genirator breda

расставаться любя -
это больше, чем просто риск,
и глупее, чем взрыв
или выстрелы по приказу;
будто в танце над бездной, не глядя,
с обрыва вниз, -
захлебнутся слезами от зависти
камикадзе

садо-мазо всех стран
были рады за нас с тобой,
видя, как ты легко
покидала родную пристань;
расставаться любя -
это больше, чем просто боль,
и, конечно, намного опасней
самоубийства, -

это смерть из-за веры,
что вещи сильней любви
могут быть твоим смыслом, -
расслабься, дыши свободно:
ты уже умерла -
хоть вполне хороша на вид
и способна ввести в заблужденье
кого угодно.

А так то після всіх перемелених минулим ночей кохання, всіх переміряних 43 і 36 шляхів, подоланих непевними човнами миль, розмазаних сліз, розлитого вина й виписаної поезії понад дахами сірих спальних будівель із їхнім вічно підгорілим сонцем ніхто з цих двох нізащо б ненаважився взяти іншого й за палець чи бодай спробувати, як нашорошуються проти вітру волоски на засмаглих руках.
Питання "чи ти тепер живеш щасливо?" має за собою таку ж пустопорожню відповідь:знизування плечима.Що значить моє "тепер", коли в ньому лише тінь від тебе? Що значить твоє "щасливо", коли воно стосується лише твоїх професійних звитяг і чергової нонфікшн книжки, опублікованої в пятьох країнах? Чи мусимо ми, так і не взявши за руки одне одного, щасливо скакати ген у берлінський дощ, у якому вже розчинилися сотні дівчат із ушками для білизни в руках і головами для ляльок вуду в наплічниках, розуміючи. що у нас так би нічого ніколи не вийшло, бо я п*ю лате, а ти джин з тоніком і я лише співаю, а ти вивчаєш і вчиш, бо наші паралельні прямі нарешті розійшлися, як на малюнку сусідського хлопчика, котрий усе життя хотів ходити на футбол. а його віддали в художню школу, аби він, коли виросте й закінчить училище, міг робити мармурові надгробки й збагатіти?

Не знаю.Може, скажи мені ти, Скандинавська квітко.

А знаешь, он, наверное, будет хорошим,
Будет встречать меня вечером после работы,
Я реже и реже стану думать о прошлом
И может быть даже буду печь пироги по субботам.

Он будет таким, каких встретишь так мало,
Будет внимательным, нежным и чутким,
Ночью поправит мне одеяло,
У него всегда будет время уделить мне минутку.

Он станет любить не таясь и не прячась,
Он будет звонить и писать сообщенья,
Я может быть даже буду считать это счастьем -
Ездить с ним за город по воскресеньям.

Всё будет иначе, совсем по-другому,
Он может быть даже звезду мне достанет,
И будет всегда со мной рядышком, дома…
Вот только одно - тобой он не станет…

я поняла, что его не люблю,
что, если его потеряю,
то не замечу, подольше посплю,
но плакать напрасно не стану

я поняла, что вообще не влюблялась
ни разу, не то что в него
мечты и фантазии - потом застеснялась
и записи в блог лишь всего

я поняла, что мне это не нужно,
что я не могу для проформы
играть человеком, словно игрушкой
совсем не моё, не комфортно

я поняла, что душевные кошки
(это все те, что скребут на душе)
останутся в сердце не на немножко,
если я не свершу вскоре первой туше

я поняла, что мне лучше одной,
что я не люблю всё так странно и сложно
не скоро я буду "фрамугу закрой! "
кричать вслед с дивана ему, став серьёзной

я поняла, что я одиночка
а, может, я слишком мала

и это вам не ломать позвоночник
а при встрече сказать "мы расстались. пока?"

мне всегда казалось, что как только я скажу "я люблю тебя",
всё разрушится.
и я не говорила.
и всё рушилось.

Я тебя люблю, а если этого мало представь что я кит.

Да, я не искал её, когда она пропала…
Но что ещё хуже — я не замечал её, когда она была рядом.

Іронією прожитих годин пройде печаль.
Дешева сигарета. Серденько – йому.
Твої слова по шкірі – леза кишенькового ножа,
Який торік придбав ти у Криму.

І білий сніг, і сірі дні, і чорні люди…
Автобус і прокурений водій.
Скажи мені, що з нами завтра буде?
І де тепер ховатись від мерзенності подій?

Прийду додому, відчиню всі вікна на ніч.
Так холодно в душі… хоч «мінус сім» не там…
Я вкотре і востаннє напишу тобі «добраніч»,
І більше не скажу «нікому не віддам»…

почему ты всегда одинока?
вроде ум есть и есть красота.
и душа твоя вроде глубокая.
да и к людям ты вроде добра.

так о чем же печалишься милая?
что тоскуешь ты день ото дня?
" потому - что ему - не любимая
ему вроде как не до меня. "
оглянись, ведь здесь есть и другие.
за тобой что пойдут в полымя.
- " так они для меня все чужие.
нет в душе к этим людям огня. "

чем же он твое сердце затронул?
чем он душу твою подчинил?
чем пробил твою оборону?
- он меня никогда не любил

тебя не спасут ни мечты, ни компания,
ни если ты станешь у Бога слугой.
запомни одно: выдыхай при желании.
а если не он, значит, будет другой.

тебя не погубит ни гордость, ни улица.
ты вытерпишь и не согнешься дугой.
запомни одно: никогда не сутулиться.
и если не он, значит, будет другой

когда усталый ты придешь домой,
изнеможденный от дневной работы,
подавленный, растерянный, больной,
и на тебя найдет плохое что-то.

я не сорву тебе с небес звезду.
и не сотку шекспировских сонетов,
а словно тень неслышно подойду
в воздушном платье сказочного цвета.

я приложу ладонь к твоей щеке,
чтоб сделать боль, как сахар, - растворимой.
есть исцеленье в любящей руке.
есть утешенье в близости любимой.

я принесу тебе горячий чай,
чтобы согреть тебя от прозябанья
в холодных буднях. И твоя печаль
распустится, как старое вязанье.

я улыбнусь тебе сто тысяч раз,
чтоб только ты хоть раз мне улыбнулся.
осыплю миллионом теплых фраз,
чтоб дух веселый вновь к тебе вернулся.

а если нет, то дам тебе уснуть,
и стану у кровати на колени,
чтобы молиться, не шумя ничуть
пока пройдет плохое настроение.

gigil (тагальский, филлипины) - непреодолимое желание укусить того, кого любишь, вызванное переизбытком чувств

— и из-за чего же вы расставались?
— ну так складывалась жизнь.

500 Days of Summer

очень сложно с тобой проститься
очень больно тебя отпустить.
передай привет южным птицам -
и пожалуйста, не грусти.

там, без меня будет получше
пусть и чуть непривычно.
не будет дождей, темных туч -
как у нас на фронте личном.

там, будут дарить цветы
не только по важным датам.
ходить с тобой на мосты -
ну, а мне куда там?

весна.
влюблен.
влюблена.
не отпускай до скончанья времен.

убери свои руки
не люблю я тебя, слышишь?
я не хочу знать с кем ты дышишь
ты лишний
но ты мой
пошли домой
обходи меня стороной
больной
не испугаешь меня слезой\грозой
я не люблю тебя слышишь?
пошли домой