француженки, Настя заметила краем глаза легкое движение слева от нее. Она глянула на Найла, он глянул на нее, и они оба очень похоже усмехнулись. Хоран даже отвернулся к окошку, чтобы никто больше не увидел его улыбки, а Настя незаметно прижала ладонь ко рту. Так смешно было наблюдать, как такая красивая девушка ведет себя так до глупости ревниво. И вот такое легкомысленное и ехидное отношение к ситуации очень сблизило еще почти незнакомых Найла и Нэнс.
- Ну что, девочки, вы уже познакомились?
- Да, - за обеих ответила Жамиль, не отнимая руки от бедра Стайлза.
- Нэнс, а это Найл, Найл…
- Мы поняли, - одновременно произнесли эти двое.
- Тебе, кстати, очень идут брекиты, - честно сказала Настя.
- А мне кажется, что они не очень, - усомнился Найл.
- Очень даже очень! Вот те, которые раньше стояли у меня, были ужасны, а тебе идет.
- У тебя тоже были брекиты? – оживился Найл.
- Да, я с ними четыре года проходила.
- Ого, бедная! Кстати, ты здорово выглядишь. Мне нравятся твои сережки.
- Отлично, я сделала комплимент твоим брекитам, а ты – моим серьгам, - Настя улыбнулась.
- Дай пять, бро, - и Найл протянул ей руку ладонью вверх. Настя весело шлепнула по ней своей ладонью.
- Смотрю, вы подружились? – спросил Гарри. – Это хорошо. Надеюсь, Нэнс, ты не обижаешься, что так вышло…
- С чего это Нэнс обижаться? – подала голос Жамиль. Ее голос звучал весело и звонко, но в нем слышалась сталь.
- Нэнси, - еще раз поправила Настя.
- Нэнси, - нарочито протянув «э», сказала Жамиль, а потом промурлыкала: - Милый, твоя машина просто невероятная. Она так тебе идет.
- Да, ты уже говорила. А вот Нэнс считает, что она не очень.
- Я так не считаю! – возразила Настя. – Просто я не в восторге от спортивных машин.
- А я – в восторге, - отрезала француженка.
- Молодец, - себе под нос пробурчала Настя. По-русски. Она заметила, что Найл наклонился к ней, и тут над ее ухом прозвучал его голос:
- Она не хотела ехать на эту вечеринку. Но когда узнала, что Гарри позвал тебя, то сразу согласилась.
- Серьезно? – одними губами осведомилась Настя.
- Ага, - кивнул Найл, снова садясь ровно. И добавил: - Надеюсь, на этой вечеринке будут не только эти невесомые канапе. Я голодный.
- Там не будет шведского стола, - зачем-то вставила Жамиль. – Мы идем веселиться, а не есть.
- Ну это кто как, - хмыкнул Найл.
- Ничего, если что, можно будет зайти в какую-нибудь кафешку, - предложила Настя. – Если она будет открыта.
- После того варенья, которым ты меня угощала, я больше не смогу ничего есть. Потому что ничего вкуснее не существует, - заявил Гарри, ведя машину.
- Ты был у нее дома? – прозвучал вкрадчивый вопрос, и Настя с Найлом, предоставив тем двоим разбираться самостоятельно, обратили свое внимание друг на друга. Всю оставшуюся дорогу они очень дружелюбно и легко общались, обсуждая еду, Россию и новые кроссовки Найла, которые отлично сочетались с классическим костюмом.
Спустя некоторое время приплюснутый автомобиль Стайлза подъехал к двухэтажному, но очень высокому стеклянному зданию. Из распахнутых дверей лился свет, проникающий из холла. Дорожка была ограждена от тротуара лентами, натянутыми на декоративные фонари. Настя, пригнув голову, смотрела в окно со стороны Найла. Это место соответствовал всем ее представлениям о самых элитных клубах. В такие места обычно приезжает «золотая молодежь» и не менее золотые знаменитости.
Нэнс посмотрела на Найла, сидевшего рядом с ней, на Гарри и на известную модель Жамиль Пасье, и только тут до нее дошло, в какую переделку она влипла по вине Стайлза. Попасть на звездную вечеринку! Ей! Простой девушке эмигрантке, которая только пять часов назад неслась домой под проливным дождем и кормила Гарри Стайлза вареньем.
Найл заметил смятение и легкий испуг на лице Насти и спросил:
- Ты нервничаешь? – Настя кивнула. – Да ты не переживай! Тут нет ничего страшно.
- Подожди, мне кажется, или это там Роберт Патинсон?
- Где? Нет, это не он.
- Слава Богу. Надеюсь, вы тут будете единственными знаменитостями. Иначе я просто сойду с ума.
Найл промолчал, принимая вид человека, который ничего не знает и ничего не скажет.
- Найл, - предостерегающе протянула Настя.
- На этой вечеринке все равны, так что тебе не о чем беспокоиться. Если ты попал туда, значит, ты свой, - заверил Найл и поджал губы.
- Думай о хорошем, Нэнс! Я покажу тебе, что такое настоящее веселье! – воскликнул Гарри, подъезжая к бардовой дорожке. Жамиль на эти его слова отвернулась к окну и скрестила на груди руки. Настя прочла короткую молитву, а Найл огляделся в поисках кафешки.
Стайлз первым вышел из машины и направился в дверце Жамиль, Найл тоже открыл дверь и протянул Насте руку, за которую она взялась, как за спасательный трос. Она смотрела, как грациозно выпорхнула из автомобиля Жамиль, а сама думала только о том, чтобы не споткнуться на каблуках и не упасть прямо на вон тот красивый фонарь.
- Не оборачивайся, сзади фотографы, - сказал Найл, ведя девушку к дверям. Позади них щелкали фотоаппараты. Последний раз такое напряжение Настя испытывала на ЕГЭ по алгебре.
Но вот, наконец, и холл, и музыка, и уже собравшаяся толпа гостей, разодетых так, будто только что сошли с красной дорожки. Даже неискушенная в таких делах Настя хорошо понимала, что простой люд сюда вряд ли попадет.
Под потолком крутились вертушки, бросая блики разноцветного света на танцующих. На трех небольших сценах отплясывали танцовщицы в откровенных, но шикарных нарядах. Пахло духами, сладковатым табаком, шампанским и дороговизной.
Народу было много, но не настолько, чтобы создавалась толкучка. Настя смотрела на весь шик, ее окружающий и почувствовала, что у нее пересохло во рту, а сердце быстро-быстро колотилось от волнения. Тут Стайлз, шедший чуть впереди, отпустил руку Жамиль и с довольной, широченной улыбкой повернулся к Найлу и Нэнс:
- Ну, как вам?
Найлу, скорее всего, подобные мероприятия казались привычными, поэтому вопрос был адресован Насте. А она, вдохнув поглубже, громко проговорила, перекрикивая музыку:
- Всё отлично!
И, не желая расстраивать Гарри, подняла вверх два пятых пальца. Стайлз подмигнул ей и, крикнув:
- Веселитесь! – ушел вместе с Жамиль в толпу танцующих.
Найл забрал у Насти ее плащ и задумчиво сказал:
- Может, немного выпьем перед танцами? Ты что будешь?
- Было бы неплохо безалкогольный коктейль, - ответила Нэнс, и они с Хораном направились к бару.
Легкое смущение и голова кругом от происходящего – это все очень скоро прошло. Чувствовать себя «своей» было невозможно, но попытаться стоило. Поймав ритм, Настя начала пританцовывать еще когда допивала свой коктейль. Справа от нее стояла девушка-модель с каким-то миловидным парнем. Она заливисто смеялась и вела себя непринужденно. Заметив рядом Настю, она с интересом окинула ее взглядом и напрямую с французским акцентом спросила:
- Кр’асивый наряд. Это Гуччи?
- Нет, это Р’аспр’одажа, - махнула рукой Настя, отпивая коктейль. Француженка нахмурила лоб:
- Ни р’азу не слышала. Как вы говор’ите? Р’аспр’одажа?
- Да, новый модельер, из России, - серьезным тоном ответила Нэнс, проводя рукой по гладкой ткани.
- Очень красиво, - оценила девушка и вернулась к своему собеседнику, который вслед за своей подругой окинул Настю взглядом и облизал губы.
«Какой кошмар», - подумала Настя и отвернулась к Найлу. А тот, уже выпив мартини, оживился, закатал до локтя свою белоснежную рубашку без галстука, расстегнул верхние пуговицы и сказал:
- Идем танцевать!
Он танцевал совершенно забавно, но и совершенно раскованно, Настя была ему под стать, так что среди элегантной толпы, двигающейся плавно, как волны, эти двое смотрелись очень живо.
Иногда то там, то тут появлялся Стайлз, который, наверное, проверял, не скучает ли Настя. Настя не скучала, это точно, с Найлом было очень весело, да и ему самому тоже. Но угнетало то, что Гарри специально вытащил друга на эту вечеринку как эскорт для Нэнс. Но, кроме того, он еще и не сказал, что весь вечер проведет со своей девушкой. Раз уж такое дело, надо уметь разделять.
Отплясав четыре или пять танцев, Найл с Нэнс, запыхавшиеся, пошли к столику, за которым расположились Гарри, Жамиль, та девушка, которая говорила с Настей возле бара и ее спутник.
- А это кто? – Найлу на ухо сказала Настя, пока они шли к столику.
- Не знаю. Но, вроде, друзья Жамиль.
- А вот и вы! – завидев приближающихся Нэнс и Найла, сказал Гарри. Его голос звучал немного напряженно. - Садитесь! Кто будет пить?
- Мне можешь налить, - усаживаясь и разминая шею, сказал Найл. – Я больше на танцпол ни ногой. Устал. Нэнси, ты уж меня прости.
- Ничего! – потрепала его по плечу Настя и облокотилась об стол, предварительно сняв туфли и размяв пальцы. Она невольно покосилась на парня, сидевшего прямо напротив нее. Он без смущения рассматривал ее. Настя отвернулась и не заметила, как к этому парню наклонилась Жамиль и что-то прошептала ему, он кивнул.
- Познакомьтесь, это Лили и Анр’и, - мило улыбнувшись, сказала Жамиль. – Они модели, как и я. А это Нэнси и Найл.
- Мы с Нэнси уже успели немного познакомиться, - прихлопнула в ладоши Лили и поправила черные кудри. – Ан’ри мой б’рат, мы недавно в Лондоне, нас позвала Жамиль.
Анри протянул через стол руку и, взяв Настю за ладонь, нежно пожал ее пальцы.
Кажется, все собравшиеся за столом пронаблюдали за этой сценой. Лили смотрела с любопытством, но как на что-то обыденное, Найл просто усмехнулся, Жамиль глядела с торжеством и самодовольством, а вот Гарри… Гарри нахмурился, наблюдая, как Нэнс в ответ пожимает руку француза.
- П’риятно познакомиться, Нэнси. Это ваше полное имя? – еще не отпуская ее руки. Настя же смотрела в его большие серые глаза и на зачесанные назад черные волосы и понимала, что этот парень очень даже ничего. Вот только слишком самоуверен.
- Анастасия, - по-русски сказала она, а затем на английском: - Это мое полное имя.
- Оно очень мне нр’авится, - наконец отпуская Настину руку, промолвил Анри и улыбнулся одними губами. – Не хочешь потанцевать?
И было что-то завораживающее в его голосе, что Настя, вместо того, чтобы сказать, что устала, ответила:
- Да, хочу.
Жамиль тут же поднялась со своего места, пропуска Анри. В ее движениях было столько живости, что Настя насторожилась. Колдовство Анри испарилось, и Нэнс уловила, какими глазами они с Жамиль смотрят друг на друга. Как два сообщника, но даже больше, чем это.
Однако от своего согласия Нэнс не отказалась. Она надела туфли и прошла с Анри на танцпол. Тут же, как специально, заиграла медленная музыку, и со словами:
- Ты позволишь?
Не дожидаясь ответа, он положил руки ей на талию. Всегда приятно оказаться в объятиях столь красивого парня, однако теперь Настя была настороже. Она еще не до конца понимала, что не так в этой ситуации, но сердце и все чувства подсказывали ей, что в воздухе витает измена.
А Анри вел себя непринужденно, вел в танце, скользил руками по атласу, стискивающему талию, прижимал Настю к себе. В ее же движениях появилась чопорность. С Найлом танцевать было веселее, чем с этим французиком.
- Знаешь, ты мне нравишься, - прозвучал его голос. – Можно, я тебя поцелую?
«Ну ничего себе, какие вопросы!», - с недоумением промелькнуло в голове у Нэнс, а Анри уже потянулся к ней губами. Отстраняя его руками, Настя как могла отвернула голову. Все в ее душе бунтовало и негодовало. Вот это наглость!
Она оттолкнула Анри от себя, и не успел она опомниться, как рядом откуда ни возьмись, появился Гарри.
- Руки от нее убери! – рявкнул он, вставая рядом с Нэнс.
- Ты чего? – возмутился Анри. – Мы просто танцуем.
- Знаю я, что у тебя на уме. Даже трогать ее не смей!
Лицо Анри вмиг изменилось, стало жестким и злым. Он с кислотой в голосе проговорил:
- Да ты ведь сам такой же как я!
- Заткнись и проваливай отсюда, павлин, - раскаляясь, заявил Стайлз.
- Я уйду. Но ты у меня еще помучаешься, певун сладкоголосый, - осклабился Анри и удалился. Гарри тут же повернулся к Нэнс, которая стояла за его спиной, скрестив на груди руки. Она была зла на всю эту ситуацию. На Анри, на Жамиль, но сейчас еще и на Гарри. Покачав головой, Настя развернулась и пошла к столику, никому не сказав ни слова, кроме «Пока!», забрала свои вещи и быстро направилась к выходу.
- Отвези меня домой, пожалуйста, - ровным голосом сказала она Гарри. И он пошел рядом с ней, даже изловчился, чтобы открыть дверь для нее, но Настя это проигнорировала. Пока они ждали, когда пригонят машину, Нэнс натягивала на себя плащ, а Гарри, успокоившись, хмуро смотрел на нее.
- Нэнс…
- Не говори ничего, - отрезала она.
- Почему?
- Потому что.
- Но почему ты обиделась?
- Я не обиделась. Мне не на что обижаться, - все так же ровно промолвила Настя, глядя на дорогу.
- Я просто увидел, что он лезет к тебе, и решил помочь.
- Нет, все было не так.
- Но я видел, что он лез к тебе! – воскликнул Гарри.
- Да. Но ты не решил помочь мне, ты просто заревновал, - Настя изнутри прикусила щеку.
- Я не ревновал, я просто…
- Нет, Гарри, ты ревновал. Но не меня. Ты ревнуешь Жамиль к этому Анри. И ты был зол на него, это было видно по твоим глазам.
- Он ее бывший парень, поэтому все так, - махнув рукой, ожесточенно проговорил Стайлз, Настя резко к нему повернулась.
- Как «так»? Ревнуй сколько вздумается! Но не меня. Да даже если бы он меня поцеловал, тебе то что?
- Я подумал, что ты этого не хотела!
- Я и не хотела! Но дай мне самой решать, с кем целоваться, а с кем нет. Я не маленькая девочка, меня не нужно опекать!
Настя говорила быстро и сбивалась, Гарри смотрел прямо на нее, на его скулах ходили желваки.
- Я беспокоюсь, потому что мы друзья.
- Мне еще не друзья! – вспылила Настя, по лицу Стайлза она поняла, что это было лишним. Уже спокойнее она проговорила: – Для того, чтобы быть друзьями, нужно не просто прообщаться два месяца, нужно давать друг другу свободу действия и доверять! Если ты продолжишь так себя вести, то мы никогда не сможем стать друзьями! И если у тебя есть проблемы с Жамиль, то решай их с ней, а не срывайся на мне.
Гарри весь как-то сник, снова опустил глаза и тихо сказал:
- Я думал, что мы с тобой повеселимся этим вечером.
- Ты позвал меня, но приехал со своей девушкой, для меня выбрав своего друга, с которым я знакома не была. Так не делается, Гарри. Ты ревнуешь Жамиль к этому Анри, она ревнует тебя ко мне. Чего ты ожидал? Что мы будем миловаться и радоваться обществу друг друга?
Запал иссяк, стало тихо. Настя и Гарри стояли в метре друг от друга. Подъехал автомобиль, служащий передал Гарри ключи. Настя села на пассажирское кресло и пристегнулась. Гарри завел мотор и тронулся.
Ехали в полной тишине, не глядя друг на друга. Было еще только одиннадцать вечера.
- Прости меня, - хрипло произнес Гарри.
- Не за что прощать. Я просто расстроилась, - тихо ответила Настя.
Когда они подъехали к дому, она вышла из автомобиля.
- Пока, - сказал Гарри.
- Пока, - ответила Нэнс.

Запись за 14 октября в дневнике отсутствует

- Что это было? – поинтересовался Найл, когда они за два часа до рассвета ехали с Гарри в отель. Они только что отвезли Жамиль в ее съемную квартиру.
- Что?
- Ты накинулся на Анри, поругался с Нэнс.
Гарри помолчал минуту, потом сказал:
- Анри – бывший парень Жамиль. И порой он смотрит на нее с таким… вожделением, - Стайлз выплюнул это слово и поморщился. – Она говорит, что это ничего страшного, что мне кажется. А я не хочу, чтобы они общались. Но как сказать ей об этом?
- А что Нэнси?
- Когда я увидел, что этот французик лезет еще и к Нэнс, меня просто наизнанку вывернуло. Нэнс, она ведь такая, - Гарри задумался, - беспомощная, что ли. Мне не хочется, чтобы ей сделали больно.
- Да не такая уж она и беззащитная, - вставил Найл. – Она же сама все разрулила.
- Откуда мне было знать, - вздохнул Гарри и откинулся на спинку кресла, продолжив вести машину одной рукой. Сейчас ему было плевать на плавный ход. Русские колдобины этот автомобиль не смог преодолеть.

(via nancychipmunk)

(Остальное тут)

Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4

Глава 5, часть 1

14 октября
Глава 5 Весь день без остановки лил дождь, поэтому выходить из метро абсолютно не хотелось. Ситуацию усугубляло то, что Настя оставила дома зонт, а капюшон джинсовой куртки можно и сам было отжимать. Вся эта ситуация была настолько обидной, что хотелось выть волком и сидеть в углу на скамеечке, как Саймон из «Отбросов». Но для того, чтобы это сделать, нужно было как минимум добраться до дома. Предварительно пробежавшись до него два квартала.
Перед тем, как выйти под проливной дождь, Настя подошла к украшенной мозаикой стене метро, наклонилась и потуже завязала шнурки своих любимых розовых оксвордов. Их теперь можно было выкидывать. Затем она сняла с руки резинку, заплела волосы в косу, закрутила ее и перевязала, получилась плотная, железобетонная шишка. Последним этапом приготовления было надеть обе лямки рюкзака и под горло застегнуть джинсовую курточку.
Настя вздохнула напоследок и, не давая себе опомниться, вышла из метро и кинулась бежать. Водный поток хлюпал под ногами, попадал в обувь и мочил ноги, дождевые струи застилали глаза, а Настя бежала и в душе хохотала над собой, представляя, как по-дурацки она выглядит. Ко лбу прилипла до противности мокрая челка, но девушка не стала тратить время, чтобы откинуть ее назад.
Спустя один километр дыхание окончательно сбилось, и Настя, не привыкшая к усиленным занятиям спортом в экстремальных ситуациях, перешла на шаг. До дома было еще далеко, а, как известно, когда идешь под дождем, рано или поздно наступает момент, когда на дождь становится плевать. Все настолько безнадежно, что даже торопиться никуда не хочется. Поэтому, вся нахохлившись, вжав голову в плечи, Настя быстрой походкой шла вперед, про себя надеясь, что эта «прогулка» не будет стоить ей воспаления легких или пневмонии. Хорошо хоть, что середина сентября в Лондоне отличается от середины сентября в Сибири на пару дюжин градусов.
Спустя десять минут, которые показались целым часом, девушка наконец-то добралась до дома. Пальцы соскальзывали с гладкой поверхности ключа, и его сложно было повернуть, но когда Настя оказалась в доме, это было лучшей наградой за все труды. Хотелось тут же рухнуть на пол от усталости, но мокрая одежда требовала снять себя, да поскорее.
Прямо возле порога Нэнс стянула куртку, джинсы, футболку, оставшись в белье. Затем она с брезгливостью собрала этот мокрый комок одежды и потащила его на второй этаж – в ванную. Она запихнула одежду в стиральную машину и сразу забралась под горячий душ – греться.
«Нужно идти учиться на права, - обнимая себя за плечи под теплыми струями, думала Настя. – Прямо сейчас брать и идти учиться».
Конечно, это желание было сиюминутным, - Нэнс забыла о нем как только полностью согрелась и закуталась в халат. Теперь ей стало тепло и хорошо, а конфуз с дождем перестал казаться столь ужасным.
Снизу раздался очень приглушенный звук – это вовсю горланил Дейви Хэвок свою «No new tale to tell». Настя бы не услышала, если бы ее телефон не стоял на супер громком режиме. Торопясь ответить, она, забыв надеть тапочки, побежала вниз. Каждый шаг отдавал приятной, притупленной ноющей болью во всем теле. Завтра утром мышцы ног будут в таком тонусе, что будет тяжело ходить и спускаться по лестницам.
Звонок мобильного прекратился, не успела Настя вытащить его из чудом оставшегося сухим рюкзака. Она даже не успела взглянуть, кто ей звонил, потому что тут же раздался мелодичный звон – уже во входную дверь. И, не прошло и секунды, как кто-то стал тарабанить по дереву.
«Это воры, - деловито подсказал разум. – Надо бы взять огнетушитель и огреть их по голове».
Но перед тем, как подчиниться инстинкту самосохранения, Настя посмотрела в дверной глазок и увидел знакомое гнездо странно уложенным темных волос. Эти волосы даже спустя два месяца знакомства продолжали казаться девушке чем-то крайне забавным.
«Но он хотя бы перестал носить шарфик», - подумала она и отворила дверь. Стайлз улыбался так радостно, как будто только что стал эльфом трехсотого уровня, ну или у него родился сын. И то и другое было маловероятным, поэтому Настя тоже улыбалась во все свои двадцать восемь (еще четыре запаздывали).
- Нэнс! – нараспев воскликнул Гарри, шагая в дом и вытягивая вперед руки. Настя подумала, что он должен промокнуть до нитки, но нет – Стайлз был сухим, как оберточная бумага. Или как новый телевизор. Да как что угодно.
- Стайлз, - подыгрывая ему, протянула Настя, крепко-крепко его обнимая. Она сначала по привычке просто положила подбородок ему на плечо, но потом повернула голову к его шее и ткнулась носом в воротник кожаной куртки. От Гарри всегда очень вкусно пахнет. И за те четыре дня, что они не виделись, он успел сменить парфюм.
- Ой, у тебя волосы мокрые, - удивленно сказал Стайлз, отклоняясь назад. – Ты что, под дождь попала?
- Да, - пожаловалась Настя и развела руками. – А ты каким образом остался невредим? Я знала, что ваша охрана работает хорошо, но не думала, что она умеет отгонять от вас дождь.
- Она не умеет, - разуваясь, говорил Гарри. – Просто я машину купил.
- Сам купил?! – это казалось чем-то невероятным, так что Насте не верилось.
- Да, накопил денег и купил, - самодовольно улыбнулся Гарри. – Можешь в окошко посмотреть на мою красавицу.
Настя выглянула в окно и не присвистнула только потому, что не умела этого делать.
- Обычно когда молодые люди говорят, что накопили на машину, то имеется в виду старая, ржавая колымага. Но не… это, - с недоразумением Нэнс рассматривала приплюснутый стального цвета спорткар, блестевший под дождем.
- Она потрясающая, да? – тоже выглядывая в окно, спросил Гарри. Он ждал еще какой-нибудь реакции от Насти и мельком на нее поглядывал. Насте автомобиль нравился, но она не придавала ему особого значения, поэтому просто кивнула и одобрительно улыбнулась. Стайлзу этого было мало, он всплеснул руками и указал ими за окно: - Да ты шутишь! Она ж, черт возьми, прекрасная! А какой ход… ни одна колдобина не чувствуется.
- Ты просто по русским дорогам не ездил, - усмехнулась Настя. Но в глазах Гарри было столько странной, непонятной девушкам нежности и обожания, что Нэнс добавила: - Согласна, она очень красивая.
- Ты правда так думаешь? – оживился Гарри. – Я так и знал, что тебе понравится! Я только вчера ее забрал из автосалона и приехал к тебе – показать. Вообще-то сначала я хотел купить мотоцикл, но потом решил, что машина – надежнее.
Настя с беспокойством посмотрела на Стайлза, затем снова на автомобиль и тот в ее глазах вдруг немного возвысился. Уж лучше пусть машина, чем мотоцикл.
- Кстати, - вспомнил Гарри, выходя из под занавески и стягивая с себя куртку. – Сегодня же праздник!
- Какой праздник?
- Сегодня ровно два месяца, как мы с тобой познакомились!
Настя нахмурилась и уперла руки в бока, ей было неловко, что она забыла о столь «важной» дате. В сущности, у нее всегда была плохая память на события.
- Эм, Гарри, я даже не вспомнила об этом, - призналась она.
- Что, правда? – разочаровался Стайлз.
- Скажу больше: я даже не помню числа, когда мы с тобой встретились, - Нэнси растерянно потерла ладошки, наблюдая на лице Гарри странное выражение грусти. Немного наигранной грусти. Но вдруг он расхохотался, видимо, оставшись довольным тем, в какую краску вогнал Настю, и заявил:
- Да я и сам бы забыл! Просто Жамиль мне сегодня напомнила, что мы с ней познакомились два месяца назад. А значит, и с тобой мы познакомились тоже два месяца назад.
Он легкомысленно махнул рукой, не переставая улыбаться. Настя тоже улыбнулась, но не столь жизнерадостно. Если девушки не понимают страсти парней к машинам, то сами парни не понимают, что не стоит говорить одной девушке, что ты помнишь о ней только из-за другой девушки. Это не очень приятно в любых ситуациях.
- А еще я кое-что тебе принес, - радостно продолжал Гарри. Он сунул руку в сумку. Которая висела у него на плече и достал из нее бежевую с золотистой каемкой баночку оливок. Он протянул ее Нэнс.
А вот перед таким маленьким и приятным сюрпризом нельзя было устоять. Настя повертела баночку в руках и с насмешливой и нежной благодарностью посмотрела на Гарри:
- Ты даже запомнил сорт, - непривычно мягким, улыбчивым голосом сказала она и опять его обняла. Пусть она забыла об этом маленьком событии, пусть Стайлз помнил о нем только из-за своей девушки, все равно все это было очень приятно.
- Хочешь, я приготовлю тебе блинчики с вареньем? - предложила Настя.
- Варенье? А что это?
- Вкусная штука прямо из России. Я прихватила с собой две маленькие баночки. Малиновое и клубничное. Ты какое хочешь?
- Малиновое, с готовностью ответил Гарри и первым пошел на кухню.
*-*-*-*-*
- Фуфай, акакыи утея фланы на сигодищий… - Стайлз проглотил блинчик и уже внятно закончил: - вечер.
- А теперь попробуй сказать это снова, - посоветовала Настя, подливая в блюдце еще немного варенья. Гарри был от него в восторге и говорил, что украдет одну баночку для себя.
- Какие у тебя планы на этот вечер? – Гарри потянулся за еще одним блинчиком и, не дав Нэнс ответить, сказал: - Они у тебя такие тонкие получаются. Моя мама делает по-другому.
- В этом доме кормят только так, - отрезала Настя и, нахмурившись, спросила: - Что, не нравится?
- Нравится-нравится, - заверил ее Гарри, - просто очень непривычно! А этот вкусный джем…
- … варенье…
- … варенье, - кивнул Стайлз, - лучше всего, что я пробовал в своей жизни. Ну так что? Что там с вечером?
- Ты хочешь что-то предложить?
- Да, но, думаю, ты не согласишься, - Гарри заискивающе и хитро покосился на Настю, та фыркнула:
- Если так думаешь, то и не предлагай ничего.
И она невозмутимо принялась смотреть телевизор. Гарри выдержал паузу и нетерпеливо сказал:
- Просто ты не такая.
- В каком это смысле? – не поняла Нэнс, снова посмотрев на Стайлза.
- Ты не любишь вечеринки, - он сунул в рот ложку варенья и с наслаждением зажмурился.
- Да, не очень люблю, - согласилась Настя.
- Ты просто не была на хороших вечеринках, - и Гарри сам себе кивнул, как будто это было неопровержимым доводом.
- Стайлз, к чему ты ведешь? – Не вытерпела девушка и облокотилась локтями об стол.
- К тому, детка, что сегодня ночью будет крутая вечеринка, на которую я тебя приглашаю!
Слушая Гарри, Настя смотрела на него с недоверием, чувствуя какой-то подвох. Глаза Стайлза блестели, он уже прекратил есть и теперь в упор разглядывал девушку.
- И?..
- Ты мне поконкретнее расскажи про эту вечеринку, а потом я подумаю, сказать тебе «нет» самой, или пусть это за меня сделает папа.
- Ну почему? – воскликнул Гарри. – Будет очень весело! И место проверенное, мы ни раз бывали там с парнями, нас даже ни разу не сфотографировали, туда не пускают папарацци!
- О черт, я снова забыла, что тебя знает половина Англии - поморщилась Настя, и тут же распахнула глаза: - Ну уж нет! Мне достаточно и того, что про меня УЖЕ написали в Интернете. Да меня как только не называли! И столько сплетен, что это просто ужасно! Если нас там увидят вместе, то это только обострит ситуацию.
Раздался скрежет ключа и хлопок двери – с работы на обед приехал папа.
- Привет, пап! – крикнула она, - мы тут, в кухне! Ко мне Гарри в гости зашел!
Когда мистер Алекс вошел в кухню, то Гарри так обаятельно ему улыбнулся и крепко пожал руку, что Настя сразу поняла – он решил действовать немедля.
- Рад видеть тебя, Гарри. Как дела? – на плохом английском спросил Настин отец.
- Хорошо, спасибо! Нэнс, переведешь то, что я скажу мистеру Алексу?
- Конечно, - вздохнула Настя и принялась переводить: - Гарри говорит, что этим вечером, в восемь, будет вечеринка в одном из самых элитных клубов Лондона и, так как у Гарри вчера был День Рождения, - на этих словах девушка поперхнулась, но потом продолжила, - он пригласил туда всех своих друзей. Он спрашивает, отпустишь ли ты меня.
- Настюш, это слишком. Я не могу позволить тебе.
- Гарри говорит, что беспокоиться не о чем. Он сам отвезет меня туда, и сам же привезет домой.
И Стайлз с лицом самого доблестного рыцаря коротко кивнул, складывая руки за спиной.
- С Нэнс ничего не случится, я обещаю, что все будет хорошо.
Когда Настя перевела, мистер Алекс оценивающе посмотрел на Гарри и подумал несколько секунд. В итоге он сказал:
- Ладно, парень. Но если с ней что-нибудь случится, головы тебе не сносить. Нэнс перевела, а Гарри без намека на усмешку заверил мистера Алекса, что все будет хорошо.
- И чтобы в полночь она была дома. Ни минуты позднее. И с прошедшим Днем Рождения тебя!
Настя так и осталась сидеть, тупо глядя на то место, на котором только что стоял ее отец. Он уже вышел из кухни, оставив дочь в полном недоумении.
- Как ты это сделал? – членораздельно проговорила она, поднимая на Гарри глаза.
- Легко и просто, детка, - Гарри обворожительно улыбнулся.
- Не называй меня деткой.
- Хорошо, Нэнс, не буду. Ну так что, я заеду за тобой в семь? Сейчас еще только час дня, тебе должно хватить времени собраться.
Когда спустя пять часов после этого разговора Настя стояла перед зеркалом в ванной, обжигая пальцы о плойку, она все еще продолжала недоумевать и не представлять, куда же, собственно, повезет ее этот сумасброд. Как? Как ее отец мог согласиться отпустить дочь? Сама она не до конца определилась, рада она идти на эту «крутую вечеринку», как назвал ее Стайлз. Ее это скорее тревожило, но и интересовало то же.
Для себя Настя решила, что нужно провести это время с пользой и повеселиться. Неизвестно, какие люди там будут, но то, что Гарри будет с ней, все значительно упрощает.
Проблем с выбором наряда не возникло. Еще в первые недели пребывания в Лондоне, Настя на распродаже практически за бесценок купила красивый атласный комбинезон густо-синего цвета. Тот очень тесно окутывал талию, у него были широкие штанины, сужающиеся у щиколоток, рукава чуть ниже локтя и круглый вырез от плеча до плеча. А синий цвет хорошо сочетался с черными крашениями, привезенными еще из России, и черными же туфлями. К счастью, единственный клатч, который оказался у Насти, тоже был черным, так что все очень неплохо сочеталось.
Девушка собрала волосы в растрепанный пучок, убрала челку и накрасилась чуть больше обычного, поярче подведя глаза.
В семь домой приехал папа, и почти сразу за ним – Гарри. Настя чмокнула папу в щеку, пообещав быть дома в двенадцать и вышла на улицу.
Гарри появился из дверей своего новенького автомобиля, окинул Настю взглядом, и заявил:
- Очень даже ничего.
- Спасибо, - легкомысленно ответила девушка, на ходу застегивая оставшиеся пуговицы плаща. Она хотела уже подойти к дверце пассажирского сидения, но тут за затонированным окном промелькнул чей-то силуэт, и Гарри улыбнулся.
- С нами едет еще кто-то? – настороженно спросила она.
- Да, моя девушка.
Единственное, чем Настя выразила удивление, были приподнятые брови.
- Ты не говорил.
- Так вышло.
- Но как это будет выглядеть? Я совсем не к месту! Может, пока не поздно, мне лучше остаться дома? – в голосе Насти слышалось разочарование. Но Гарри положил руку ей на плечо и сказал:
- Я все решил лучшим образом. Сейчас поймешь, забирайся в машину!
И он учтиво открыл дверцу машины.
Приятное предвкушение вечера куда-то исчезло. Настя, вздохнув, села в автомобиль, ожидая тут же увидеть прекрасное лицо Жамиль, на которое она часто натыкалась в Интернете. Настя, еще не увидев ее, почувствовала аромат ее духов, очень сладкий и нежный. Но ведь Жамиль сидела спереди…
А на заднем сидении спорткара расположился парень в красивом классическом костюме и с взъерошенными светлыми волосами. Он уже некоторое время смотрел за окно, ожидая, когда Нэнс сядет в машину, но он сделал вид, что обратил на нее внимание только когда она оказалась внутри. Настя с удивлением посмотрела в его добрые светло-голубые глаза, блеснувшие в свете лампочки.
- Привет, я Нэнси, - неловко улыбнувшись, сказала Нэнси.
- Привет, а я Найл, - тоже робко улыбаясь, ответил Найл.

_________________________________________

Прошу ваши отзывы (:

(via nancychipmunk)

(Остальное тут)

Ахахахах, не обессудьте :D Писать эту главу очень весело!

Когда я перешла в 10 класс, то стала учиться в одном классе с парнем, который меня раздражал. Вообще-то мы бесили друг друга взаимно. На протяжении года он любил меня оскорблять, а я его в ответ посылала. Как вспомню, как мы друг друга бесили… бр!

Но где-то в середине 11 класса случилась одна страшная вещь, о которой я никому не рассказывала, кроме мамы и Яны. Эта «вещь» произошла с этим юношей. И я, так вышло, оказалась рядом.

После того дня все изменилось. Нет, мы не стали дружить. Просто наладилась незримая связь. Он, наверное, в благодарность, иногда приносил мне шоколадки и стал делать комплименты. И вообще капитально изменился после того случая.

Но самое забавное – это:

Он просто нарисовал мультяшную меня. До сих пор этот рисунок лежит у меня в шкатулке. Парень учится в Екатеринбург, у него, думаю, теперь все хорошо. А у меня есть этот забавный рисунок и странные, добрые воспоминания.