каждый день похож на прежний

Дорогая Джул!

Хочу поздравить с днем Рождения своего личного Питера Пэна, по совместительству Шелдона Купера, который по ночам подрабатывает детективом по имени Шерлок Холмс.

Юлечка, с твоим праздником тебя! Ты невероятный человек, каких, я хочу, чтобы было больше. Ты невозможно светлая и добрая девушка, которой получается это добро вкладывать и в свой блог. Всего тебе самого лучшего, Юляш!

Плевать, что я одна из самых поздних, и плевать, что все уже похвастались может месяц, а может и два назад, но мне та-а-ак хочется!

вчера сегодня: 3

Самое комичное в этой ситуации то, что я бы сейчас с удовольствием посидела дома в тепле, но глядя на снежок в окно, так нет, сейчас мы с моей собакой пойдем плавать. Ну, точнее, он будет плавать, а я возьму с собой камеру и буду снимать документальный фильм "Сосисочка в комбинезоне борется со снегом".

А вот вид из моей комнаты, аб-ба ^^

Гуляли с Мари. Перебивая друг друга, даже частенько срываясь на ор, мы спешили рассказать друг другу свои мысли по поводу Гарри и обсудить его в one thing. Перессказывали друг другу все фан-видео и интвервью 1д, которые за последние три часа успели посмотреть. Даже пели it`s gotta be yo-o-ou. Потом Маша, видимо. долго до этого выжидавшая удобного момента, что было понятно по сиянию ее глаз, задает мне вопрос:

— Даш, угадай, какая у Гарри любимая группа?

— М-м, coldplay?

— Ага, да. (а теперь глаза Маши становятся похожи на два яблока, хоть лови их - сейчас выпадут) ПОДОЖДИ, ЧТО? КАК? КАК ТЫ УГАДАЛА? ВОТ ТАК! С ПЕРВОГО РАЗА! НЕТЮ СЕРЬЕЗНО, КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛА?

А я давай напевать себе под нос "this could be para-para-paradise".

Каак, ну как он это делает? :D

Черт. Черт, черт, черт. Я как знала, что стоит мне начать слушать one direction, как меня за ноги от них не оттащишь. Во всем Оля виновата. Весь день в голове one thing и лицо Гарри, я сейчас умру наверняка.

С этого момента я официально ONE DIRECTION ADDICTED.

Они такие солнышки.

Я кружусь по квартире в медленном вальсе, правда в раскорячку, под january heart Карины Раунд, подвывая любимой девушке, но совсем при этом ей не помогая, и, скорее всего, даже мешая. Мама, которой я, держу пари, за последние двадцать минут ой-как надоела, в один прекрасный момент встает у меня на пути и бьет меня свежим выпуском "Антенны" по макушке, прося замолчать, и, если можно, не мозолить ей глаза. На что я, увидев обложку журнала, про себя думаю:"Ага, ну да, вот мне нельзя расслабиться, а Малахову уже сорок, но он хуйней мается".

Тедди Макардль много напоминает мне фоеровского Оскара Шелла. Такой же смышленный юный исследователь с нестандартным взглядом на мир. Не с детским - со своим собственным. Сэлинджер описывает Тедди как мальчонку, одетого в немыслимо грязные белые полукеды на босу ногу, полосатые, слишком длинные шорты, которые к тому же отвисали сзади, в застиранную тенниску с дыркой, размером в десятицентовую монетку на правом плече и неожиданно элегантный ремень из черной крокодиловой кожи. Мальчонку, обросшего так, как может обрасти только мальчишка, у которого не по возрасту большая голова держится на тоненькой шее. У Тедди светло-карие, удивительно чистые глаза.

И вот еще одно, пожалуй, главное их сходство: их написали великие люди и оба мальчика - просто чудо.

— Вы поэт?- спросил Тедди.

— Поэт?- переспросил Никольсон.- Да нет. Увы, нет. Почему вы так решили?

— Не знаю. Поэты всегда принимают погоду слишком близко к сердцу. Они любят навязывать эмоции тому, что лишено всякой эмоциональности.

~~~

— Родителей своих вы любите?

— Да, конечно. Очень, - ответил Тедди.- Но я чувствую, вы хотите, чтобы для меня это слово значило то же, что оно значит для вас.

— Допустим. Тогда скажите, что вы понимаете под этим словом?

Тедди задумался.

— Вы знаете, что такое привязанность?- обратился он к Никольсону.

— Имею некое представление, - сухо сказал тот.

— Я испытываю к ним сильную привязанность. Я хочу сказать, они ведь мои родители, значит, нас что-то объединяет, - говорил Тедди.- Мне бы хотелось, чтобы они весело прожили эту свою жизнь, потому что, я знаю, им самим этого хочется… А вот они любят меня и Пуппи, мою сестренку, совсем иначе. Я хочу сказать, они, мне кажется, как-то не могут любить нас такими, какие мы есть. Они не могут любить нас без того, чтобы хоть чуточку нас не переделывать. Они любят не нас самих, а те представления, которые лежат в основе любви к детям, и чем дальше, тем больше. А это все-таки не та любовь.

~~~

— Мне было шесть лет, когда я вдруг понял, что все вокруг - это Бог, и тут у меня волосы стали дыбом и все такое, - сказал Тедди.- Помню, это было воскресенье. Моя сестранка, тогда еще совсем маленькая, пила молоко, и вдруг я поняла, что она - Бог, и молоко - Бог, и все, что она делала, это переливала одного Бога в другого, вы меня понимаете?

Иду по улице и не вижу лиц. Может, это болезнь какая-то? Болезнь "наплевать". Или болезнь "не цепляет". Или просто какая-нибудь болезнь, название которой придумают только через несколько лет. А вдруг это даже не болезнь? Да, а что, если это все наоборот? Может это быть иммунитетом? От ненужной боли и окружающего мира, от прогулок по грязным улицам и от чувств, которые никому не важны?

Сердце не работает, душа устала, в голова говорит:"используй".

Так я о том же, Ало.

Ничего кроме "А ЧО НЕТ ЧТОЛИ?" добавить не могу.

Тедди задержался у выхода, чтобы покрутить в раздумье дверную ручку туда-сюда.

— Когда я выйду за дверь, - сказал он, - я останусь жить лишь в сознании всех моих знакомых.

— Что, солнышко?- переспросила миссис Макардль из дальнего конца каюты, продолжая лежать на правом боку.

— Пошевеливайся, приятель. Неси сюда "лейку".

— Поцелуй мамочку. Крепко-крепко.

— Только не сейчас, - отозвался Тедди рассеянно.- Я устал.

И он закрыл за собой дверь.

— Джером Дэвид Сэлинджер, "Тедди"

Любимая их песня у меня. Второй год слышу ее, когда мне на мобильный кто-то звонит.

У меня, когда я слышу голос Джастина, коленки начинают трястись.