Читай мои мысли,смотри мою душу

Ты меня никогда не поймешь, никогда!
Все, что можешь ты-врать и смеяться.
А я знала, я верила, честно, всегда,
Много счастия нужно бояться.

Я бежала по рельсам, зимой, босяком
И едва развивался халат.
Только словно не видел ты мира сего
И совсем уж ты не был мне рад.

Я рыдала, не знала, что делать теперь,
А ты жил, веселился и пел.
Но я верю, откроешь ты в сердце мне дверь,
Только мой соловей улетел.

Мне не нужно подачек, красивейших фраз.
Уходи, убирайся навек!
Солнце светит по прежнему,
Но не для нас.

Ненавижу тебя,
Человек.

если женщина любима, приползешь и полумертвый,
даже если ты вручную пропахал сто тысяч га,
встанешь, хоть противный кто-то накачал тебя снотворным,
и пойдешь без промедленья через бури и снега.
если женщина любима, позвонишь с другой планеты,
изложить конкретный список навалившихся причин,
по которым ты не можешь заглянуть к ней на котлеты,
чтоб она не предложила их кому-то из мужчин.
если женщина любима, но разбиты телефоны,
нет в пустыне телеграфа, и отсутствует почтамт,
у тебя в запасе в клетке есть всегда почтовый голубь,
чтоб отправить к ней с приветом чувств изложенных десант…
претворишь в судьбу мгновенно сотни хитрых комбинаций,
чтоб добраться до желанной хоть в обход, хоть напрямик…
если женщина любима, ты найдешь, как с ней связаться,
чтоб подумать не успела, что забыл о ней на миг…

(с) Злата Литвинова

Я ходить научился, чтоб к тебе приходить.
Говорить научился, чтоб с тобой говорить.
Я цветы полюбил, чтоб тебе их дарить,
Я тебя полюбил, чтобы жизнь полюбить.

Р. Гамзатов

вы видели, как люди догорают?
когда сначала подолгу молчат.
потом перезвонить случайно забывают
и мечутся, ища другой причал.

когда в глазах вдруг что-то потухает,
со временем скучать перестают.
вы видели, как люди догорают?
не нужно ждать, они уж больше не придут.

К чертовой матери все раскаяния и катастрофы.
Я разрываю себя на строфы,
Гласные, маленькие листы.
Три абзаца приторной тошноты.

К чертовой матери войны внутри и вне,
Каждую боль, из тех, что живет во мне.
Невозможности и стремления,
Хуевы меры времени.

К чертовой матери, будь оно ценное или нет,
Страхи и хроники прошлых лет,
Выписанные на скатерти,
Ради всего святого, к чертовой матери

Любит? не любит? Я руки ломаю
и пальцы разбрасываю разломавши
так рвут загадав и пускают по маю
венчики встречных ромашек

Маяковский

я ниже вас на пол пролета
тише на пару шипящих фраз
-
как небо режет крыло самолета
так мне одиноко без вас

я любил в жизни дважды – я имею ввиду, по- настоящему, – и оба раза был убежден, что все это навеки и кончится только с моей смертью. и оба раза это кончилось. а я, как видишь, не умер.

что за радость — любимых так часто
обижать ни за что ни про что?
как любимую сделать несчастной —
знают все. как счастливой — никто.

© Евгений Евтушенко

побережье моря нашей любви,
искры костра
и искры в глазах.
ты вместе со мной по теченью плыви,
забудь про ветра
и глупый свой страх

я рядом,
только крепче держись

Убивают отношения не крики и ссоры, а болота предсказуемости и пустыни однообразия.

Боль, она у каждого своя.
Её толком не описать, она просто мешает дышать.
Чем шире твои объятия, тем легче тебя распять.
Чем чище твоя душа, тем проще в неё плевать.

настоящее чудо приходит, когда ты теряешь все,
если холодно, страшно и ветер лицо иссек,
это если смерть за плечом и в груди дыра,
и совсем непонятно, как дождаться утра,
если все, что нажито за несколько мирных лет
покатилось в пропасть; а больше в запасе нет
ни бабла, ни пули, -
появляется на востоке свет.

так над степью восходит солнце.
Начинает пахнуть трава.
Начинается лето, им полна голова,
запах его под кожей, улыбка его огнева,
и сидишь, запрокинув голову, улыбаясь едва-едва.

потому что чудо - это не панацея,
не наука,
не колдовство.
Это золотая гроза над твоей головой.
Это когда, заблудившись, идешь все равно вперед,
это ты шагаешь по трассе, жуя бутерброд,
выданный добрым водилой, и фура тебя подберет,
даже если двенадцать ночи и дождь идет.

это когда наплевать на статусы и престиж,
это когда на перилах моста стоишь
и, глаза зажмурив, слушаешь острую тишь,
а потом ты прыгаешь в пустоту -
и - гляди -
летишь.

я стою, до полета полшага, становится ветер упругим,
приближается чудо, раздвигая сумерки буден,
если хочется быть счастливым -
будь им.

Когда тебе 5 лет и тебе больно, ты поднимаешь крик на весь мир. В 10 ты хнычешь. А к 15 начинаешь есть запретные яблоки, которые растут на дереве боли твоей души. Таков уж западный путь развития. Ты начинаешь зажимать рот руками, чтобы заглушить крики. Кровит у тебя внутри.

Стивен Кинг

это раз.
обнимать тебя со спины, чуть привстав на носочки с холодного пола.
это два.
отогреть твои руки губами, начать разговоры с простого.
мы с тобою вдвоем.в этой гулкой, пустой квартире.
сердце делает сальто, укладываясь в
три-четыре.
я с тобой себя ощущаю правильной.цельной и ясной.
понимаю: все верно, все истинно, все не напрасно.
понимаю, что в мире то большей не статься победы,
чем обнять тебя тихо,
быть рядом, где бы ты не был.
я врастаю в тебя. мы не пазлы - мы правда едины.
вот слегка отойти, и увидется вся картина:
я тебя буду дальше тихонечко так обнимать.
со спины.
это - счастье мое.
это пять.

© Пряша