здесь слышен океан

А я хотела в лес идти,

а ты принес его ко мне.

Случилочь. Как случилось? В какой-то из февральсикх четвергов ты преспокойно в лицо сказал, что не любишь меня. Как девушку. Уже не любишь. А слдующий вторник окропил меня словами, что ты почти целый год засыпал с мыслями обо мне. Думаю, до тебя таки должно дойти, почему я не верю тебе. Ты столько делаешь вещей, которые не можешь объяснить себе, а хочешь, чтобы я понимала их. Сейчас ты звонишь и утром, и вечером, сразу же набираешь мой номер, как только сказали, что ты негоден к армии. Ты зовешь меня по пятницам в кафе и в будние заходишь и сидишь до вечера. Когда мы деремся в шутку, в конечном итоге ты крепко сжимаешь меня, а я просто обвиваю вокруг тебя руки, как бы тоже обнимая. Тебе уже не стать снова особенным, каким бы милым ты не был. Не стать. Пытайся, рвись, доказывай что-то, но к чему? А если даже я прийму, ты же скорее всего развернешься и уйдешь, но ты добивайся, мне это нравится. Мы здорово поменялись местами.

Сегодня, 29 февраля, согласно Ирландской традиции, женщины могут делать предложение мужчинам. Эта традиция берёт своё начало в законе 11 века, по которому отказавший мужчина был обязан уплатить штраф

• я всегда прощаю. это гораздо легче обиды
• каждый день я переосмысливаю себя заново
• я заставляю себя никому не верить
• быстро разочаровуюсь в людях
• чувства исчезают, если ответные не появились или повели себя также

Неужели и правда надеешься вернуь всё, как было?

Возможно ли вернуть себя на прежнее место, если человек вычеркнул тебя из тех, кем ты раньше был?

У всего есть предел: в том Числе у печали.
Взгляд застревает в окне, точно лист — в ограде.
Можно налить воды. Позвенеть ключами.
Одиночество есть человек в квадрате.
Так дромадер нюхает, морщась, рельсы.
Пустота раздвигается, как портьера.
Да и что вообще есть пространство, если
не отсутствие в каждой точке тела?
Оттого-то Урания старше Клио.
Днем, и при свете слепых коптилок,
видишь: она ничего не скрыла,
и, глядя на глобус, глядишь в затылок.
Вон они, те леса, где полно черники,
реки, где ловят рукой белугу,
либо — город, в чьей телефонной книге
ты уже не числишься. Дальше, к югу,
то есть к юго-востоку, коричневеют горы,
бродят в осоке лошади-пржевали;
лица желтеют. А дальше — плывут линкоры,
и простор голубеет, как белье с кружевами.

На срубе слова — серебро,
Я из него слагаю строки.
И ворошу свое нутро,
Бросая сам себе упреки.

Писать и мучиться — одно,
Себя изнашивать до боли!
Я проклят, видимо, давно…
Моей душе не хватит воли.

Болеть душой — такое дело:
Ее мятежность не понять!
Она не хочет в клетку тела,
Взлетит, и тут уж не поймать.

Когда ты устанешь меня не любить,
Когда не найдется ни слов, ни пристанищ,
Вернись – я сумею тебя приютить,
Когда ты устанешь.

Молчи, опускайся поближе к огню,
Теперь у нас долгие, долгие зимы,
Ты знаешь, я всё ещё в тайне храню
Рисунки твои и картины.

Прости мне, что струн переборы просты,
Что двор не заснежен и чай - не из блюдца…
Как трудно поверить, что всё это ты, -
Так близко, что можно проснуться,

Что можно не помнить про "незачем жить",
Про стыд и про ревность, и гордость просящих…
Мы прошлых не станем тревог ворошить -
Нам хватит с тобой настоящих.

Но прежде, чем свечи качнут темноту,
И времени станет мучительно мало,
Ты, верно, сама ужаснёшься тому,
На что ты меня обрекала.

И каждую каплю вчерашних обид
Пригубишь, припомнишь, коснувшись устами.
Когда ты устанешь меня не любить…
Устанешь?

Вы когда-нибудь задумывались, что бы вы хотели сделать перед смертью?

Даже не понимаю зачем оно тебе надо. Но зато теперь управлять тобой буду я. Как мило. Из головы ты опять же не выкинешь меня, а дважды в одну реку не входят, ты должен был это знать. Пытайся, брыкайся, барахтайся - какое дело? Стал, как все.

antichrista , юбилейная:* привеет

https://krispy.viewy.ru/ привееет

ЩАС ВОЗЬМУ И ПОСТАВЛЮ МОРЕ СТАСИКА НА РОБОЧКУ

НУАХУЛЕТАМ

спасибо друзьям