Господи, я же маленькая, помещусь на твоей руке.
Сгреби меня - слабую,
немощно-тленную, в бестелесной
и мрачной мгле,
меня - безглагольную,
бездействующую,
только сгорающую до тла.
Собери меня и спой колыбельную,
покачивая слегка.
На твоих ладонях
Я уснула бы вечным сном,
и приснилось бы море,
чайки, плещущиеся в нем;
Беспокойное, штормящее, валовое,
точно сердце в груди -
попугайчиком прыгает, ноет,
плачет, жалуется:
" Спаси… "
Господи, Господи,
Твоя рука,
покачивая слегка,
успокоит и усыпит.
А под ней, посмотришь так, -
земной шар движется и кипит,
бурлит столетиями и тысячами эпох,
а вопит-то кошмарно -
миллионами голосов.
Как ты терпишь все это, Господи,
назидаешь и бережешь?
И нахваливаешь, пророчешь же
еще сотни сотен веков.
А он движется, вертится, крутится,
как юла.
Беспокойный, безнощный пьяница,
страстно требующий
любить
себя.