счастливые постов не пишут.

детство - когда этикет здесь не нужен,
когда и в бессмысленном видишь суть,
детство- когда забываешь, гуляя, про ужин
и без игрушки не можешь заснуть.
детство - совсем незнакомым прохожим
лучик улыбки своей подарить.
доктор, три кубика детства подкожно,
я там еще хочу малость побыть.

© Анна Изюмская

мне хочется семьи — обычной семьи с воскресными прогулками по парку, со вкусными ужинами и любимыми фильмами, которые бы мы смотрели вместе, укрывшись одним пледом.
мне хочется общего прошлого, совместного настоящего и одних на двоих планов на будущее.
мне хочется забыть о разлуках, холодной постели, которую согревают лишь мои воспоминания, хочется присутствия любимого постоянно, ежедневно, ежечасно. и не виртуального, воплотившегося в голос по телефону или переписку через интернет, а реального.
никакие письма и звонки не заменят одного объятия.

© Наталья Калинина

тоска тоска по всем континентам бесится
из недели в неделю. месяц за месяцем
и под кожей кто-то всё нервно носится
как по больничным коридорам врачи перед операцией
как поздние пассажиры на конечной станции
всё ждут своего поезда. всё оплакивают свое прошлое
я уставший злой идиот. до ужаса банальный и пошлый.

не бойся. ничего не бойся. и даже смерти не надо
мы же самые сильные среди всех самых слабых

тоска тоска во всех городах во всех апрелях
я обещал себе быть сильнее
а тебе обещал быть ближе
но ни того, ни другого не выполнил
видишь..

задыхается город пылью и убогими новостройками
дни заполнены мудаками. вечера - барными стойками
и под кожей всё кричит кто-то как потрепевшая истеричка
" какого черта ты здесь делаешь? вали отсюда первым же самолетом
первой же электричкой"

(с) Глеб Муха

если тебе здесь станет однажды холодно,
просто беги. пусть ломается за спиной
время. и черт с этой осенью. с этим городом,
выгоревшим и оставленным под Луной.

просто беги, избивая шагами станции.
видишь, как в нервы вплетаются провода.
не позволяй им заставить тебя остаться и
не возвращайся {не выпустит} никогда.

просто беги, как все важное прочь из памяти.
сквозь пыль дорог и чужой сигаретный дым.
здесь обязательно после поставят памятник
тем, кому духу хватило уйти живым.

не оставляй ни следов на мостах, ни голоса
в сломанных трубках. сбой вызова. нет сети.
и если ветер запустит вдруг пальцы в волосы,
просто бросай все здесь в осени и беги.

по бездорожью, по крышам/карнизам/улицам,
пока рассвет не проснулся, а ветер стих.
{те, кто ушел, спустя годы опять вернулись, но
город давно позабыл и не тронул их}

просто беги до границы миров, до крайнего
полюса. я остаюсь зажигать огни.
не возвращайся назад и не вспоминай его,
а если вспомнишь…не ловит сеть - не/звони.

(с) Море -Внутри

я дурная девчонка, отвернись от меня
отворачивайся, давай, ну же,
может, тебе дать пощечину или пинка,
я злая, я приношу только вред и стужу,
не умею готовить ужин, прислуживать и быть замужем.
если слезы - то в три ручья,
если смех - то до самых слез.
я разучилась спать - парадокс.
и теперь я, как ты учил, слушаю тишину,
молчу о плохом и не спеша так иду ко дну.
люблю - и это самое горькое в этом фрукте,
рощу в себе кротость, забывая прошлые имена.
сладкий, я такая сложная
и я не знаю за что тебе в наказание
ниспослал меня всемогущий Боже,
но как supergirl я буду спасать тебя.
все существующие в этом дурацком мире противоречия
внутри меня давно устроили пир,
я разрешаю тебе разобрать меня на детали,
чтобы собрать такую, какую хотел видеть бы ты,
твои подруги и дураки, шуты, певцы, актеры и игроки.
собери меня идеальную, помоги.
а пока я только проказница и проказа,
которая выучила уже все родинки твоей широкой спины.
и признаться честно, я думала начать все совсем по-другому –

я хотела бы жить с тобой в крошечном,
Богом забытом приморском городе,
готовить варенье на зиму
и тебя целовать в виски;

просто стояли рядом, курили может.
мы и не знали толком тогда друг друга.
как-то легко - без нервов и мелкой дрожи,
словно я с прошлой жизни твоя подруга.

слово за слОво - так ведь у всех бывало?
ищешь невольно встречи, хоть виртуально.
хочешь сказать "мне так тебя не хватало",
а говоришь "привет-как дела-нормально".

если находишь в жизни авторитета,
всё повторяешь - жесты, слова, повадки.
я битый час твержу свою мантру - "где ты?".
просто горит онлайн - значит, всё в порядке.

(с) Лия Капина

всего есть три вида секретов:
те, что прячешь по дальше, потому что хочешь скрыть
те, о которых хочешь всем рассказать, но не можешь
и те, о которых готов рассказать, если б тебя кто-нибудь спросил.

(с) м/ф "Владыка скрытого мира"

засыпаю на гладком его плече - за неделей неделя,
то бангкок, то венеция, то израиль (какой по счету?) -
он со мною в тарелке кусочки делит,
я целуюсь с ним до утра.. и прибой отчетлив,
и мне слышится в шуме тихого океана
говорливая нежность его аккуратных пальцев,
и мне видится в стеклах машин отражение пана
на свирели играющего.. сколько мы пристрелили зайцев,
став встречаться? а кто их считал, пушистых,
только мы засыпаем вот так - две влюбленных ложки,
в бесконечных коробках. мне солнце изжарит чистый
лоб и рассыпет веснушки.. по городу бродят кошки,
подбирают то, что лежало плохо - и тащат в брюхо,
мы друг друг даны ответом на все вопросы..
засыпаю на гладком его плече, он целует в ухо,
забираясь под майку, под кожу, (и в сердце). ага, без спроса.

© Марта Яковлева

завтра может наступит, а может нет -
день ото дня за окнами тот же снег.
мальчик рисует сакуру на спине,
грязно ругается, травится алкоголем:
мальчик давно и неизлечимо болен,
и у него обострение по весне.
он ненавидит сумерки, тишину,
тёплую водку и женщин. точней, одну -
ту, что его поймала, как на блесну
ловят немых, незадачливых рыб. и всё же
он без неё, как без дозы, дышать не может,
вертит в руках телефон, повторяя: - ну!..

девочка сотню раз повторяет "оммм…",
в старой, линялой пижаме и босиком
сонно бредёт на кухню за молоком,
пьёт его залпом, усевшись на подоконник.
в планах у девочки книги и Хэрри Конник,
вечером - пляж с золотистым речным песком.
лето, в сумерках иволги верещат…
девочка высыпается по ночам -
Бог её учит самым простым вещам -
элементарным, как завтрак в своей постели,
севший мобильник, негромко бубнящий телик -
учит за нелюбимых себя прощать.

(с) Ксения Кольт

люди ходили-бродили, косились, в открытую пялились,
я притворялась живой, ты держал меня за руку,
ты был мой личный мессия, я твоя девочка-апокалипсис,
ты воскрешал меня сотню раз ещё до начала завтрака.
нам посвящали статьи, и центральные полосы
сотен изданий украсили наши с тобой фотографии,
тебе предлагали контракты, мне - страховые полисы,
нас изучали, писали отчеты и составляли графики.
сотни мужчин влюблялись в меня, девчушки тебя называли "прелестью",
мы ж неразлучны были, что делать, карма, мол,
церковь нас обвинила потом в богохульстве и ереси,
нобелевский комитет подарил нам личную барокамеру.
нас занесли в хрестоматии, атласы мира, и прописи
и по итогам продаж наша история выбилась в лидеры
…но ты без меня становился лишь ловким фокусником,
а я без тебя не дышала - смысла не видела

(с) Катика Царапина

и ради чего это было всё?
вот эти вот письма по три экрана,
вся эта комедия и мелодрама,
все эти слова и звонки
и эти два лишних грамма
в твоей посылке -
колечко размером с пулевое отверстие,
моё - навсегда не вместе,
твоё - заткнись и слушай как ангел уснул в подъезде.

так для чего это всё?
вся эта боль и эти депрессии?
вся моя буйная околесица,
и тёмная лестница,
светлая комната,
зачем я все помню, а?
и забыть - шесть лет не получается,
я отчаиваюсь,
я нечаянно,
обжигаю колени чаем,
звук выключаю,
я не хочу всё назад - ты слышишь?
все эти заброшки, промзоны, крыши,
и как было холодно спать с открытым окном,
и машины тормозили резко под нашим балконом,
и всё что было - всегда всегда об одном -
мир заглючен, мир выпотрешен и сломан.

ты как там хоть?
собираешь монетки в горсть,
постоянный, мой непрошенный, пьяный гость?
нашёл ту с которой бы крепче спалось,
ярче дышалось?
не надо жалости, я прошу,
я так ненавижу твою жалущую, ядовитую жалость.

и ради кого это было?
вот этот кофе и мягкий воск,
что бы говорить друг о друге шёпотом
и быть постоянно врозь?

ради кого это всё -
мои сбитые пальцы, четыре песни, пять тетрадей исписанных ровным почерком,
где каждая запись будто удар по почкам -
где в каждую строчку вмещается скромное многоточие,
где я вижу тебя воочию -

напряжённые руки, вздутые вены,
каждый день по наклонной до отрицательной переменной,
и выступающая ключица,
полуулыбка в профиль на фоне неба -

знаешь, лучше бы ты умер до нашей встречи,
лучше бы тебя просто не было.

(с) Виктория Власова

помни,
что все, что нас не греет, мы должны оставить.