прости за эту честность

я любил. не стоит в старом рыться.

Маяковский

она мне говорит:
да, всё нормально.
только ты живешь своей жизнью, а я твоей.
и когда ты уходишь у тебя жизнь продолжается,
а у меня заканчивается

я не леди. ни грамма дамы.
не тусуюсь в элитных клубах.
не мечтаю о Нотр Даме
и не грежу норковой шубой.

я люблю мотоциклом по Крыму.
ненавижу гламурные роллы.
я пропахла бензином и дымом,
легким бризом и рок-н-роллом.

не стреляю глазами украдкой.
у меня в них и так каждый тонет.
и стихи в своей желтой тетрадке
старой ручкой пишу, когда стонет

что-то грустно под ребрами слева.
и среди безнадежного смрада
даже в рваной джинсе королевой
я иду без Versace и Prada.

я и в кожаной куртке – невеста.
мне комфортней пешком, чем в карете.
может, к лучшему, что нет места
мне в кругу этих пафосных леди.

и однажды пару струек дыма поймав в ресницы,

или поймав машину, или когда со лба убираешь прядь,

ты поймешь - есть такие картинки, в которые лучше вообще не верить,

не то что не вспоминать

о нашей встрече что там говорить,
я ждал ее, как ждут стихийных бедствий.

Высоцкий

а мы закончились. сдохли. выдохлись.
мы прогнили в своей же сырости
я бросаю любовь, посвящаю себя сатире
и катись, мой хороший, (слышишь?) на все четыре