Прочитала чуть больше половины и остановилась.
Сложно написать историю в которой время должно остановиться, показать героя в заточении, его мысли и прошлую жизнь. Но у Фаулза это получилось, а у Мелани Жюстин как по мне не очень.

Не прониклась я к героине, не было ее жаль. Да и к герою тоже не особо. Еще и столько графомании. Бывает попадается немнго графоманства в других книгах и ты практически его не замечаешь, но ключевое слово "немнго". Тут же его было полно:

"Как интересно. Можно пить напиток, но сам себя напиток выпить не может."

"- Итак, что дальше? — Его голос донесся по воздуху до ее уха, а затем вибрируя, прошел через грудь к другому уху."

"- Как прошел твой день?
Вопрос катится по полу и останавливается у его ног. Больше в квартире нет ниакого движения."

" — Невозможно находиться в настоящем. — Ее слова выплыли из-под полотенца, а за ними появилось и ее лицо."

" Ванная подрагивала в такт движению ее полотенца."

" Как и в случае Мельбурна, где течение реки Ярра напоминало грязно-коричневую запоздалую мысль, она никогда не думала о Берлине как о речном городе."

" Их секс был таким бурным, будто они сдавали экзамен по этой дисциплине и его результаты были крайне важны."

В детстве мне очень нравился Новый год. Особенно когда я узнала, что "говорят, под Новый год, что ни пожелается, всё всегда произойдёт". Я с таким трепетом загадывала новогодние желания, даже сердце замирало. Но оказалось, что это не работает.

Когда я занималась вышивкой, мне очень нравилось Рождество. Зарубежные рождественские дизайны были такими милыми: домик, снег, ёлка украшенная, малиновка.

Их фильмы осуждают неверие в "чудо Рождества" и постоянно какие-то чудеса происходят на Рождество. У них.

Дольше всего, лет 10, нравился Хэллоуин. В моём детстве были страшилки. Мы рассказывали их друг другу, дружно боялись, а потом вырастали и переставали бояться. Хэллоуинские персонажи ещё страшнее, но они как-то так обыгрываются, что нестрашно становится, а жутко-весело и точно знаешь, что всё это понарошку, а взрослые вырастают и продолжают играть в это. Перед каким-то Хэллоуином я наделала кучу таких персонажей, начав с этой тыквы.

Есть стеклянная банка-свеча в форме черепа, тыквы-наклейки на окна и тыквы-свечи, скелетик из какого-то мармеладного набора, в общем, вся компания для уютного праздника. И я старалась всегда найти время испечь страшные печенья.

А теперь… не знаю.

Я нуждаюсь в твоих объятиях, в твоих глазах я вижу отчаиние, но ты молчишь… Ты полон решительность, уверенный в себе, только рядом со мной ты теряешься….скажи уже мне чего ты хочешь.. Чего ты боишься…

И почему я снова жду встречи с тобой, хотя прекрасно знаю, что ничего не выйдет…мы не сможем быть вместе…но есть надежда на то, что ты снова нежно обнимишь меня, и я потеряю от этого голову….

Эта женщина проникает в него словно вирус гриппа,

Располагается в нем как в своих хоромах.

Эта женщина в его мыслях, кошмарах и криках,

В его клетках, бактериях, хромосомах.

Эта женщина в нем звучит как удары гонга,

Как мелодия бури, не умолкает.

Эта женщина в нем растет быстрее ребенка

— Набирается сил, поднимается, вырастает.

Эта женщина больше любого предмета в мире,

Ближе матери, папы, сестры или брата.

Эта женщина не помещается в его квартире,

Но теряется в складках его халата.

Эта женщина плачет, скандалит, не разбирается в спорте,

Тратит деньги, ужасно готовит.

Эта женщина течет по его аорте,

Упаси её Боже где-то остановиться…