hold your breath and count to ten

– Привет, Китнисс, – произносит Финик Одэйр, словно мы знакомы всю жизнь, а не видим друг друга впервые.
– Привет, Финник, – в тон ему отзываюсь я, хотя чувствую себя неуютно. Парень встал слишком близко… и как-то чересчур открыт.
– Хочешь сахару ? – Он протягивает полную горсть белоснежных кубиков. – Это для лошадей, но кому какая разница? Кони годами лопают сладкое, а вот мы с тобой… Если уж сахар сам дается в руки – хватай.

Джош Хатченсон → Пит Мелларк.
Мила Кунис → Джоанна Мейсон.

Гаррет Хедлунд → Финик Одейр.
Дженнифер Лоуренс → Китнисс Эвердин.

perfect.

Ты - лицо восстания :D

Я не то, что вы все.

У меня не осталось любимых.

– Китнисс, – ласково произносит Гейл.
Точно таким же голосом он обращается к раненому животному, прежде чем нанести смертельный удар. Безотчетно прикрываюсь рукой, но собеседник перехватывает и крепко сжимает запястье.
– Не надо , – шепчу я.

Однако Гейл не из тех, кто стал бы хранить от меня секреты.
– Китнисс, Дистрикта номер двенадцать больше нет.

«Да пребудет с вами удача»

Забота о тебе и Джереми - это было так близко к той жизни, которую я хотел.

Финик. Энни.

Джоанна. Президент Койн.

– Уже готовитесь к новой Квартальной бойне? - осведомляюсь я.
–Да-да. Впрочем, ее готовят много лет, ведь арена возводится не за сутки. Но, скажем так, изюминка Игр изобретается именно сейчас. Хотите верьте, хотите нет, стратегическое совещание состоится сегодня ночью. – Отступив на шаг, мой партнер достает из кармана жилетки часы на цепочке и откидывает золотую крышку.– Скоро пора уходить. Совещание начинается в полночь.
– Поздновато для… – начинаю я и вдруг отвлекаюсь.
Повернув часы циферблатом ко мне, мужчина обводит их большим пальцем, и на хрустале на миг загорается образ, будто озаренный свечой. Еще одна пересмешница. Точь-в-точь, как на моей броши. Картинка сразу же исчезает, и Хевенсби захлопывает крышку.

Леди и джентльмены!

Рад представить вам победителей Семьдесят четвертых Голодных игр — Китнисс Эвердин и Пита Мелларка !

Да здравствуют трибуты Дистрикта-12!

Пытки Пита и Джоанны в Капитолии. (POV Johanna)

Сначала я слышу только шепот: "она - переродок, убейте ее". Он крепко спит, бормоча это в течении беспокойной ночи. Я уже настолько привыкла к этому шепоту! И "пожалуйста, оставьте ее в покое" и "я люблю ее, пожалуйста, нет". Это что-то новое. Это не похоже на Пита. Интересно, знает ли он о том, что происходит с ним; знает ли он, почему они забирают его в ту комнату и возвращают без царапин. Конечно, он должен это знать. Но он не знает, насколько это серьезно. Сколько они могут его пытать? Во что они могут превратить его? Я слышала об этом прежде; промывание мозгов, вероятно использование яда ос-убийц. Когда он просыпается следующим утром, я прижимаюсь к стене и шепчу ему. Я рассказываю ему про Китнисс, о том, как он любит ее, о том, как он должен попытаться держаться за нее, или Капитолий победит. Я думаю, что они слышат - нет, я знаю, что они слышат - потому что два часа спустя они забирают меня, они сбривают мои волосы, и меня пихают в воду. Интересно, что они сделают. Я ничего не скажу им, независимо от того, что меня ждет.

Из лесного полумрака выступает Мэйсили Доннер.
– Вдвоем уцелеть будет легче.
– Убедила, – кивает Хеймитч, потирая шею. – Союзники?

Мэйсили молча кивает, и между ними возникает одна из тех связей, которые так сложно рвать, хотя рано или поздно приходится – если мечтаешь вернуться домой, в свой дистрикт. Вместе они, как и мы с Питом, держатся куда лучше.

Чаще отдыхают, придумывают, как собрать больше дождевой воды для питья, сражаются спина к спине и поровну делят между собой припасы убитых соперников.

Вот только Хеймитч не собирается отклоняться от выбранного курса.

— Это нормально, если ты боишься.

— Я не боюсь.