здесь слышен океан

только бы это не означало, что только открывшись, я снова закрываюсь. но как же мне помочь другим людям, когда я сама вся рабита на кусочки. я не могу понять, почему со мной происходит такое именно в семье. отчего я не могу успокоить все эти бури? мне совсем не хочется так поступать, та кговорить, но что-то захватытвает меня, мои голосовые связки, сжимает и заставляет делать это, а я безвольно подчиняюсь.

как больно такие вещи бьют, как четко, по стенкам артерии они разрезают тебе горло. но как избавляться от них? как искоренять из сердца?

мне всегда хотелось подарок от души. думаю, дорожи кусок бумаги, на котором малой корявым почерком вывел карандашиком поздравление, чем 5 кать от дяди, что в течении целого года делает из себя без вести пропавшего, а в прелестный день десятого июня рассказывает о моих положительных качествах, которыми я даже не обладаю! я бы предпочла от подруги что-нибудь маленькое и незначительное, но то, чтобы точно символизировало долгие годы нашей дружбы, что-нибудь такое, о чём я давно-предавно мечтала. и неужели такая вот приятность лучше ста или двухста помятых гривен запиханных в первую попавшуюся открытку. вам еещ повезет, если там не будет поздравления в уголке кому-то другому.

если человек вам дорог, почему бы и не сделать стоящий подарок? я бы куда охотнее получала что-то душевное, чем доругущее шмотье или стопку деньжат.

не признаю себя поэтом,

дитём всевышнего не звусь,

ведь я крупица в мире этом,

что навевает тягостную грусть.

ПРЕДИСЛОВИЕ

мой, как обычно, дружочек по переписке, лицезревший меня один раз, захотел о себе научно-популярный рассказ, а автором меня. не знаю, чем обосновано его желание, ну да ладно. пару строк.

разве наука и популярность имеет что-то общее с тобой? салычь, как про тебя писать? я же совсем тебя не знаю. разве что эдакое предположение о всех тайнах твоей скромной личности. быть может, твоя милая улыбка скрывает психические отклонения. над чем я задумываюсь, когда ты смеешься с самых моих нелепых шуточек? иль твои изгнания из двух или трех школ, плохая учеба, своеобразная безолаберность таят в себе необычнайно ранимую душу и сейчас мои слова перерезают тебе сонную артетрию. или же ты делаешь это сам, прочитав мою, немнного утратившую свои свойства, иронию. а вдруг вы, Руслан (забыла честно как тебя там по отчеству, но это ж ты с дашкой базаришь по 48 часов в день, не со мной, а поэтому не знаю), носите в своей голове жуткие, ЖУТЧАЙШИЕ, я бы сказала, мысли по поводу нас. ах, хуже! ты верно хочешь, чтобы мы сшили несколько таких медведей, как тот испорченный.дабы одни женщины платили за расплату другой. всё. это уже слишком.

Что такое жизнь? Это слово похлеще какой-то там “любви”. Люди преклоняются перед вторым, когда встречают его. А жизнь… Её мы встречаем каждый день, каждую секунду итак каждую минуту каждого дня, но… никогда не приклоняемся ей при встрече. Никогда. Мы делаем это только в том случае, когда жизнь знакомит нас со смертью. Тогда в охапке складываем всё, что осталось от нас: перебитые мысли, незаконченные стихи, недосказынные слова, недоделанные диссертации, недописанные дипломы, недопоставленные танцевальные номера, недослушанные песни - все “недо” мы крепко прижимаем к сердцу и бежим с ними скорее на выход, лишь бы не состояться этой встречи. Кто-то когда-то стремился и будет стремиться к этой встрече. Эти люди - риэлторы, торгаши. Они считают, что одной удачной сделкой возможно решить все накопившиеся проблемы. Зачем цеплять на них клеймо глупцов, слабаков? Только оттого, что они не в состоянии или не имееют желания плыть по течению жизни? Да кто ты в конце концов такой, чтобы рассуждать о том, где слабый, где сильный! Если уж снизошел до такого, то, мой друг, будь уверен - слаб здесь ты. Неужели в твоем существовании хватает времени, чтобы опоснуть того, кто набрался послать всё нахрен? Неужели ты возомнил себя Христом, что позволяешь себе раздумывать над смыслом чьих-то поступков?

повседневщина

вы уж простите, исправлю. а впрочем хуй.

и потом мерзко осозновать, что внешне ничего не поменялось, кроме здоровенных ляшек, ну погрудастее чуть стала, так вся суть-то в чём? в том, что ЧУТЬ. в общем такие емели как я меняются к 20 годам

зато душой я стала приятнее, и много вообще чего за год прошло, что изменило меня. сейчас кажется, что даже в лучшую сторону

не люблю вообще, когда в штуках со днями вопросі про фотографии прошлого и нінешнего годов. вроде всё нравилось, по 20 лайков (преувеличиваю) под фоточками, а так неделю ищу что-нибудь хоть около нормальное

никто больше так не скажет, как ты

как-то по своему, как умеешь только ты. мило и искренне. да и вообще, кто бы еще попросил рисунок? ведь ты не просто так, наверное для тебя это что-то да значит. а не просто "нарисуй меня гыы". вообще у тебя характер хороший такой)

вот и доказательство того, что вся наша межграничная писанина наполнена всем самым хорошим

даже друг моей прелести, прочитав открыткУ, посланную мною ей, захотел тут же что-то мне натсрочить. но вот уже который день он мнется в смятении, не зная, что писать

как я была бы рада, если бы этот мальчик написал мне. у меня эмоции сейчас хлещут через край. боюсь представить, как буду ощущать себя, если он всё же решится и я получу его письмо

когда научусь все свои мысли формулировать четко и ясно, записывать правильно и выражать так, чтобы было понятно другим, то… я, если честно, не могу придумать, что такого обезбашенного тогда сделаю. способна ли я буду вообще на такое? только бы не утратить в себе ребенка, когда вырасту. это же будет та самая золотая середина. что-то между настоящим взрослым, умеющим говорить и писать, и ребенком, видящим то, что страшие отказываются. станет чем-то действительно необычным. а люди же не могут так. запоминать свои детские ощущения и переносить их сквозь время. но ведь никто не старается. а я буду стараться, сильнее в миллионы раз, чем стараюсь сейчас.

ведь это прекрасно объединить в себе то, что по чьему-то там какому-то мнению объединить невозможно

все кругом такие умные стали, правильные, рассудительные, а книгу до сих пор расценивают по обложке

козлы