Почему я тебя наизнанку, а ты у меня внутри
Ворочаешься, беснуешься, треплешь крылышками, смотри -
Там все хрупко выстроенны мосты
И нет места развернуться бойницам и драконам.

Ты, мальчик мой, совсем не рассчитываешь шаги.
Такой себе дядя Степа - один, два, три.
Оказался на месте встречи раньше, что ж - подожди,
Пока я успею начистить латы тебе и сапоги.

И уж коли вымерли рыцари, то прости,
Ты остался один такой - грубый, отчаянно смелый,
Лихо подмигивающий правым подбитым глазом.

Тебе бы пол мира рукой сгребсти,
Прижать к остаткам стальной рыцарской сбруи,
Сдавить, с тяжким вздохом, и, - осторожно,
здесь же росли цветы! -
Метнуть в самую дальнюю мишень для стрельбы
из лука.

И да, записать все твои подвиги надо бы.
Сделать перечень, в алфавитном порядке, по возрастанию!
Обязательно!
Потому что, что же будет, когда умрешь и ты?
Что скажут потомки? Где им искать примера?

А пример жил, точно так же, как и они:
Завоевывал города, неумело писал стихи,
Посвящал поэмы Байрона Дамам Сердца.
Глушил ром и, шутя неприличные анекдоты,
Отошел ко праху своей родни.
Потому что, хоть рыцари склонны к успеху,
От смерти не застрахованы и они,
Что так свойственно Человеку.

2:40